Право на легенду
Шрифт:
Больше он ничего не сказал, пока не появилась оперативная группа. Вызванный слесарь довольно быстро открыл дверь. В нос ударил какой-то неприятный запах. Кольчугин, стоявший рядом, поморщился.
– У него газ, наверное, пропускает, – заметил он.
– Это не газ, Миша, – тихо пояснил полковник.
Сотрудники милиции вошли в квартиру. Кольчугин, чувствуя, как сильно колотится сердце, вошел следом за ними. Полковник Кравченко оказался прав. Характерный трупный запах не был запахом газа. На полу в столовой лежал с проломленной головой фотограф Григоренко. Было очевидно, что смерть наступила
– Какое несчастье, – вздохнул Кольчугин и быстро вышел из квартиры. Его едва не стошнило от увиденного и неприятного запаха. На свежем воздухе стало гораздо лучше. Через некоторое время вышел и Кравченко. Молча достал сигареты, закурил.
– Это из-за нас, – горько выдавил Кольчугин. – Наверное, узнали про мой приезд. Или видели, как мы с тобой встретились у здания управления. Или кто-то сообщил про мой звонок в областную администрацию. И зачем я позвонил? Нужно было узнать адрес через твоих сотрудников.
– Не говори глупостей, – отрезал полковник. – Его убили по меньшей мере три дня назад. И так спешили, что даже труп не стали прятать. Или не захотели.
– Как это три дня назад? – изумился Кольчугин, сделав шаг в сторону. – Что ты такое говоришь?
– Экспертиза установит точнее. Только это не из-за нас, Миша. Его убили несколько дней назад, и очень возможно, что из-за той самой фотографии. Теперь нужно вызывать следователя из прокуратуры. И попытаться найти эти негативы. Похоже, эта фотография кому-то была очень нужна.
Глава 11
Количество дел, которые ежедневно обрушиваются на премьер-министра, не поддается учету. Необходимо проводить огромное количество встреч, подписывать гору бумаг, успевать контролировать работу правительства и при этом иметь в виду стратегические цели, о которых часто забывают руководители, погрязшие в ежедневной рутине.
С утра Ермакович встретился с двумя членами правительства и внимательно просмотрел подборку статей из газет и журналов, которые ему подготовил аппарат Кольчугина. Обратила на себя внимание ярко выраженная тенденция: правительство чаще всего обвиняли в финансовой некомпетентности. Ермакович подумал, что нужно поговорить с министром финансов, почему в последнее время именно такие статьи стали чаще других появляться на страницах популярных газет.
В этот момент зазвонил телефон правительственной связи. Он снял трубку и услышал голос Серафимчука:
– Добрый день, Виктор Викторович.
С руководителем аппарата президента у Ермаковича сложился своего рода вооруженный нейтралитет. Серафимчук никогда не скрывал, что хотел бы стать преемником нынешнего президента, полагая, что его могли бы поддержать восточные соседи. Но арест и последующие за ним показания бывшего премьера Назаренко в Америке практически исключили всех возможных претендентов на пост главы государства из близкого окружения действующего президента. Не связанный с правительством Назаренко Виктор Ермакович был, возможно, последним кандидатом, на которого мог сделать ставку президент страны. И Серафимчук знал об этом лучше других.
– Я вас слушаю, –
– Вас информировали об убийстве двух ответственных сотрудников кабинета министров в ресторане «Шинок»? – поинтересовался руководитель президентской администрации.
Ермакович поморщился. Дело, видимо, принимает гораздо более серьезные масштабы, чем он это предполагал еще вчера. Можно было сделать вид, что он впервые слышит эту новость. Но дипломатия не была ему свойственна, а поэтому Виктор Викторович ответил прямо:
– Там был только один наш сотрудник. Второй из Министерства финансов.
Серафимчук понял, что премьер уже проинформирован о случившемся. И тогда продолжил, уже имея это в виду:
– Мы считаем, что такие новости могут подорвать доверие к нашему правительству. Двое его сотрудников, пусть даже один из Министерства финансов, и двое мошенников, находящихся в международном розыске, – слишком неприятная компания, о которой наверняка начнут писать наши газеты.
– Уже пишут, – жестко заметил Ермакович. – Правда, из двоих греков только один находится в розыске. Тот, который приехал к нам не совсем законно. А второй как будто в порядке, он даже бывал у нас в Донецке.
– Вот как раз о нем и хотел с вами переговорить, – осторожно произнес Серафимчук. – Дело в том, что он действительно приезжал к вам в Донецк.
– Ну и что? – рявкнул Ермакович. – Будучи губернатором, я принимал столько людей, что всех не упомнишь. Среди них мог быть и этот тип. Ничего удивительного.
– Верно. Но он встречался не только с вами. По указанию президента наши спецслужбы проверили данные на этих двух греков. Так вот, Хортакиса интересовали возможные инвестиции в наши спортивные объекты, в том числе и по донецкому «Шахтеру». Вы меня понимаете?
Ермакович сжал зубы. Он сразу все понял. Если его никоим образом нельзя связать со скандалом вокруг ареста Назаренко, то почему бы не привязать имя премьера к его родному футбольному клубу, за который он болел всю свою сознательную жизнь?
– Я думаю, что в «Шахтере» сами разберутся, кто им друг, а кто враг, – заметил Ермакович.
– Согласен. Но я хотел, чтобы вы об этом знали, – продолжил Серафимчук. – Я вообще хочу, чтобы вы знали самое главное. Мы на вашей стороне, Виктор Викторович. При всех обстоятельствах. Я уже дал указание Алисе Нарочницкой иметь в виду нашу позицию.
Нарочницкая была пресс-секретарем президента. Ермакович подумал, что администрацию президента в первую очередь волнуют собственные интересы. Они понимают, что в случае крушения правительства падет и сам президент. И хотя у них разные интересы, в данном случае они действительно будут играть на одной стороне.
Попрощавшись, Ермакович положил трубку. Потом несколько минут посидел, тяжело задумавшись. Он правильно сделал, что послал Кольчугина в Донецк. Нужно узнать все и про эту фотографию, и про этого Хортакиса, неизвестно откуда появившегося в Донецке несколько лет назад и так некстати убитого в Киеве, в такой «славной» компании. Значит, те, кто готовил эту провокацию, решили увязать ее с Донецком и таким образом нанести упреждающий удар, чтобы не позволить Ермаковичу выдвигаться в президенты страны.