Правила боя. Колдун

Московкина Анна

– Мне нужны свечи.
– Сказал лекарь.
– Семь штук, и разыщи Игже. Он специалист по сглазу.

Рада судорожно кивнула и вылетела прочь. Лекарь достал из своей сумки мел и принялся расчерчивать пол.

Все эти мелки, свечки, крысиные хвосты и ящериные головы наводили на Косидара похоронную тоску, он как раз нарисовал болванку, готовую для дальнейшего употребления, когда вернулась Рада с Игже и свечами.

Игже был уроженцем Хордрима, имел черные волосы, брови и глаза, всем цветам в одежде упрямо предпочитал скорбный

черёмный и заслужил среди коллег прозвище: чернокнижник.

– Криво!
– не размениваясь на сентиментальные пассажи сообщил чернокнижник.
– И здесь криво! К тому же этой линии здесь быть не должно.

– Но лучей семь?

– Да.
– Игже махнул рукой Раде.
– Свечи по углам. По внутренним углам. Да сюда!

Косидар застыл с задумчивой миной, он мало верил в начертательную магию, но прикладники, как раз специализировались на проклятьях и сглазах.

А Игже верил. И лекарь верил в Игже.

– Мне нужна кровь Люты.

– Трава? Препараты?

– Нет.
– Отрезал чернокнижник.
– Крови хватит.

Игже придирчиво обошел септограмму, обвел ее ровным кругом, но не замкнул его.

Он отметил кровью Люты два луча и росчерком поставил знак в центре. Ни знахарка, ни лекарь его не знали.

Щелчок. Над фитилями взмыли ровные оранжевые лепестки. По кругу пробежала голубоватая искра, Игже легким движением замкнул его.

Искра перешла на звезду, осветила каждый луч. Звезда засветилась, по лбу чернокнижника скатилась капля пота. Он поднял напряженную скрюченную руку, святящийся абрис последовал за жестом. Навис над Лютой, прошел того насквозь.

За каплей пот полился градом, чернокнижник тяжело дышал, из правой ноздри медленно выползла кровавая струйка. Игже покачнулся, Рада хотела поддержать, но лекарь не пустил.

Звезда медленно потянулась назад, опять прошла через Молчуна и, поменяв цвет, направляемая волей чародея вернулась к своему начертанному на полу близнецу. Стоило контурам соединиться, лепестки на свечах исчезли, чадя черным дымком. Игже облегченно вздохнул и повернулся к Косидару:

– Что же ты, гад, не сказал мне, что проклятие посмертное!

– Я не подумал.
– Виновато сказал лекарь.
– Я просто осмотрел его и поставил диагноз.

– Ладно. Уберите тут все... Кровь с пола соскрести, руками лучше не трогать. Вся дрянь, бывшая в Молчуне теперь в этих каплях.

– Сделаю!
– Рада подхватила нож и принялась шкрябать пол.

Чернокнижник рассеяно перебрал кружки на столе, в поисках пития. Хлебнул выдохшегося пива, скривился, но допил.

– Выдался вечерок.
– Пробормотал он.
– Отдохнули после перехода. Ты сам-то живой?

– А?
– лекарь, вычищающий Лютины раны смоченной в снадобье тряпицей, отвлекся от своего занятия. Поморщился и едва слышно хмыкнул: - Почти. Ногу рассекли. Не сильно, но неприятно.

– Эй, ребята...
– скучно донеслось от дверного проема. В проеме

стоял маг, оба чародея неприязненно на него поглядели, но этого конкретного мага им приказали не трогать.
– Вы меня, конечно извините...

– Чего надо?
– рявкнул Игже, терпеть не могущий топтания на месте.

Ивен мотнул головой и сложил на пороге черноволосое тело. Тело вяло откликнулось и застонало.

– Майорин...
– чернокнижник помог магу затащить колдуна. И все понеслось по новой.

– Там сейчас Оверкаллены еще принесут. Двоих гномов.

– Эта ночь кончится?
– спросил у потолка Косидар, но потолок не ответил, ибо говорить был не обучен.

– Значит, весь отряд вывели из строя?
– спросила Айрин.

– Люта очнулся чуть раньше тебя. Самым страшным, что с ним случилось, было проклятие. Отлежится, как и мы с тобой. Косидар сказал, что поставит на ноги девятерых, восемь и без него на них крепко держаться. Но остальные...
– Колдун не развел руками, но интонации было довольно. Девушка скорбно вздохнула:

– Я могу предложить...

– Что?

Замявшаяся Айрин нахмурилась, но собралась и заговорила дальше:

– Я могу предложить выход... Мы с Ивеном...

– Через четыре дня выходим.
– Закончил Люта Молчун.
– Отдохните напоследок.

Тишина, только кивки и сосредоточенные взгляды. Красная Сопка молчала

– Теперь слово магу.
– В зале сидели Оверкаллены, Майорин, Борец, Игже, Молчун и Айрин.

– Меня зовут Ивен.
– Поправил цитаделец.
– Я расскажу вам, с чем мы будем иметь дело.

Его тоже слушали в полной тишине, хоть Ивену и мерещилось осуждение в глазах слушающих, он говорил коротко и твердо.
– Я так же предлагаю сделать вылазку в Цитадель. В Цитадели существует оппозиция. Я знаком с некоторыми из них, это очень надежные люди, но чтобы с ними договориться, нужно попасть внутрь...

– Я не пойду на это!
– Люта крикнул, перебив тихую речь мага.
– А если они вас поймают?

– Люта...
– Протестующе подняла руку Айрин.

– Помолчи, Айрин! Нет.
– Это сказал Майорин, и девушка резко обернулась к нему.
– Мы с Ивеном отправимся вдвоем. И если нас поймают, то никто ничего магам не расскажет. По крайне мере так быстро, чтобы они сумели вам препятствовать.

Все в зале замолчали. Маг удивленно уставился на Майорина - он был уверен, что колдун просто отвергнет его план.

– Вдвоем?
– девушка побледнела.
– Нет, Майорин... это... это... опасно!

Колдун ухмыльнулся:

– А вам вдвоем идти не опасно?

– Я - исток!

– То есть, беззащитный исток, с горем пополам сумевший освоить управление чистой силой, может постоять за себя лучше, чем квалифицированный колдун, один из сильнейших в Инессе?
– съехидничал квалифицированный колдун. Айрин нахмурилась и не ответила - крыть было нечем.