Предначертание

Давыдов Вадим

– Нет. Далеко не просто.

– Это я поняла, – Глаза Рэйчел вдруг расширились от внезапно осенившей её догадки: – Он… русский?!

– Конечно.

– Стоит вас только на один день оставить без присмотра! Что вы задумали?! Признавайтесь!

– Пока ещё не время, Рэйчел, – произнёс Гурьев. – Но обещаю рассказать, как только план окончательно созреет вот здесь, – и он постучал себя пальцем по лбу. – Мы остановились на персоне вашего дворецкого.

– Джарвис – на редкость консервативный малый,

Джейк. И он лучший дворецкий из тех, кого я знаю. Сейчас таких, как Джарвис, уже невозможно отыскать даже за очень значительные деньги.

– Превосходно, – кивнул Гурьев. – В таком случае, я за вас совершенно спокоен. Да, кстати. У меня есть вопрос.

– Я слушаю.

– Я посмотрел счёт. Почему вы не включили туда расходы на Мероув Парк? Ведь это очень большие расходы.

– Вот ещё, – Рэйчел вспыхнула. – Никогда не собиралась… Откуда вы знаете?!

– Рэйчел. Пожалуйста. Почему?

– Потому что поместье принадлежит Тэдди.

– Вы его выкупили у банка?

– Да, – чуть поколебавшись, подтвердила Рэйчел. – Джейк, это…

– Долгая история. Я знаю. Зачем вы это сделали? Это наверняка поглотило все сбережения, сделанные вами с таким трудом.

– Оно принадлежит Тэдди, Джейк, – упрямо наклонила голову Рэйчел. – Кроме того, я, как вам хорошо известно, немножечко русская, и вы сами говорили, что сумасбродство у нас в крови.

– Брукс помогал вам? Оформление, подставной покупатель?

– Откуда… Да.

– Отлично. Старина Брукс знает своё дело, это мне нравится. Оно сильно запущено? Только откровенно.

– Оно никогда не походило на Версаль. Почему вы спрашиваете?

– Сдайте мне его в аренду. До совершеннолетия Тэдди, пока он не решит, что с ним делать.

– Зачем?!

– Я вам потом расскажу. Мне нужно.

– Вы определённо сумасшедший.

– Не больше вашего.

– А-а, вы хотите таким образом…

– Я хочу таким образом убить сразу нескольких зайцев, Рэйчел. Сократить ваши расходы и…

– Увеличить свои.

– Рэйчел, пожалуйста. Я вам говорил, что не стеснён в средствах.

– Прекратите присылать цветы. Тэдди смотрит на меня такими глазами!

– Какими?

– Чёрт вас побери, Джейк! Вы что, не понимаете?!

– Если вам не нравится, я велю больше этого не делать, – вежливо и стеклянно улыбнулся Гурьев.

– Джейк, – Рэйчел дотронулась до его руки. – Боже, Джейк. Разве дело в этом? Просто это так…

– Мне казалось, что вам нравится, – Гурьев посмотрел поверх её головы. – Простите.

– Джейк, перестаньте так щуриться. Это, наконец, немыслимо. Мне нравится, но…

– Нет никаких «но», Рэйчел, – Гурьев вздохнул. – Вы очень устали, я знаю. Вы столько делаете для меня, что я чувствую себя обязанным хоть как-то отблагодарить вас.

– Но вы же платите мне

за мои услуги, – Рэйчел состроила удивлённую гримаску. Это стоило ей немалых усилий, и она почти возненавидела себя за эту непростительную, невозможную слабость. – Какая ещё благодарность?

– Самая обыкновенная, Рэйчел. Человеческая. Разве то, как вы это делаете, можно оценить деньгами?

– Послушайте, Джейк. Я хотела бы раз и навсегда…

– Не бывает раз и навсегда, Рэйчел. Есть только здесь и сейчас.

Ах, вот как, подумала Рэйчел. Вот ты какой. Ну, что ж. Она отвернулась. А когда вновь повернулась и посмотрела на Гурьева, на её губах уже сияла улыбка:

– Мы говорили об аренде поместья, не так ли?

– Да, – он тоже с удовольствием сменил тему.

И, заметив это, – хотя он и очень старается, бедняжка, чтобы я не заметила, подумала Рэйчел, – она забеспокоилась опять. Только бы он не заметил, мысленно взмолилась она.

– Вы хотите это как-то оформить?

– Не знаю. Как вы скажете. Я хочу поехать туда и взглянуть.

– Когда?

– Да хоть прямо сейчас.

– Но оно… Оно довольно запущено.

– Это не имеет большого значения. К тому же, меня это, как вы уже знаете, нисколько не беспокоит.

– Почему?

– Потому что я в любом случае собирался привести его в порядок по своему вкусу.

– Вот как.

– Так что? Едем?

– Сейчас?!

– А что в этом такого? Автомобиль к нашим услугам.

– На каких условиях вы его наняли?

– Автомобиль я купил.

– Я поняла. Не трудитесь объяснять. Надеюсь, вы не замыслили ничего противозаконного.

– Ничего, что могло бы поставить вас в затруднительное положение, Рэйчел, – без улыбки проговорил Гурьев. – Так как? Едем? А где Тэдди?

– Тэдди? Зачем вам вдруг понадобился Тэдди?!

– Это же автомобиль, Рэйчел. Неужели вы не понимаете?

– Вы хотите взять его с собой?! Но у него занятия!

– К чёрту занятия, Рэйчел, – усмехнулся Гурьев. – Он успеет засохнуть над книжками. Ему сейчас нужен ветер, который в лицо, а не грамматика с математикой.

– Вы… вы! Джарвис! Отпустите учителя и позовите, будьте так любезны, милорда Роуэрика. – Рэйчел посмотрела на Гурьева сердито: – И перестаньте сейчас же так немыслимо улыбаться. Если я признаю вашу правоту в данном конкретном случае, это ровным счётом ничего не значит, – Рэйчел вскинула подбородок. – То есть, это означает – вы правы в данном конкретном случае, и ничего больше. Вот.

Да что же это такое, подумал Гурьев. Господи. Рэйчел.

Мальчик появился на зов.

– Мы едем в Мероув Парк, – сказал, поздоровавшись, Гурьев. – На автомобиле. Ты предпочитаешь на заднем диване вместе с леди Рэйчел или на переднем с шофёром?