Праведники Меча

Марко Джон

— Эй, на лисской шхуне! — крикнул кто-то из темноты. — Сдавайтесь или будете уничтожены.

Ошеломленная команда повернулась к Ориэлю. Забрызганный кровью Раана командир казался невыразимо усталым. Он был призрачно бледен, глаза потускнели.

— Сдавайтесь, — сказал он своим офицерам. — Или нас потопят на месте.

Услышав ответ лиссцев, Никабар ухмыльнулся. Они сдаются без всяких условий — видимо, полагаясь на милосердие победителя. Однако Никабар не был милосердным. Он был человеком, преданным своему делу. Он вознаградит тех лиссцев, кто поможет ему достичь цели. А с теми, кто попытается ему помешать, он расправится. Без жалости.

Никабар отправил на горящую шхуну две шлюпки, которые должны были

перевезти сдавшуюся команду на дредноут. На этот раз один из них сломается. Адмирал надеялся, что им окажется командир. Ему хватит одного полезного факта, одного лиссца, который окажется достаточным предателем, чтобы ему помочь.

— Кто это будет? — пробормотал он. — Кто?

Нарцы взошли на палубу с обнаженными палашами. Огнеметы дредноута придали им храбрости. Капитан Ориэль собрал всю команду на палубе. Семьдесят три человека столпились вокруг него: испуганные, израненные и весьма неуверенные в своем будущем. Шайа стояла рядом с Джиджисом, покинувшим штурвал, как только был брошен якорь. «Огненный дракон» бессильно качался на волнах. Нарские корабли закрывали ему путь к бегству справа, слева и спереди. Все работы на борту прекратились, только наспех собранные пожарные бригады ведрами плескали воду на горящие паруса. Шайа обхватила себя за плечи. Она дрожала и пыталась позаимствовать стойкости у Ориэля, который стоял гордо и прямо, встречая поднимающихся на борт нарцев.

— Я — лейтенант Вэрин с флагмана Черного флота «Бесстрашного», — объявил их командир. Его обнаженный палаш был наставлен на Ориэля. Чувствуя у себя за спиной товарищей, которые продолжали подниматься по веревочным лестницам на борт, Вэрин не выказывал страха. — Если у вас есть оружие, бросьте его. Каждый, кто окажется, вооружен, будет убит.

Команда «Огненного дракона» ждала приказа Ориэля. Командир мрачно кивнул, и люди один за другим бросили оружие на настил палубы.

— Мой корабль горит, и у меня много раненых, — решительно объявил он. — Мне нужно перевезти их в безопасное место.

Лейтенант Вэрин улыбнулся.

— Вы — командир?

— Да.

— Тогда вы пойдете со мной. Выберите себе двадцать человек сопровождения. — Вэрин быстро взмахнул палашом. — Быстро.

— А остальные? — не отступил Ориэль. — У меня на борту больше семидесяти человек.

— Когда вы подниметесь на борт «Бесстрашного», за ними придут другие шлюпки, — нетерпеливо ответил Вэрин. — Вашими ранеными займутся. А теперь шевелитесь.

Ориэль быстро отобрал пять старших офицеров, а потом отсчитал еще пятнадцать человек из экипажа. Шайю выбрали последней. Нарцы повели отобранных вниз по веревочным трапам в ожидавшие шлюпки. Спускаясь, Шайа почувствовала, что в горле у нее стоит ком. Хороший корабль был «Огненный дракон».

Сидевший в шлюпке нарец схватил ее за ногу и втянул в шлюпку. Лодка уже была переполнена и опасно закачалась, когда Шайа упала в нее. Нарский матрос, явно непривычный видеть в море женщин, при виде нее гадко осклабился. Шайа отвела взгляд, желая избежать ссоры, и поспешила сесть, пока маленькая шлюпка не опрокинулась. Волнение было немалым, и шлюпку сильно качало. Как только последний пленник спустился, Вэрин отдал приказ отчаливать, и шлюпка отвалила от борта разбитого «Огненного дракона».

