Правила боя. Колдун
Шрифт:
– Как так?
– Слово: "левитация" тебе не знакомо?
– буркнул колдун.
– Знакомо, но Люта не яблочко - весит больше.
Упрямый колдун уже строил формулу. Он осторожно приподнял Молчуна на пядь, убедился, что зацепил и потащил на себя. Лавт задрал морду, наблюдая за столь безрассудной тратой резерва с немым восхищением.
Майорин дотащил командира до дверного проема, отступил назад и уложил тело на пол. Раны Молчуна кровоточили, нехорошо сочились пеной, пахнущей разложением.
Не объясняясь
Косидара они нашли в том же зале, где и оставляли. Только теперь лекарь не говорил, а шипел, давая указания Раде. Знахарка не возражала, но делала все по-своему, что бесило чародея особенно. Сейчас Рада зашивала Косидару рваную дыру на бедре.
– Ближе к ране бери, куда ты на полпяди отступаешь!
– Конечно.
– Согласилась знахарка и продолжала шить, лекарь невнятно прогундел, давясь руганью.
Мужчины сгрузили Люту на скамью, Лавт присел, отдышался. А когда поднял голову, то Майорина уже и след простыл.
Колдун бежал по коридорам легкой трусцой, стараясь не обращать внимания на распоротый бок, продолжавший саднить. Получалось плохо. В первую очередь он проверил комнату Ивена, маг исчез, взломав замок. Этому Майорин удивился меньше всего.
Зато удивился минут десять спустя, обнаружив мага, сидящим около Айрин. Девушка умудрилась пересечь барьер, но теперь лежала без сознания, редко дыша.
По ту сторону остывал пойманный маг. Опознать в нем мертвеца не составило труда - широко раскрытые глаза остекленели, потеряв связь с миром живых.
– Майорин? Она без соз...
– Вижу. Засунь ее обратно за барьер. Идем.
– Куда?
– Ивен удивился, но послушно принялся распутывать заклинание, подтвердив опасения колдуна. Айрин не сама пересекла границу, ушлый маг и здесь оказался не промах.
– На кудыкину гору, изучать тайны снега.
– А!
– подпихнув Айрин сбоку, будто та была мешком, Ивен запечатал барьер.
– Это омут сна, материализованный посредством стихийного заклинания заноса, укрепленного чарами третьего порядка. Я разрабатывал его, как универсальный метод массовой атаки...
– Ясно.
– Обреченно проговорил колдун.
– Есть хоть что-нибудь в Цитадели, что не ты разрабатывал?
– Конечно. И это заклинание не я придумал, просто усовершенствовал. И работал я не один...
Майорину нестерпимо захотелось поверить в богов. Помолиться и с божьего благословление убить этого типа. Но тип был на редкость полезный.
– Идем.
– А как же Айрин?
– Сейчас ты ей не поможешь, идем.
– Колдун почувствовал, что если он еще чуточку постоит на месте, то непременно свалится рядом с девушкой.
Они обыскали коридоры, маг, от которого так и разило силой, вычищал снег, разваливая остатки чар.
Цитадельцы ушли.
– Они приходили за мной.
– Сказал маг, прочитав мысли спутника. Майорин тут же собрался с силами и выбросил непрошеного гостя из собственного разума.
– Это - хамство.
– Пояснил колдун, смотря, как маг морщится от резкой головной боли. Можно было действовать и безболезненно.
– Извини, я не хотел. Само вышло.
– Сила опьяняет. Но она быстро рассеется. Не обольщайся.
– Знаю. Они пришли за мной и за информацией. А заодно постарались вывести из строя как можно больше ваших.
– Им это удалось.
– Вспомнил колдун состояние Люты и заполненный ранеными зал.
– Что же ты еще здесь?
– И почему жив?
– усмехнулся маг, пряча за усмешкой недавно пережитый страх. Когда несколько магов из напавшего отряда смотрели прямо на него, изучая "пустой" тупичок. Если бы не сила истока, по случаю оказавшаяся в его распоряжении, может, все сложилось бы иначе.
Не представлял отряд, посланый Аарским, какое сокровище было у него перед глазами, умело отводя оные.
Когда он услышал шаги в следующий раз, понял, что сейчас на подобные мороки у него не хватит выдержки.
И врагу обрадовался как лучшему другу.
– Они меня не нашли.
– Договорил Ивен.
– Плохо смотрели.
Мужчины обыскали город, подключив к делу потрепанных, но способных стоять на ногах колдунов.
Все бы ничего, но и колдун, и маг впервые сошлись во мнении, что среди инессцев есть предатель. И ни один из них не мог с разбегу вычислить шпика, потому согласившись друг с другом во второй раз, враги пришли к мнению, что доверять можно лишь узкому кругу лиц.
Любое обезболивающее заклинание имеет свой предел. И в этом пределе, во-первых действует недолго, а во-вторых снижает боль лишь до терпимой. Косидар предел превысил, но повод был весомый.
Желтая пена на ранах Люты Молчуна не была ни следствием яда, ни ожогом. Да, здесь лекарь имел дело с классической порчей. Но Косидар предпочел бы какое-нибудь "отрицание" или временное заклятие. Потому как там все было четко и ясно - инструкция, правила и прочее...
Порча зависела от того, кто ее наносил. Вот только у трупа не спросишь...
Лекарь велел знахарке раздеть командира и полностью обмыть. Рада осторожно отшкрябывала кровавые корки мокрой тряпкой.
После Люту уложили на стол, и Косидар велел всем выметаться в любые угодные им стороны.
Народ подобрался и послушно расползся кто куда. Осталась только Рада, которую сварливый лекарь выгнать не смог.
Косидар закатал рукава, почесал шрам, что проделывал всегда, стоило ему задуматься, и критично осмотрел Молчуна.
В этот момент тот был близок к возможности умолкнуть навсегда.