Право на мир
Шрифт:
Хитрые купцы, не дожидаясь капральской «ревизии», старались незаметно одарить «грозных» таможенников серебряной монетой или дорогим перегоном, очищенным жженым углем и настоянным на можжевеловых ягодах или дубовой стружке. Говорили, от такого поутру не болела голова.
Вереница порожних возов из Аорна таможенников не интересовала. Но и здесь очередь едва ползла: пока проверят подорожные, заполнят реестр…
— Да здесь день проторчать можно, — недовольно проворчал гном, почесывая макушку.
— Не будем
Рассекая торговый поток, словно волнорезом, широкой грудью пуантенца, лавируя среди возов, он медленно стал пробиваться к узкому дорожному устью перед шлагбаумом. Отряд, стараясь не отставать, плотным клином последовал за командиром.
В каменной сторожевой будке у шлагбаума маялся с похмелья сборщик пошлины, судя по нашивкам, сержант. Увидев «непорядки», он так и взвился. И без того красная толстая рожа стала пунцовой. Выскочив из будки, он локтями растолкал толпу и, бросившись к нарушителям, схватил за упряжь пуантенца Найджела.
— Куда прешь?! А ну сдай назад!
Найджел наклонился к нему и сунул под нос руку.
Увидев в коричневой замшевой перчатке серебряную крону, сержант выпучил глаза и облизнулся.
— Что ж это вы, господа… это самое… Сразу-то в этих плащах и не разберешь… Не признал…
— Хватит болтать, — осадил его бессвязную болтовню Найджел. — Делай свое дело. Да побыстрее!
— А ну, посторонись! — загремел сержант, хватая под уздцы тощую лошаденку, впряженную в скрипучую телегу, и стаскивая ее на обочину. Тщедушный мужичонка на телеге, вцепившийся в вожжи, испуганно таращил глаза, даже не пытаясь протестовать. — Не видишь, важные господа едут?!
Найджел вынул свернутые трубкой бумаги.
— Вот наши подорожные!
— Сию минуту, господа! — заверил сержант. — Сейчас отметим! Мы это мигом! — Осторожно взяв бумаги, он скрылся в будке.
Окруженные волнующимся людским морем путники мечтали поскорее вырваться из толчеи и, успокаивая лошадей, поглядывали по сторонам.
У дороги, под забрызганной грязью стеной барака с провалившейся крышей, развалясь словно на троне, а не на пыльной травяной кочке, восседал замызганный оборванец. От нечего делать он жевал самосад, время от времени сплевывая коричневую жижу.
Почему-то его рожа сразу не понравилась Найджелу. «У тебя ж на лбу написано, приятель, что душегуб и проходимец ты изрядный!» — подумал он.
И точно: шрам на лбу оборванца был похож на такой, какой бывает от удара мечом. Такая публика часто участвовала в драках, но удара благородного клинка удостаивалась в редких случаях. Похоже, это не простой пьяница…
Найджел еще раз взглянул в сторону барака, но оборванца и след простыл.
«Уж не соглядатай ли часом? — подумал он. — Что ж, этого следовало ожидать».
Сержант еще отмечал в реестре подорожные, а с небольшой
Глава 22
После таможенной толчеи на дороге было по-утреннему пустынно. Те, кто везли товары в Аорн, еще с вечера сгрудились у таможенного перехода, спасаясь от воров и в надежде быстрее пройти досмотр. Те же, кто ехал порожняком, досматривались во вторую очередь и значит еще долго будут догонять отряд…
Примерно через час хвойный лес поредел, слева потянулись рощи, справа — небольшие вытянутые вдоль дороги холмы и взгорки, поросшие молодыми березами и травой.
— Кажется, за нами следят, — не меняя положения, тихо сказал эльф. — Я видел справа человека на холме. Он следил за дорогой, а увидев нас, сразу спрятался в траве.
Найджел пожал плечами.
— Может, крестьянин, какой — увидел вооруженных людей и испугался, — сказал он, понимая, что эльф прав. С чего бы крестьянину бояться проезжающих по дороге путников?
Где-то среди деревьев мелодично просвистела кленовая овсянка. Немного погодя впереди ей ответила другая птаха.
— В это время овсянки не кричат, — негромко произнес Алкуин. — У них появляются птенцы и они ведут себя тихо, чтобы не привлекать хищников. Странно!
— Я вижу высоко в небе коршуна, — заявил эльф.
— Тем более удивительно! — сказал магистр. — Птицы ни за что не подали бы голос, когда хищник поблизости.
— Похоже, ты был прав, Арминас, — сказал Найджел, расстегивая ремешок на чехле с арбалетом… — Кстати, еще на таможне я видел подозрительного оборванца…
— …который не спускал с нас глаз, — договорил за него Брайли. — А когда негодяй увидел, что мы отмечаем подорожные, бросился предупреждать своих дружков.
— А потом были голуби, — добавил эльф.
Найджел улыбнулся. Значит, его бойцы, как и он сам, все время были начеку, а не просто беспечно болтались в седлах.
— Что будем делать? — спросил гном. — Может, пошлем эльфа на разведку? Они ведь проберутся, куда хочешь! А ходят так, что травинки смятой за собой не оставят. Правда, Арминас?
— Я и не знал, что на такое способен, — улыбнулся эльф. — Нет, Фрейнур, мы по воздуху не летаем.
— Я знаю, где они устроят засаду, — сообщил Алкуин.
— Вот как? Вы бывали в этих краях? — спросил Найджел.
— Мне доводилось бывать в Лансвале при дворе здешнего герцога. Я хорошо запомнил дорогу.
— И где нам ждать нападения?
— Примерно в паре миль отсюда будет узкое место, дорога стиснута холмами с обеих сторон, — магистр кивком указал вперед. — Склоны крутые, поверху заросли кустов. Лучше места для засады не придумаешь. Я бы устроил ее именно там.