Преданный
Шрифт:
Я делаю, как он говорит, позволяя своим локонам упасть на плечи и руки.
Он распахивает дверь, его пиджак расходится, и я вижу серебристый блеск пистолета, во рту пересыхает.
Бросив на меня понимающий взгляд, он говорит: — Двигайся.
Я прохожу мимо него, холодный воздух обжигает мою кожу. Парковка почти пуста. Не знаю, почему я ожидала, что Лука приведет армию. Это была надежда, за которую я цеплялась. Разочарование поглощает меня. Может, я ошиблась. Я не его семья. Он ясно дал понять, что сделает
Я цеплялась за мысль, что наша любовь может стать возможной.
Теперь это не имеет значения. Я подвела их всех.
Он провожает меня ко входу, мои каблуки стучат по полу, когда мы доходим до двойных дверей.
Двери открылись, но я не могу пошевелиться. Все до единого оборачиваются на своих местах, чтобы поглазеть на меня, словно на какое-то животное в зоопарке. Лица сливаются в пестрое размытое пятно. Все, на чем я могу сосредоточиться, – это чудовище, ухмыляющееся мне. Он стоит в черном смокинге, руки в карманах.
Сердце стучит, как бешеное, под аккомпанемент скрипок. Мое тело кричит мне развернуться и убежать. Но выхода нет. У меня нет выбора. Я предпочла жизнь Луки своей, и я никогда не пожалею об этом решении.
Я делаю свой первый шаг через порог, мое массивное платье тянет меня вниз. Я высоко держу голову, заталкивая свои эмоции поглубже, не сводя глаз с золотого креста. Каждый шаг как удар ножом в грудь.
Мои нервы натянуты как струны, и адреналин берет верх. Бороться или бежать, и на этот раз я не могу позволить своему телу победить. Я должна бороться.
Я смотрю налево, и мои ноги едва не останавливаются, когда я вижу затылок Луки рядом с его невестой. Я делаю все, что в моих силах, чтобы сдержать рыдание, рвущееся из горла.
Не могу смотреть на него, не тогда, когда ко мне практически приставили пистолет к спине. Я должна это сделать, чтобы спасти всех нас.
Но он навсегда останется в моем сердце. Он моя вечность.
Вечность, которой у меня никогда не будет.
Я знаю, что не переживу этот брак.
Я не отрываю взгляда от этого креста, краем глаза вижу большую фигуру Данте. Мои руки напрягаются, когда я сжимаю цветы, пытаясь унять дрожь, которая только усиливается. Ноги начинают тяжелеть с каждым шагом.
Тихий едва слышный всхлип вырывается из моего горла, когда я прохожу мимо Луки, оставляя его позади. Мое прошлое. Мои глаза встречаются со злобными глазами Данте.
Он улыбается мне и шлет воздушный поцелуй.
ГЛАВА 72
Лука
— Пока что всё идет отлично. Никто не догадывается, что внутри тебя всё разбито, — шепчет Мария, наклоняясь ко мне.
Я игнорирую ее, сверля Данте уничтожающим взглядом.
Мои пальцы так глубоко впиваются в обивку спинки стула передо мной, что дерево трещит. Фрэнки кашляет со своего места в проходе рядом со мной и слегка качает
Моя нога начинает беспорядочно дергаться вверх-вниз, когда заиграли скрипки.
— Прошу всех встать для встречи невесты, — объявляет священник.
Я встаю, держа руки перед собой.
В зале воцаряется тишина, и все поворачиваются ко входу.
Я не могу. Я не могу смотреть на нее.
Боюсь, если я это сделаю, Мария окажется права. Мое сердце разобьется.
Меня трясет, когда она приближается ко мне сзади. Все бормочут о том, как прекрасно выглядит Роза.
Я зажмуриваю глаза, будто испытываю физическую боль.
Я подвел ее. Я обещал, что никогда не брошу ее, и все же мы здесь.
Ее каблуки, стучащие по деревянному полу, приближаются ко мне. Я делаю глубокий вдох и открываю глаза, поворачивая голову вправо.
Из моих легких вырывается весь воздух, слезы застилают глаза, когда она оказывается на одном уровне со мной. В качестве какого-то наказания я окидываю ее взглядом. Ее темные волосы завиты, каскадом ниспадают по спине.
Это ужасное гребаное платье.
Мой взгляд останавливается на ее левой руке. Маленькие синяки расползаются по внешней стороне ее бицепса. Она смотрит вперед и продолжает идти по проходу.
Я наклоняюсь вперед, чтобы получше рассмотреть ее, когда она проходит мимо меня.
На ее коже отчетливые синяки от отпечатков пальцев. Он сделал ей больно.
Никто не трогает мою Розу.
Когда я собираюсь встать, ногти Марии впиваются мне в руку, и она утягивает меня назад. Она наклоняется ко мне.
— Если ты не хочешь, чтобы на следующих похоронах была Роза, то предлагаю тебе оставаться на месте, Лука. Мы готовы к войне. А ты?
Мое сердце бешено колотится, на лбу выступают капли пота.
Я смотрю на Фрэнки, который качает головой.
Скрипки умолкают, и в зале воцаряется тишина. Все наблюдают, как Роза подходит к Данте. Он поворачивается к толпе и улыбается прямо мне, на его щеках свежие царапины, заставляющие меня трястись от ярости.
Священник представляется, и кто знает, что еще он говорит. В ушах у меня так громко звенит, что я не могу сосредоточиться. Я едва дышу. Вся сила воли уходит на то, чтобы не встать и не выстрелить ему между глаз.
И не перерезать горло стерве, которая впилась когтями мне в бедро.
ГЛАВА 73
Роза
Я делаю последние шаги к нему.
Мой обидчик.
Мой муж.
— Добро пожаловать, вы прекрасно выглядите. Вы оба готовы? — спрашивает седовласый священник с лучезарной улыбкой.
Я киваю, и Данте берет мои дрожащие руки. В горле пересыхает.
— Ты сделала правильный выбор, — шепчет Данте. Он наклоняется ближе. — Я сказал тебе это в тот первый раз. Ты будешь моей навсегда.