Право быть человеком
Шрифт:
Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Вскочила, озираясь. За окном серело небо, из полумрака проступали детали интерьера, рядом со мной стоял металлист, выпучив на меня глаза. Моря не было, тираннозавров - тоже. Во рту было горько, сама я была абсолютно мокрая. На дощатом полу образовалась небольшая лужа.
– Ты что, заболела?
– с тревожной ноткой в голосе осведомился металлист.
– Тебе не кажется, что ты как-то аномально потеешь?
– Не кажется, - стащила я со рта промокший в горькой воде платок.
– Это сон во всем виноват.
– Какой
– вопросил подошедший волхв.
– Не знаю точно, - честно ответила я.
– Но, по-моему, так драконий.
– Как это ты умудрилась?
– вытаращился на меня металлист.
С лица Глеба Макаровича слетели остатки сна:
– И как давно тебе подобные сны снятся?
– Не помню, - пожала плечами я.
– Не больше недели. Вчера вот не снилось ничего, но мне и талисман Ярославов помогал. А сюда я его не взяла…
Вместо ответа хозяин избушки подошел к стене, провел по ней рукой, и нашим глазам открылся стеллаж, уставленный амулетами всех мастей от пола до потолка.
– Поделки Ярослава, - догадался металлист.
– Сейчас тебе что-нибудь подберут.
– Здесь только ранние работы моего ученика, - с досадой в голосе ответил волхв.
– Шибко большой силы в них нету, но в твоем случае и самый мощный амулет - лишь отсрочка.
После недолгих поисков Макарыч взял с полки талисман, выполненный из кусков дерева и куриных перьев, протянул мне.
– Надень на шею, и не снимай, - строго сказал он.
– Потом с Иванычем посоветуешься. А сейчас давайте спать. Еще два часа до подъема.
И, укоризненно качая головой, удалился. Я же, как могла, просушила постель и отправилась во двор выжимать одежку. На улице стоял такой густой туман, что, казалось, его можно резать ножом, а потом на хлеб мазать. Я сняла с себя штаны, выжала, вспомнила, что маг, высушила горячим ветром. Потом пришла очередь футболки. Из лесу все это время доносилось какое-то невнятное бормотание. И, хоть я и была на территории волхва, а все одно предпочла убраться в дом, и поскорее.
Когда я вернулась в горницу, товарищ поджидал меня, и судя по выражению его лица, у него был десяток-другой вопросов, которыми он хотел меня озадачить.
– Может, лучше спать, а?
– взмолилась я.
– Как знаешь, - тут же надулся металлист.
– Я к тебе по-дружески, а ты…
– Я же все равно не знаю ничего, - со вздохом ответила я.
– Просто дракон со мной поделился своими воспоминаниями, а потом… Короче, теперь мне иногда снятся такие вот сны.
– Да, информации действительно негусто, - разочарованно ответил Илья.
– Как попадем в Заповедник, лично у начальства поинтересуюсь, в чем дело. Спокойной ночи.
"Попробуй", - усмехнулась я про себя.
– "Интересно, что оно тебе скажет?"
Не успела я уснуть, как мне казалось, а меня снова разбудили. Проснулась я человек-человеком, сухая и недовольная по поводу несвоевременной побудки. Металлист с волхвом крутились возле уже знакомого нам по прошлому приключению коврика. Судя по их лицам, коврик не хотел понимать, куда ему лететь надобно.
– Он направление по свитку определяет, - вздохнув,
– Не получится.
– А может, я смогу как-нибудь на свиток повлиять? А тот, в свою очередь, на ковер?
– Не думаю, что это у тебя выйдет. Ты не нашего мира.
– А мне показалось, что он разумный, - рискнула вмешаться я.
– Может, ты будешь озвучивать "вправо-влево", а коврик - слушаться?
– Точность подобного метода низка, если на большой скорости лететь, - не поворачивая головы, отозвался мой компаньон.
– Но, с другой стороны, другого выхода у нас просто нет.
А чуть позже коврик взмыл над гостеприимным домом волхва, замер в ожидании команды, после чего взял курс на север. Поначалу леса, поля и деревеньки проплывали внизу важно и степенно, потом заметно ускорились, а вскоре и вовсе слились в одну многоцветную полосу - металлист и коврик нашли общий язык. По мере лета наше транспортное средство набирало высоту. Обозревать окрестности стало неинтересно. Металлист был занят, и я, воспользовавшись случаем, решила обмозговать последние события. Но, как только я устроилась поудобнее, ко мне в голову проникли какие-то совершенно непонятные мне звуки и мысли, среди которых была только одна ярко оформленная "пока движемся прямо и без изменений".
Это что еще за хрень?
"Сейчас чуть направо", - выделила я четкую команду из белого шума, - "еще чуть, теперь прямо".
"Это же команды металлиста", - дошло до меня.
Выходит, я теперь телепат? Жуть какая. Не хочу. Как же мне от всей этой галиматьи, что меня окружает, закрываться? Ехидное подсознание не подкачало - извлекло из своих недр фильм "Чего хочет женщина", и я увидела себя, закрывающую уши руками посреди супермаркета, вместо Мэла Гибсона. Участь печальная сия меня определенно не устраивала.
"Может, мое подсознание что-нибудь конструктивное все-таки предложит?" - подумала я.
– "Не все же ему надо мной издеваться-то?"
Но как это конструктивное оттуда извлечь?
Вопрос сей так и остался без ответа, я же, прослушав еще десяток команд "влево - прямо -вправо- прямо…" принялась с горя вспоминать теоремы и их доказательства из университетского курса математики - уж лучше так себя развлекать, чем слушать чужие мысли.
Я как раз вспоминала о том, по каким пунктам кусочно-гладкая функция коварнее просто гладкой, когда меня окликнул металлист:
– Прилетели!
– Куда?
– спросила я по привычке.
– Впрочем, сама знаю. Мы почему-то застряли в лесу, а кругом - ни замка, ни даже захудалой деревеньки. Лишь небольшой пригорок посреди чащи.
– Ты как будто мои мысли прочла, - изумился боевой друг и товарищ.
– Или ты вдруг поумнела?
– Не дождешься, - мстительно ответила я.
– Это все… Впрочем ладно, проехали… Осторожнее!
– Что? Что ты кричишь?!
– Не иди туда! Они хотят… вселиться?
– Ты о чем?
– выпучил на меня глаза металлист.
– Мы почти у цели. Тот кузнец, что ковал железку, должен быть где-то недалеко.