Предательство

Хегган Кристина

— Это значит, ты теперь богат?

— Да, очень богат. Но мне поставили одно условие.

— Какое?

— Я должен переехать в Калифорнию… на время.

— О-о-о, — произнесла Стефани, остановившись перед конвейером с багажом.

— Я сказал им, что мой ответ зависит от одной вещи. — Грант отвел Стефани в сторону. Она продолжала смотреть на конвейер. — От женщины, с которой я хотел бы приехать в Голливуд.

— Ты хочешь, чтобы я переехала в Калифорнию? То есть стала жить с тобой? — с изумлением спросила Стефани.

— И ты, и Сара, и Анна. Я хочу, чтобы ты не просто жила со мной, дорогая. — Грант поставил на землю свой портфель и взял лицо Стефани в свои ладони. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Стефани.

Мне хочется посвятить всю свою жизнь тому, чтобы сделать тебя и Сару самыми счастливыми женщинами на Земле. — Грант достал из кармана маленькую черную коробочку. — Я хотел сделать тебе предложение красиво за ужином в ресторане «Четыре времени года», а потом снять номер «люкс» в гостинице «Плаза», но ты же знаешь меня, я не умею долго хранить секреты. — Грант открыл коробочку и повернул ее перед Стефани так, чтобы ей было лучше видно. Внутри на черном атласе лежал прекрасный перстень с рубином, окруженным маленькими бриллиантами. — Знаю, он не заменит кольца твоей матери, — сказал Грант. — Но это самая похожая вещица, которую мне удалось отыскать по твоему описанию. Надеюсь, тебе понравится.

— О, Грант, — пробормотала Стефани, не в состоянии оторвать глаз от перстня. — Мне так нравится. Как мило, что ты запомнил.

— Это значит, ты выйдешь за меня замуж?

Стефани не ожидала, что события будут разворачиваться так быстро. Она с удовольствием бы оставила их отношения такими, какими они были. Но, подняв голову и посмотрев в глаза Гранту, увидела в них такой восторг и такой испуг, что у нее не хватило духу отказать ему.

— Да, — прошептала Стефани. — Я выйду за тебя замуж.

— Ты сделала меня самым счастливым человеком на Земле, дорогая! — Грант взял Стефани на руки и крепко обнял. — Но я должен еще кое-что спросить у тебя, — добавил он, опустив ее на землю и оглядев с расстояния вытянутой руки. Грант вытащил перстень из коробочки и надел его на палец Стефани. Это был как раз ее размер. — Я хочу удочерить Сару и стать для нее настоящим отцом.

Стефани бросилась в объятия Гранта, эмоции переполняли ее. Она чувствовала себя такой несчастной, когда приехала в аэропорт. И за каких-то несколько минут Грант полностью перевернул ее жизнь.

— Мне очень нравится эта мысль, — прошептала Стефани.

Через неделю они обвенчались в маленькой церкви в южной части Манхэттена. Перри и Трэси стали их свидетелями. После церемонии состоялась вечеринка в ресторане «У Фрэнки», на которую пришли старые друзья, семья Гранта, съемочная группа и артисты шоу «Тайная жизнь».

— Если бы у меня было больше мозгов, то на месте Гранта сидел бы я, а он бы произносил эту речь, — сказал Перри, когда пришла его очередь говорить тост. Он подождал, пока затихнет смех. — Но судьба распорядилась иначе, — добавил он. — Я могу пожелать вам обоим удачи, а также долгой и счастливой жизни вместе. — Перри поднял свой бокал. — За новое начало.

— За новое начало, — хором повторили гости.

Глава 18

Джейн Джилмор сидела на полу гостиной и прикалывала булавками оборку к платью миссис Толберт. Время от времени она прерывалась и смотрела телевизор. На экране Мак-Кей, одна из любимых героинь Джейн в «мыльной» опере «Тайная жизнь», боролась за свою жизнь, пока ее мать пыталась помочь девушке. Красивые волосы Пэтти сейчас спутанными лохмами свисали вниз, а на лице осталась печать ужаса от недавнего тяжелого испытания, которое ей пришлось пережить в руках безжалостного похитителя. Джейн смотрела это популярное телешоу не первый год, правда, нерегулярно. Но когда год назад в сериале стала сниматься Стефани Фаррел, Джейн не пропустила ни одной серии с ее участием. Хотя Стефани в отличие от Люси совсем не была похожа на отца, Джейн все равно узнала бы ее. Стефани унаследовала красоту своей матери: те же густые каштановые

