Предательство

Диксон Хелен

Три часа спустя, когда обед завершился, Белла медленно шла по ярко освещенному саду в сопровождении бабушки. Пожилая дама сильно страдала от духоты и решила, что свежий воздух поможет справиться с головной болью, становившейся просто невыносимой. Графиня также стремилась не спускать взгляд с внучки.

Гости собирались в небольшие группки, чтобы поболтать и обсудить последние слухи, влюбленные парочки искали желанного уединения в тени аккуратно подстриженных кустов садовых аллей. Когда графиня остановилась, чтобы переброситься парой фраз со старой приятельницей, Изабелла, извинившись, отправилась

в дамскую комнату. На обратном пути она неожиданно осознала, что впервые со времени прибытия в Карлтон-Хаус оказалась в одиночестве. Завороженная доносившимися из глубины дворца звуками музыки, Белла направилась им навстречу. Вскоре она уже стояла на пороге бального зала, наблюдая за разряженными в шелка и атлас танцующими парами, кружащимися по паркету в пленительном ритме вальса.

Внезапно Изабеллу охватило странное ощущение, будто на нее кто-то смотрит. Это чувство было настолько сильным, что казалось почти материальным. Сзади раздался негромкий, обволакивающий голос:

— Потанцуйте со мной.

Белла обернулась, потрясенная, и офицер материализовался из тени. Она узнала эту насмешливую улыбку — точную копию той, которой он одарил ее, за столом. Голос его был низким и глубоким, словно жидкий мед. Соблазнительные интонации заставляли задуматься о вещах неподобающих юной леди. Казалось, каждое его слово ласковым бальзамом ложится ей на душу. Изабелла вдруг подумала, что вряд ли найдется женщина, способная устоять перед столь обаятельным мужчиной, как сэр Ланс Бингхэм. Однако она попыталась убедить себя, что ей-то нечего волноваться, ибо считала себя неподвластной его мужскому обаянию.

— Это было бы неподобающим. Я вас не знаю.

Ланс улыбнулся ей:

— Что ж, моя прекрасная леди, на самом деле вы меня знаете — а если и нет, я имею честь сообщить вам, что меня зовут Ланс Бингхэм, к вашим услугам. Ну а теперь мое имя кажется вам знакомым?

— Моя бабушка уже сказала мне, кто вы, — холодно произнесла Белла.

— О, она могла.

Изабелла взглянула на него:

— Почему она вас не любит?

Вместо того чтобы оскорбиться, он весело усмехнулся.

— Об этом лучше спросить вашу бабушку. Вы бы нашли ее ответ весьма интересным. — Бингхэм криво ухмыльнулся. — Что же случилось? Проглотили свой язычок?

Она вздернула изящно выгнутую бровь и одарила его угрожающим взглядом, который вместе с ее прекрасной ледяной улыбкой должен был бы заморозить сердце самого пылкого поклонника. Горе тому мужчине, против которого окажется направлен ее праведный гнев.

— Мои дела касаются только меня, а вам, полагаю, лучше заняться своими.

Он усмехнулся:

— Вы откровенны. И очень враждебно настроены. Мне нечасто доводилось встречаться с враждебностью со стороны молодых леди.

— Удивлена.

— Но вас это не впечатляет?

— Нисколько.

Он окинул ее чувственным взглядом:

— Да, мисс Изабелла, вы бросаете мне вызов.

— Неужели?

— Вам кто-нибудь говорил, что вы прелестны?

— Постоянно говорят.

— У вас прекрасные волосы… и чувственные губы.

— Поберегите свое время. Меня это не интересует.

— Мне трудно в это поверить.

— Вы очень убедительны. Вам легко заставить женщину поверить, что вы говорите

правду. Должно быть, у вас была богатая практика.

Ланс усмехнулся:

— Вы правы, но сейчас я говорю искренне.

Белла почувствовала, как запылали ее щеки, когда она столкнулась взглядом с его улыбающимися синими глазами.

— А вы потрясающе уверены в себе, милорд.

— Я вижу, вам нелегко принять это, но неужели вы не понимаете, что такой мужчина, как я, испытывает в присутствии столь божественно прекрасной женщины?

Белла холодно посмотрела на него:

— Я уверена — все это лишь сладкие речи.

Наклонившись вперед, Ланс поймал ее взгляд, осторожно заглянул в ее глубокие темно-зеленые глаза, и слабая улыбка коснулась его губ.

— Вы превратно меня поняли. А ведь вы пробудили во мне эмоции, которые, как мне казалось, я не в состоянии испытывать. Некоторые из них я могу только приветствовать, другие буду стараться побороть.

— В таком случае вы должны сдерживать свои эмоции, милорд, потому что мне они не интересны.

Он вкрадчиво спросил:

— Неужели?

— Так, значит, вы тщеславны? Тщеславны и дерзки.

Лорд Бингхэм принял оскорбленный вид:

— Вы судите обо мне несправедливо. Ваши слова сильно опечалили меня, повергли в отчаяние. Я всего лишь хотел сделать комплимент вашей несравненной красоте, а вы в ответ клевещете на мой характер. Неужели вы считаете, что я настолько несносен?

— Да, в достаточной степени, — немедленно согласилась она.

— Ну у вас и темперамент, — шутливо проворчал Ланс, покачав головой в насмешливом неодобрении. — А я-то думал, что вы хотите, чтобы я пригласил вас на танец.

Ее глаза расширились.

— Вы и в самом деле решили, будто я жду, чтобы вы меня об этом попросили?

Праведное возмущение мисс Эйнсли вызвало его искренний смех. Оскорбленная, Белла сердито смотрела на него, пока смех не сменился легкой ухмылкой.

— Вы не можете винить недавно вернувшегося с войны солдата за то, что он осмелился надеяться на ваше согласие. Вы и в самом деле самая привлекательная женщина, которую я когда-либо встречал. Так что вы на это скажете? Вы потанцуете со мной?

— Нет. Как я уже вам говорила, вы просто невыносимы. Боюсь, что вы мне не очень нравитесь.

— Ну, может, хоть немного? На самом деле я покажусь вам просто очаровательным, едва вы меня лучше узнаете. Честно признаю, у меня сложилась определенная репутация, но, клянусь, меня оклеветали. Вам не стоит верить всему, что вы обо мне услышите.

Белла взглянула на него с холодным высокомерием. Мгновение спустя на его лице сияла дьявольски заразительная улыбка.

— Вы уверены, что не хотите танцевать?

— Абсолютно, — резко откликнулась она.

— Вы не понимаете, от чего отказываетесь.

— Вероятнее всего, от отдавленных ног.

— О, те времена, когда я наступал даме на ноги, давно позади, Белла.

Сердце ее забилось быстрее, когда она услышала из его уст свое домашнее имя.

— Может быть, и так, но я не хочу рисковать. Я не напрашивалась на то, чтобы вы меня приглашали.

Лорд Бингхэм безмятежно улыбнулся:

— Знаю. Я сам так решил. Ничего не могу с собой поделать — всегда был нетерпелив.