Прелести
Шрифт:
— Я сейчас не лейтенант, я твой товарищ. Расскажи, что случилось.
«Мон ами», разумеется, хотел услышать жуткую историю о нечеловеческом обращении с солдатами капралов и сержантов. Я его разочаровал. Просто закрыл глаза.
— О, кей. Сейчас отдыхай, потом расскажешь, — и офицер вышел из палаты.
Вскоре в санчасть принесли мой спортивный костюм и кроссовки. Форма одежды, принятая в этом медицинском учреждении. Переоделся. Оглядел забинтованные руки, встал с кровати и подошёл к окну.
Моя палата находилась на втором этаже. Из окна был виден кусок плаца и различные казарменные строения. В палате кроме
Натянул зелёную спортивную куртку, по карманам распихал мыло, зубную щётку и другие туалетные принадлежности, завязал шнурки кроссовок. В голове шумело. Слабость и сухость во рту. Сколько крови-то потерял?
Вышел из палаты и спустился вниз. Никто не обратил на меня никакого внимания. Вдохнул воздух улицы и, повернув направо, спокойно двинул вдоль зданий. Попавшийся навстречу сержант также никак на меня не отреагировал. А почему, собственно, он должен на меня реагировать?
Противоположные ворота реджимента никем не охранялись. Я осмотрелся, никого не увидел и, быстро перебравшись на ту сторону, растворился в гражданской жизни.
Сразу за этими, редко используемыми воротами находился большой яблоневый сад какого-то местного фермера. Яблок на ветках уже не было — заканчивался ноябрь. Пробрался в самую гущу и уселся на жёлтую траву. Надо сказать, что этот короткий отрезок пути отнял у меня довольно много сил. Почему остановился здесь? Начнут искать сразу на различных направлениях, но под носом посмотреть, точно не додумаются. Прислонился спиной к яблоне и вырубился.
Осознание пришло в момент, когда брёл по какой-то дороге. Сразу заинтересовался, есть ли порезы на руках этого тела? Задрал рукава. Бинтов не было. А на руках лишь тонкие, еле заметные шрамы.
Начало темнеть. Я очнулся. Встал. Прислушался. В голове гудело. Ноги ватные. Сделал простейшие гимнастические упражнения, потом медленно пошёл. Когда добрался до канала, вокруг которого мы совершали утренние пробежки, стало совсем темно. Повернул направо и осторожно, вслушиваясь в воздух, побежал в направлении железнодорожного полотна.
Когда пробежал километра три, на другой стороне канала появились две фигуры. Заметили меня. Что-то крикнули. Не ответил, побежал дальше. Они двинулись параллельно. До ближайшего моста ещё около двух километров, раньше мы не пересечёмся, до железной дороги метров сто, в этом месте канал и полотно прижимаются друг к другу, а потом опять разбегаются.
Нет уж, ребята, попотеть придётся, прежде чем меня поймаете. Сами ведь учили маскироваться и бегать, да и не только вы, так что, поиграем в «коммандос».
Луч прожектора осветил сначала канал, а потом дорогу. Прижался к обочине и упал в канаву, наблюдая, как автомобиль Военной Полиции с огромным фонарём на крыше проползает мимо. Едва машина проехала, я свернул к железной дороге и перебрался на другую сторону.
Искать будут на автострадах и просёлочных дорогах, но вдоль железки вряд ли. Из легиона ведь часто убегают, и ловят беглецов постоянно на дорогах ведущих в Тулузу — самый близлежащий крупный город. Поэтому я двинул в противоположную сторону, и не по дороге, а по узкой тропинке вдоль железнодорожной магистрали. Какие города или населённые пункты находятся
Пассажирский поезд обогнал меня и скрылся в тоннеле. Побежал следом за ним, затем, когда тоннель закончился, вновь свернул на тропинку.
Потеря крови дала о себе знать в очередной раз. Ноги заплетались. Во рту появилась неприятная сухость. В каком-то населённом пункте пролез сквозь живой забор ближайшего к железке дома и упал на траву во дворе. Отключился сразу…
Проснулся от барабанной дроби дождя по спине. Сел, соображая, потом вышел на тропинку и вновь побежал. Бежал, пока не увидел грузовой автомобиль. Дернул ручку двери — открыто. Забрался вовнутрь и, отдышавшись, вытер ладонью с лица дождь и пот вперемешку. Открыл бардачок в надежде найти карту местности. Действительно, какие-то карты лежали, но разглядеть не успел. Появился водитель. Лёг на сиденье, притворился спящим. Когда мужчина открыл дверь и испуганно отпрянул назад, я выскочил на улицу.
— Дормир, — и показал ему, как я спал. Потом добавил: — Мерси.
Водитель недоумённо посмотрел на мою спортивную легионерскую одежду с номером реджимента на груди и лишь покачал головой.
Я пробежал километра два после этого населённого пункта, когда забрезжил рассвет. Дождь усилился. Слева, через переезд, в полумраке обозначились очертания какого-то строения. Перешёл дорогу и подошел к ферме.
Большой незаселённый дом одиноко охранял поле. Рядом, во дворе, под навесом спрятались от дождя комбайн и трактор. Посмотрел в кабинах и того и другого, карты не было. «Позаимствовал» зажигалку. Потом обошёл двор и принялся обследовать дом. Все двери заперты, кроме одной. Вошёл вовнутрь, огляделся. Всё помещение было завалено большими перевязанными брикетами соломы. Продолжать путь посветлу было небезопасно, тем более ноги не держали, и поднималась температура. Принял решение заночевать, вернее, «задневать», здесь. Забрался в угол на самый верх и спрятался за соломенный тюк. Бог не выдаст — свинья не съест.
То, что температура высокая, ощутил даже после осознания. Проявлялось это в том, что «картинка» порывалась ежеминутно сбежать или расплыться. Болезни первого тела я всегда в последние годы лечил полётами второго. Набирал скорость и устремлялся резко вверх. При этом старался вспомнить и ощутить симптомы реальной болезни. Когда достигал поставленной цели, например, явно чувствовал, что болит зуб, расслаблялся и спокойно планировал вниз, по пути «рассасывая» боль. Внизу зуб обычно уже не болел. После пробуждения, через некоторое время, реальный зуб также не беспокоил.
Пришлось дважды взлетать и опускаться, прежде чем «картинка» стабилизировалась. Ясно вырисовывались очертания незнакомых строений.
Взлетел вверх и выстроил изображение Территории–2. Привычно опустился на берег Енисея. Прошёлся по тропинке.
Сейчас было необходимо выработать хотя бы примерный план дальнейших действий там, во Франции, раз уж я после пробуждения не имею возможности остаться здесь, в Академгородке Красноярска. Нужно было выяснить, где я нахожусь. Найти карту Франции. А как её найти? Использовать возможности второго тела — это первостепенная задача. Но каким образом её реализовать?