волосы, большие серые глаза и теплая улыбка. Интервью, которое Стефани дала для журнала «Обозрение «мыльных» опер», когда начала сниматься в «Тайной жизни», лишь подтвердило то, что уже знала Джейн — Стефани Фаррел была дочерью Уоррена. Один раз или даже дважды у Джейн появлялось желание написать актрисе, сообщить ей, что, несмотря на смерть Уоррена, она осталась не совсем одна, у нее есть семья и сестра, которая любила бы ее и заботилась о ней. Джейн сочиняла несколько робких строчек на листке желтой бумаги, а потом рвала его на кусочки. А если Сесил Фаррел узнает о письме и станет преследовать Джейн, как обещал? И что делать с Люси? Осмелится ли Джейн сказать дочери правду сейчас, когда прошло столько времени и было столько лжи?

— Вы думаете, она умрет сейчас? — спросила миссис Толберт, высмаркиваясь.

— Конечно, — кивнула головой Джейн. — Сегодня пятница, а они всегда подгадывают, чтобы герои умирали по пятницам.

На экране Пэтти открыла глаза. Ее пальцы тянулись к красивому лицу сидящей рядом женщины — ее матери. Послышались звуки потрясающего голоса певицы, исполняющей строчки песни-темы Пэтти.

— Прости, мама. — Рука девушки бессильно упала, глаза закрылись. Пэтти умерла.

— Ведь она была так прекрасна, — сказала Джейн и достала из стоящей рядом коробочки еще несколько булавок, протянув одну миссис Толберт.

— Просто превосходна, — шмыгнула носом миссис Толберт. — Зачем им понадобилось убивать ее? Она была моей любимой героиней.

— Моей тоже. Мне кажется, Стефани Фаррел будет исполнять более значительные и лучшие роли. У талантливых артистов всегда так бывает.

— Может, вы правы. Но зачем убивать Пэтти как раз в тот момент, когда она наконец помирилась со своей матерью и вообще все наладилось. Кстати, говоря о дочерях, как ваша красавица? — добавила миссис Толберт, посмотрев на Джейн в зеркало на стене. — Все еще хочет стать прима-балериной?

— Как никогда раньше. Ее отобрали на национальный конкурс, который состоится в Музыкальной академии на следующей неделе.

— Надеюсь, вы дадите мне билет? Не хотелось бы пропустить такое событие. Представляете, девочка из городка Маунт-Холли выигрывает конкурс в Школу американского балета в Нью-Йорке. Она станет знаменитостью.

— Она же еще не победила, миссис Толберт, — рассмеялась Джейн.

— Но она выиграет, моя дорогая.

Джейн вся сияла от гордости. Она была почти уверена, что ее дочь выиграет конкурс. Ведь она самая лучшая ученица. Ей сказала так сама мадам Тарасова, педагог Люси по танцам последние пять лет.

— У нее есть все, чтобы добиться успеха, — произнесла мадам с легким русским акцентом. — Талант, грация, техника. Я никогда еще не встречала такого целеустремленного человека в столь юном возрасте.

Сначала Джейн испугалась от мысли, что ее дочери придется уехать учиться так далеко. Нью-Йорк слишком опасное место для такой невинной девушки, как Люси. Но мадам Тарасова заверила, что за Люси будут присматривать, девочка будет жить всего в двух кварталах от школы не одна, а вместе с двумя другими одноклассницами. Конечно, Люси будет приезжать на выходные домой. Но с другой стороны, даже лучше, если Люси уедет, исчезнет из жизни Верна. Как бы Джейн ни пыталась наладить мирные отношения между ним и дочерью, эти двое ненавидели друг друга. Часто Джейн испытывала чувство вины, что разрешила своему приятелю переехать к ним с Люси. Сначала она отказала ему, но слишком тяжело было проводить одной ночь за ночью, и в конце концов Джейн потеряла надежду найти кого-нибудь получше. Когда Верн предложил частично оплачивать аренду квартиры и сказал, что четыре ночи из семи будет проводить в дороге, Джейн согласилась. В последние годы стоимость уроков танца утроилась, и становилось все сложнее сводить концы с концами. Л деньги Верна немного облегчали жизнь Джейн.