Правила боя. Колдун

Московкина Анна

У него было резкое лицо с жуткими глазами, отросшая черная борода, обветренная кожа и руки воина.

– Ивен, кто это?

– Майорин, колдун из Инессы. Наш союзник, Велка.

Женщина постояла, потом размотала платок, открыв очень красивое лицо с сочными полными губами точеными скулами и чуть длинноватым носом. Ей было лет двадцать пять, а может быть двадцать три, а может быть тридцать... Велмера подошла к Ивену, заглянула тому в глаза и тихо спросила:

– Это правда ты? Не хитрое заклинание Аарских?

–

Нет. Помнишь, как мы ходили собирать только проросший папоротник? А ход ты нашла, когда тебе было пять. Ты играла в эльфов в лесу.

Тогда Велмера судорожно вздохнула и поцеловала мага. Ивен покраснел.

Майорин отвернулся. И как он не догадался про его игры с памятью? Ведь должна же быть у двадцатипятилетнего парня возлюбленная. Хотя бы та, на которую он украдкой поглядывает издалека.

Нет, счел его кабинетным заучкой, интересующимся только бумажками и книжками.

А маг в то время осмелел, обнял Велмеру и что-то ей шептал. Оба плакали.

По дороге в домик, занимаемый заговорщиками, они опять встретили наемников.

– Эй, красавица!
– крикнул давешний заводила.
– Возьми меня третьим!

Маг кажется что-то прорычал.

– Нет уж! Ночь не такая длинная! Двоим мало!
– ответил ему Майорин.
– Так что прости приятель.

– Да ничего, коллега. Откуда будешь?

– С северной границы. Но там тихо, жалование три медняка и те ломанные!

– У нас тут целый отряд оттуда. Пошли с нами, выпьем, поговорим.

Майорин выразительно поглядел на Велмеру, под плащом угадывались изгибы фигуры. Очень даже ничего себе такие.

– Эх бабы!
– посетовал наемник.
– Все беды от них!

Его компания разразилась добродушным хохотом. Майорин ускорил шаг и догнал Ивена с женщиной.

– Зачем мордой сверкаешь?
– буркнул маг.

– Моя морда никому здесь не знакома и тем непримечательна.
– Ответил ему колдун.

– Кто управляет оппозицией?

Все присутствующие дружно потупили взгляды.

Присутствовало четверо. Ивен с Велмерой, держащиеся под столом за руки и думающие, что никто этого не видит, светловолосый и очень высокий мужчина лет тридцати, с цепкими глазами, и его жена - кудрявая молодая женщина в веснушках с обезоруживающей улыбкой проказницы.

Последних двоих колдун быстро приписал к бастующим магам, ничего не смыслящим в тонкостях организации. Велмера была другое дело, одно ее знакомство с Ивеном указывала на то, что женщина не из "простых".

Каждое движение было выверено, каждый жест просчитан.

– Я постелю тебе на кухне. Не возражаешь?

– Нет.
– Майорин отвел от них глаза, Ивену с Велмерой явно хотелось остаться наедине. Парочка магов его просто боялась.

Он уже готовился ко сну, когда магичка заглянула на кухню.

– Завтра.
– Пообещала она.
– Завтра я

отведу тебя к нему. Но обнадеживать не буду. Мы никому не доверяем, даже себе.

– Велмера, а Ивену ты доверяешь?

– Да!
– сказано было горячо и твердо.
– Если кому и доверяю, то ему.

Колдун кивнул.

Он зажег светец и уселся на скамью с ногами - по полу дуло. Из щели между заслонкой и печью сочился свет догорающих дров. В кухне немного тянуло дымом, видно из-за забившейся трубы. Майорин откинул тряпицу, прикрывающую снедь на столе. Вытащил из хлебной корзины буханку хлеба и отрезал себе ломоть, подсолил и с удовольствием съел. Как давно он уже вот так не сидел в одиночестве, около горящей печи, ночью, в тишине. Дом был очень похож на его собственный в Вирице. Те же две маленькие комнатки-норки, просторная кухня с большой печью, кажется, загляни за одну из этих дверей, там спит Айрин, отвернувшись к стене и закутавшись в одеяло.

Он отрезал еще хлеба.

Немного человеку надо. И не хватает совсем простых вещей. Ничем не примечательных... ну что такого в кухонном ночном одиночестве?

Или в чтении книги по вечерам? В хрусте чистых простыней, в огоньке между заслонкой и кирпичами, почерневшими от сажи, в шуршании мышей под полом?

– Там есть сало и сыр.
– Подсказала Велмера, выскользнувшая из своей комнатенки.

Жующий колдун невнятно ответил, что так тоже вкусно. Магичка запахнула халат, подвязалась и принялась шуровать в углу у кадки с водой. Выпив три кружки, женщина наполнила четвертую и села за стол.

– Здесь есть простокваша.
– В тон ей подсказал колдун.

– Вода лучше утоляет жажду.

– Кому как.
– Пожал он плечами и потянулся за новым куском.

– А я бы лучше с салом.
– Тихо сказала Велмера.

– Пожалуйста.

– Нельзя. Толстею.
– Призналась она.

Колдун округлил глаза и продолжил жевать, что отвечать на подобные заявления он понятия не имел. По-хорошему надо было выдавить нечто о прекрасности форм. Формы действительно были ничего, а вот рот занят. Сам он сегодня проковырял в ремне новую дырку и, подумав, добавил к ней еще одну, на всякий случай.

– С утра пойдем к нему.
– "Нему" Велмера выделила голосом, ни разу никто из жильцов домика не произнес имя главы оппозиции. И "главой" они тоже его не называли. На расспросы колдун ответов не получил.

– Угу.

– Вижу, вы расслабились.

– Я свое задание выполнил. В большей части. Теперь от меня мало что зависит, к чему напрягаться?

– И что дальше?

– Лягу спать, утром пойду к вашему "нему".

– А потом?

– Суп с котом.
– Колдун вытянул затекшие ноги. В ступнях щекотно забегали колики, он расправил и сжал пальцы на ногах, колики стали напористей.
– Буду ждать.