Право быть человеком
Шрифт:
– Так они сотню - другую лет представляют собой на диво живые камни, - ответил волхв таким тоном, как будто удивлялся, как это можно не знать настолько элементарных вещей. Затянулся. Выпустил струю.
– Даже двигаться могут, и перемещаются, пока не найдут себе местечко поживописнее. Да и потом их хрен угробишь…
Я вспомнила одинокие валуны, там и сям разбросанные по поверхности планеты. Они действительно производили немного странноватое впечатление, и только теперь до меня дошло, почему. Камни действительно не были мертвыми. Но почему их нельзя уничтожить?
– Может быть,
– ответил мне на невысказанный вопрос волхв.
– Извини, не могу тебе сказать. Не денебец. Ты готова?
Я потрясла собранной котомкой.
– А вы не знаете, Антон с нами не пойдет?
– Нет. У него случилось прибавление в семействе.
– И давно?
– Час назад.
– Девочка?
– Она, родимая. И не думай! Тебе через пять минут отправляться. Вернешься - насюсюкаешься.
Я хотела было спросить, уж не по этому ли поводу волхв так скоропостижно покинул нас, но постеснялась. А тот сделал вид, что не заметил моего не озвученного вопроса.
Снова раскинулся огромный луг, цветущий и благоухающий, несмотря на конец сентября. Послеполуденное солнце мягко грело, и это было настоящим подарком после той промозглой серости, что вот уже сутки царила в Заповеднике. Металлист, ворчавший по поводу того, что мы пошли пешком, а не оправились, как все белые люди, телепортом, повеселел, и даже стал вполне обаятельным.
– Смотри, парень какой-то к нам направляется, - указала я на быстро приближающуюся фигурку.
– Никак, тот Данилка, что тогда спасся?
– Похоже, - прищурившись, отозвался металлист.
– По крайней мере, патлы светлые.
Мы ускорили шаг. А через пару минут я с улыбкой наблюдала, как малолетний, толком еще не отдышавшийся, пацан пытается с недетским достоинством протянуть металлисту тощую грязную конечность. Тот, сдержав улыбку, важно пожал руку Даниле. Я удостоилась еле заметного кивка, и широко улыбнулась. Парень почесал в затылке, и с некоторым сомнением протянул руку и мне, особе "слабого пола".
– Вас… того… деда… Глеб… просил встретить, - произнес он прерывистым голосом человека, все еще не отошедшего от быстрого бега.
– Как он там поживает?
– Хорошо, - уклончиво ответил Данила.
– Гости у него сейчас. Вы уж не пужайтесь…
Мы с металлистом украдкой переглянулись. Это какие там должны быть чудища, чтобы мы перепугались-то? Да еще в доме у волхва?
Вскоре мы подходили к избушке. Нас лениво облаяла дворовая псина, на крылечке появился хозяин. Так привычно… В то, что в доме находится что-то ужасное, не верилось совершенно.
– Здравствуйте, Глеб Макарыч!
– И вам по здорову, - оглаживая бороду, ответил тот.
– Как поживаете?
– Хорошо, - склонив голову в знак приветствия, ответствовал металлист.
– Ну что же, - обведя нас проницательными светло-зелеными глазами, - ответил волхв.
– Проходите. Да к столу присаживайтесь. Сегодня у Тоши расстегаи особо вкусными получились.
Я все же с некоторой опаской зашла в сени, осторожно заглянула в комнату… Сзади послышался смешок. И, каково же было мое изумление, когда я узрела знакомую аниме-подобную Велю, добрейшей
Встречавший нас Данила бросил на гостью наставника боязливый взгляд, и ринулся вон из избушки. Волхв посмотрел ему в след, и покачал головой - нет зверя, страшнее слухов… Правда, в этом случае гостья была изрядным исключением из правил.
– Здорово, герои, - приветствовала нас Веля.
– Как жизнь молодая?
– Неплохо… А ты сама как?
– полюбопытствовала я.
– Как там Зевул?
– Занят, - блеснула зубами суккуб.
– Руководит постройкой зачарованной стены вокруг деревни.
– Это зачем еще?
– опешила я.
– Сосед наш чудит маленько, - повела Веля точеным плечиком.
– Уж две недели, как из его замка веет чем-то непонятным…
– А вот об этом я и хотел с вами поговорить, - вмешался в обмен любезностями волхв.
– Собственно поэтому вы все здесь и находитесь.
– Никак, Жидомир объявился?
– вспомнила я вторую причину нашего появления в этих краях.
Волхв отрицательно покачал головой.
– Нет, не объявился. И это, вкупе с Велиными новостями, меня и беспокоит.
– Почему?
– поинтересовался металлист.
– Опыты он на людях горазд был ставить, - строго сказал Глеб Макарович.
– Нехорошо, если его разработки в лапы к негодяям попадут.
– А уж если кто-то ему мозги прополощет как следует, и на себя работать заставит, и вовсе паршиво будет, - подытожил Илья.
Волхв в ответ только кивнул.
Обсуждали мы ситуацию еще довольно долго, узнали с дюжину сплетен местного разлива, но ничего существенного сверх того, что нам было уже известно. Так что план, получившийся в ходе обсуждения, был весьма прост. С утра пораньше мы должны были отправиться по следу кривляки-железяки, разведать, что к чему, и доложить обстановку Глебу Макаровичу. А там - видно будет.
Веля отправилась на помощь супругу, мы же - присматривать подходящие лавки для ночлега. Только укладываясь спать, я вспомнила, что оставила ящерку-талисман спокойного сна в Заповеднике. Посмотрела на металлиста, тихонько посапывающего на соседней лавке, достала носовой платок из котомки, повязала вокруг рта, чтобы ненароком что-нибудь не брякнуть во сне, и вырубилась. Шла пятая ночь испытания.
…Тираннозавры напали, когда я вышла к бескрайнему синему морю. Крыло еще не окрепло, и улететь я по-прежнему не могла. Оставалось только хорошенько разбежаться, и прыгнуть в море с обрыва, гадая в полете, умею ли я плавать, или нет. Оказалось, что умею, и неплохо. Да и вынырнула я на поверхность, как пробка. Только вода на вкус была ужасно горькая, и это немного омрачало радость от наблюдения за метанием громадных хищников по обрыву. Наконец один из них поскользнулся, пару раз взмахнул хвостом, не удержался, и, завывая, загремел в море. Не вынырнул. Его сородичи толпились на берегу, обменивались малоприятным для моего слуха рыканьем. Потом развернулись, и ушли. Но мгновением раньше я не то услышала, не то почувствовала разочарование грозных исполинов…