Праведники Меча
Шрифт:
— Ничуть! — уверенно заявил Алазариан, выхватывая письмо обратно. — Я знаю правду.
— Правду? Да что Бьяджио может знать о правде? Этому чудовищу нельзя доверять!
— Вы не понимаете. Я был там, в Черном Городе. Я разговаривал с Бьяджио. Он сам дал мне это письмо.
— Ну и что? Ты считаешь, что он не мог лгать тебе в лицо? Семь кругов ада, мальчик, проснись! Бьяджио уничтожил мой Собор. Ни одному его слову верить нельзя! Как ты мог думать...
Алазариан быстро протянул руку и схватил
— Что такое?...
Роб попытался высвободиться, но Алазариан ему не дал. Он решил, что пришло время показать этому высокомерному священнику, с кем он имеет дело.
— Вы — Джал Роб, — сказал Алазариан.
— Вот именно, дьявольщина. Какое...
— Вашу мать звали Джиннифер, — продолжил Алазариан. Он углубился в сознание Роба, выуживая оттуда все, что можно было. — Она уговаривала вас стать священником. Вы очень ее любили. Она первая привела вас в Собор. Но она погибла в Черном Городе. Когда она переходила через улицу, ее сбила карета.
Джал Роб перестал вырываться. Его глаза широко раскрылись.
— В ее смерти вы винили себя, — говорил Алазариан, — потому что это вы уговаривали ее отвезти вас в столицу. Вам ужасно хотелось увидеть этот Собор, правда, Джал Роб?
— Боже небесный, — прошептал Роб, медленно отнимая руку. — Кто ты такой? Алазариан сел прямее.
— Я — наполовину триец. Мой отец был телохранителем трийского торговца, приезжавшего в Талистан. Его звали Джакирас. То, что я сейчас сделал с вами, я проделал и с Бьяджио. Я заглянул в его душу и твердо знаю, что он мне не лгал.
Джал Роб окаменел.
— Это волшебство! — потрясение прошептал он. — Ты чародей!
— Нет. У меня просто есть этот дар. И я сам его не понимаю. Вот почему я согласился отправиться в Люсел-Лор с поручением Бьяджио: чтобы узнать о своем даре. И вот почему я уверен, что Бьяджио говорил правду. Мое поручение — это не уловка и не глупость. Судьба всей империи зависит от того, доставлю ли я это письмо Ричиусу Вэнтрану. А теперь... вы мне поможете?
Роб смотрел на свою руку, словно ожидал разглядеть на ней следы магии.
— Моя мать... — задумчиво спросил он. — Откуда ты узнал?
— Я не могу это объяснить. Я знаю только, что у меня это получается, и что мой дар никогда меня не обманывает. То, что я ощущаю в человеке, — это правда. И поэтому я уверен в Бьяджио.
— Поразительно! — Роб стряхнул с себя задумчивость. — Ты похож на Тарна, юный Лет. Он тоже был магом.
— Поэтому я и отправляюсь в Люсел-Лор. Я хочу разузнать о нем и, если возможно, о моем отце.
— Тарн умер. Ты это знаешь, надеюсь?
— Знаю, — подтвердил Алазариан. — Но в Люсел-Лоре остались люди, которые его знали. Его знал Ричиус Вэнтран. Если бы мне удалось
— Ты предашь собственного деда?
— Я уже об этом думал, — ответил Алазариан. — Но я должен это сделать. Бьяджио говорит, что мой дед планирует напасть на Черный Город. Он говорит, что дед собирает силы для этого. Если это произойдет, то все народы Нара должны будут встать на чью-то сторону. Весь континент охватит война.
Джал кивнул, пытаясь понять то, что говорил ему этот юнец. Но он все еще был потрясен магией и продолжал неуверенно поглядывать на свою руку.
— Когда я привез тебя сюда, я такого не ожидал, — сказал он. — Сегодня моя жизнь сильно усложнилась.
— Мне очень жаль, — отозвался Алазариан. — Я не хотел вас беспокоить. И вы не обязаны мне помогать, Джал Роб, хотя мне хотелось бы, чтобы помогли. Вам Вэнтран нужен не меньше, чем мне. Рано или поздно Лет отправит за вами новый отряд. Если мы заручимся помощью Вэнтрана...
— Бесполезно, — возразил Роб. — Шакал предал Арамур. Он не вернется.
— Бьяджио считает, что вернется.
— Вот как? Почему?
— Потому что, как он думает, Шакал хочет получить свою родину обратно. В письме все это написано. Бьяджио предлагает Вэнтрану Арамур, если Вэнтран согласится привести армию трийцев.
— А что сам Бьяджио? Кого он привлечет на свою сторону? Алазариан нахмурился.
— Я точно не знаю. Он не стал мне ничего говорить, не считая того, что он слаб и больше не может рассчитывать на нарские легионы. Они отказываются ему подчиняться.
— Это меня не удивляет. Борясь за трон, Бьяджио нажил себе много врагов. Но тут должно быть что-то еще. — Он с любопытством посмотрел на письмо. — Если он об этом написал, нам следовало бы это прочесть.
— Нет, — заявил Алазариан. — Я дал ему слово, и я его не нарушу. И потом, есть еще одна вещь. Бьяджио намекнул на то, что ищет союзников, которые бы ему помогли. Он сказал, что победить Талистан будет нелегко и что для этого мало будет одних трийцев.
— И все? Больше он тебе ничего не сказал? Кто они, эти союзники?
— Он отказался говорить. Но я действительно ему верю, Джал Роб. Я знаю, что вам трудно в это поверить, но Бьяджио изменился. Он мне не лгал. И, что более важно, мне необходимо найти Ричиуса Вэнтрана.
Алазариан потянулся к священнику, но Роб поспешно отстранился.
— Пожалуйста, не трогай меня, — попросил он. — Твоя магия меня пугает.
Уязвленный Алазариан отпрянул назад.
— Вы мне поможете? Без вас я с этим не справлюсь. Вы эти горы знаете лучше всех. И вы — один из подданных Вэнтрана. Если я все-таки его найду, он может к вам прислушаться.