Право быть человеком
Шрифт:
– Так что конкретно тебя возмущает?
– беззастенчиво копаясь в моих мыслях, поинтересовалось начальство.
– То что этим бюрократам до людей нет никакого дела!
– с чувством выпалила я.
– То что их интересует только то, сколько они недополучили в свой собственный карман, а я должна на эти отбросы галактического человечества пялиться каждый вечер! Н-е х-о-ч-у! И не буду.
– Хорошо-хорошо, можешь не пялиться. По-моему, это вовсе не обязательно, - с каким-то даже беспокойством посмотрел на меня собеседник.
– Поступай, как знаешь, но чтобы второго беса нашла.
– Так
– напомнила я.
– Антона я тебе дать не могу, у него жена сейчас особо нервная, - задумался Борис Иванович.
– Так дайте огневика какого-нибудь, - предложила я.
– Я же с ними одной крови, можно сказать.
– Не, - покачало головой начальство.
– Крови-то, может быть, и одной, но их в последнее время что-то на высокие температуры потянуло, все, как один, плазмой увлеклись.
– Что же это получается?
– вкрадчиво поинтересовалась я.
– Как другие, так науку вперед двигать в экологически-чистом Заповеднике, а как я - так на сомнительные задания в притон злостных курильщиков отправляться?
– Ничего не поделаешь, Лиса, ты у нас разведчик, а не научный сотрудник, и не все тебе на ковре-самолете в компании друзе… О! Может быть, тебе Илью в напарники дать?
– Лучше не надо, - поморщилась я.
– Что так?
– удивился волхв.
– Раньше вы, вроде как дружили, да и справлялись с заданиями так, что любо-дорого посмотреть.
– Так то было раньше, - вздохнула я.
– А сейчас мы э-э-э… Поссорились мы, короче.
– Понятно, - усмехнулось начальство.
– Не срослось?
Да, можно и так сказать. Не срослось. Не сошлись характерами, не смогли договориться. Главным образом в вопросе внешнего вида. Моего. Во всем был хорош Илюха, но почему-то его мои джинсы не радовали. Ему, видишь ли, юбку на девушке лицезреть приятно. А мне в этой вечно перекручивающейся и норовящей задраться одежде неудобно было жить и работать. Да и на шпильках я ходить не любила. Отправилась, вот, как-то сдуру в туфлях на задание - чуть ногу не подвернула. Пришлось снимать их, и геройствовать босиком. Друид Макс потом укоризненно качал головой, заживляя глубокие порезы на моих ступнях.
Я так задумалась, что совсем забыла о присутствии начальства.
– Действительно, не срослось, - дал тот о себе знать.
– Ну что же, завтра одна поработаешь, а я тебе напарника в течение дня подыщу.
– Спасибо, Борис Иванович, - оценила я понимание начальства.
– И тебе, Гоша, спасибо.
Глинтвейн у домового, как всегда, получился выше всяких похвал. Я пила его маленькими глоточками, и думала о том, почему это только у меня не возникает желание переделывать кого бы то ни было, в том числе и занудного металлиста. А вот у некоторых…
Эх! Да что там вспоминать? Проехали.
Глава 2.
Назавтра я, скрепя сердце, отправилась на задание. Телепортом, при помощи прибора телепортации, или ПТ, или "скакуна", как я его иногда называла. Внешне ПТ ничем не отличался от часов, только не было на нем минутных и прочих стрелок, но циферки для задания точных координат. Без прибора я обходиться не могла, поскольку не владела магией
Начались опыты с пионерского лагеря, в котором я когда-то исправно прозябала каждое лето. Получалось у меня отвратительно - лагерь располагался посреди леса, а попадала я с упорством, достойным лучшего применения на пляжи. Нудистские, средиземноморские, уставленные зонтиками охочих до денег курортников аборигенов, одетые в бетон, на крошечный клочок песка, на который с грохотом обрушивались исполинские волны, на пятачок под стенами Петропавловской крепости…
Сначала Борис Иванович возвращал нас обратно, а потом, видя, что меня заклинило, решил расслабиться, и наслаждался ситуацией - плавал, нырял, катался на серфе - в зависимости от того, куда нас заносило. Я тоже вошла во вкус, укупалась всласть в очередном море, а потом вдруг вспомнила, как наш отряд, голодный, обгорелый на солнце до волдырей, возвращался с речного пляжа в лагерь. Купались мы, детки, обычно не больше трех минут за три часа, и то в совокупности…
В следующий прыжок мы все-таки оказались в лагере, а у меня, наконец-то, появились идеи по поводу того, как нужно мне воздействовать на прибор. Силой страстных желаний.
Так и в этот раз, я представила, что на лестнице не оказалось ни одного курильщика, и оказалась там, где нужно. Дыма, правда, там было изрядно.
– Здравствуйте, Игнат Львович, - приветствовала я редактора минуту спустя.
– Я пришла работать.
– А почему ты собралась работать в моем кабинете?
– озадачил меня вопросом новый босс.
– Марш на конференцию, про которую мы вчера говорили.
– Какую конференцию?
– не поняла я.
– Вы мне вчера ничего об этом не сказали.
– Разве?
– озадачился тот.
– Как же я так? Ну ладно, сейчас посмотрим, что в мире интересного делается…
Редактор открыл почтовый браузер с летучей мышкой, кликнул письмо, и на экране появился длиннющий список мероприятий на этот день. Какое-то время он изучал его, то и дело отрицательно покачивая головой.
– О! Пойдешь на пресс-конференцию американского посла по поводу объявления конкурса об учебе в США, - повернулся Игнат Львович ко мне.
– Ты представляешь, некоторым россиянам может сказочно повезти! Они будут учиться в самой настоящей Америке и жить целый год в самой настоящей американской семье.
"А вы уверены, что это - счастье?" - подумала я.
Но осведомилась вполне невинным голосом:
– Куда мне ехать?
– Во всероссийскую библиотеку иностранной литературы, - отозвался редактор.
– Адрес знаешь?
Адрес я знала. Кода училась в МГУ, у меня была возможность грызть гранит науки в оной. Равно как и других библиотеках. Ох, и набегалась я по первопрестольной, когда меня угораздило потерять читательский билет!
– Да.
– Хорошо. Жду тебя после конференции для написания новостной заметки. Иди.