Предел прочности
Шрифт:
— Да, ну? — смех прекратился, а одна из моих бровей взлетела вверх.
— Ирочка, от тебя прошлой ночью просто невозможно было оторваться. Прости, я сильно опаздываю и поэтому должен бежать.
— Подожди, — остановила его, после того как он подарил мне легкий поцелуй. — Позвони следователю, который ведет мое дело, узнай, может у него появилось что-то новенькое, а нашим скажешь, что ездил к следователю лично, в том случае, разумеется, если они осмелятся у тебя спросить, почему ты явился на работу так поздно.
— Спасибо
После того как Игнат поспешно вышел из комнаты, поднялась и стала одеваться, чувствуя как на губах расцветает улыбка.
— Вы с папой поженитесь? — София не в пример мне казалась грустной. Игнат убежал на работу и даже чай пить не стал.
— Ты против? — отставив от себя чашку с чаем, внимательно посмотрела на ребенка.
— Нет, — ответила она, не поднимая головы и продолжая разглядывать что-то на столе.
— В чем проблема? — требовалось выяснить, что именно так расстроило девчушку, а то ведь дальше только хуже будет.
— Вы меня отдадите?
— Кому? — Почувствовала, как у меня глаза расширяются. Вот как ей такое в голову могло прийти?
— Мама сказала, что как только вы с папой поженитесь, я сразу же стану вам не нужна.
— Обещаю тебе, что после свадьбы, — присев перед девочкой на корточки, взяла ее ладошки в свои, — в твоей жизни ничего не изменится и чтобы у нас в дальнейшем не случилось и не произошло, мы никогда и никому тебя не отдадим. Ты меня слышишь? — Вместо ответа София порывисто обняла меня.
— Я так испугалась, когда утром проснулась и поняла, что ты ночевала не со мной, а с папой и решила, что теперь в моей жизни опять все изменится, что все хорошее уже прошло, — София еще крепче прижалась ко мне. — А еще я не хочу, чтобы вы меня отдавали.
— Не отдадим, — погладила ее по спине, успокаивая. — А пойдем-ка мы с тобой рисовать, мы же вчера альбомы, карандаши и краски купили, только предупреждаю, что рисую я плохо.
— Я тебя научу, — оживилась София, потянув меня в комнату.
Спустя полчаса я поняла, что рисовать я совершенно не умею, хотя до этого наивно полагала, что у меня существуют хотя бы задатки к творчеству. Наивная, мне просто не было с чем сравнивать свои художества.
Зато София рисовала, как профессиональный мастер, я, даже отложив свой набросок, стала с восхищением наблюдать за ней, отчетливо понимая, что у девочки талант который необходимо развивать.
— София, а как ты смотришь на то, чтобы пойти учиться в художественную школу? — спросила, наблюдая за реакцией ребенка.
— А можно? — глаза ее загорелись, а потом сразу же потухли. — Это, наверно слишком дорого. Мама говорила, что марать бумагу много ума не надо, а еще что на художественные занятия деньги тратить не стоит, лучше их сразу выбросить.
— София,
— Есть, — девочка отчаянно закивала головой. — Научиться профессионально рисовать, это мое самое заветное желание.
— В таком случае, я иду искать в интернете ближайшие художественные школы.
— А если таких в нашем городе не окажется?
— Это маловероятно, но в таком случае, найдем репетитора, — заявила поднимаясь.
— А папа?
— А папу, я беру на себя. Ты давай рисуй, не отвлекайся.
— Картины не рисуют, а пишут, — заявил ребенок, поворачиваясь к недописанной картине.
Как я и предполагала, в нашем городе обнаружилось несколько художественных школ, переписав все адреса и телефоны, решила вплотную заняться этим вопросом.
Только вот сразу этого сделать не получилось, потому что подходило время обеда, а есть нам было нечего. Телефонный звонок раздался, когда у меня на плите жарился, парился и варился обед.
— Привет, — почувствовала, как губы расползаются в улыбке, кроме Игната на домашний телефон никто не звонил.
— Как вы там? — от звука его голоса по телу прошлась волна тепла.
— Замечательно, я готовлю, а София рисует.
— Ну и как, получается?
— У меня готовить или у дочери рисовать?
— И то и другое.
— Приедешь, посмотришь и попробуешь.
— Посмотрю на обед и попробую на зубок рисунок? — теперь я уже вовсю улыбалась.
— Боюсь, что Софья не позволит тебе съесть ее шедевр. Игнат, у Софьи талант, я тут ей уже художественную школу подыскиваю. Ей нравится рисовать и у нее это великолепно получается.
— Как жаль что сейчас лето, — не к месту заявил Игнат.
— Вообще-то мне лето нравится.
— Мне тоже, только вот художественные школы наверняка летом не работают, а я уже нашел для нас с тобой занятие на то время, пока ребенка дома не будет.
— Так ты не против?
— Конечно же нет. Хочет учиться, пусть учится, только нам с тобой Софию перво-наперво, необходимо в обычную школу устроить, а уж после в художественную.
— Одно другому не мешает.
— Я что тебе звоню, тут такое дело, — Игнат на несколько секунд замолчал.
— Ну и? — подтолкнула его.
— В общем так. Дело твое закрыли.
— Почему?
— Марата отец увез за границу, думаю, что в ближайшее время, он здесь не появится. А Антон, попросил на работе перевод в другой город. Ир, он через несколько часов уезжает.
— Понятно, — из груди вырвался горестный вздох.
— Что тебе понятно? — Я, даже находясь на расстоянии, почувствовала волнение Игната.
— Как что? Завтра на работу выходить придется. На кого ребенка оставим? Слушай, может она у меня в кабинете, в уголочке тихонечко посидит, порисует? Мне не хочется оставлять ее дома одну.