— Все будет хорошо, — прошептал Джиджис за спиной у Шайи. Молодой человек подался ближе. — Они нас не убьют. Хотели бы — убили бы сразу.

— Но почему...

— Молчать! — прошипел Вэрин. — Первый же лисский дьявол, который откроет свою пасть, окажется за бортом, понятно?

Через несколько минут шлюпка подошла к «Бесстрашному». С палубы с торжествующими ухмылками и смехом глазели нарцы. Шайа почувствовала, что краснеет. Когда им спустили трапы, ей захотелось прыгнуть в воду и утопиться. Внезапно ей показалось, что даже это будет лучше, чем подчиниться этим животным. Но вместе

со своим командиром и товарищами она поднялась по раскачивающейся лестнице, подгоняемая палашом Вэрина. Вскоре ее втащили на палубу. Ориэль поднялся на борт последним. Несмотря на его звание, нарцы обращались с ним не лучше, чем с остальными. Его швырнули в сторону подчиненных, словно мешок с зерном. Шайа поймала его, не дав упасть. Ориэль быстро выпрямился, поправил окровавленную рубашку и повернулся к победителям. Он являл собой воплощение спокойствия, гордости и уверенности, и эта картина придала Шайе новые силы. Подражая своему командиру, лиссцы выпрямились и встали в шеренгу на огромной палубе дредноута.

И тут из— за фонаря вышел человек -великан с коротко остриженными волосами, в безупречно аккуратном мундире, украшенном множеством лент. Огромными шагами он быстро шел к лиссцам. Рядом с ним шли еще двое: один — капитан, второй — лейтенант. Их ранг был ясно виден по золотым нашивкам на рукавах. Но тот, кто шел между ними, имел еще более высокий чин, и Шайа поняла: это ужас Лисса, адмирал Данар Никабар, командир «Бесстрашного». Она похолодела. Даже Ориэль немного побледнел.

— Я — адмирал Данар Никабар, — подтвердил он ее догадку. Его голос гремел почти так же, как огнеметы его корабля. — Кто здесь командир?

— Я. Мое имя — капитан Ориэль, — просто сказал лиссец. — Я со всем уважением прошу вас переправить нас в ближайший лагерь военнопленных. А еще у меня на борту остались раненые. Если бы вы могли...

Никабар равнодушно отмахнулся от его слов.

— Капитан Ориэль, вы — мой пленный, и я сделаю с вами и вашей командой все, что пожелаю. Если вы будете мне помогать, вы останетесь жить. Если нет — умрете.

— Помогать?

Кивком головы Никабар отдал кому-то приказ, а потом скрестил руки на груди и повернулся, чтобы посмотреть, на продолжающую гореть шхуну. Шайа потрясенно увидела, что там не видно шлюпок, которые якобы должны были прийти за остальными ее товарищами.

— Что происходит? — вопросил Ориэль. Он рискнул шагнуть в сторону Никабара. — Что будет с моей командой? Их должны были снять с корабля.

Никабар не ответил. Это сделал Вэрин. который ударил Ориэля по лицу и толкнул обратно в шеренгу. Шайа ощутила у себя под ногами вибрацию, исходившую с нижней палубы, и с ужасающей ясностью поняла, что проснулись огнеметы дредноута.

— О мой Бог, — прошептала она. — Нет...

Оглушительный грохот разорвал тишину ночи. Темноту расколола ослепительная вспышка. Шайа с криком закрыла уши ладонями. Дредноут изрыгал молнии, освещая волны и поливая огнем беззащитного «Огненного дракона». За всю свою жизнь Шайа не слышала более громких звуков. У нее подкосились ноги, и она упала на палубу, отчаянно пытаясь спрятаться от мучительного шума. Даже Ориэль зажал уши, но продолжал стоять, что-то, отчаянно крича Никабару. Вэрин держал у его горла палаш. Раздался новый оглушительный взрыв. Шайа увидела, как «Огненный дракон» разваливается на куски. Вскоре на поверхности уже догорала одна оболочка — остов, с которого содрано было все мясо. С неба посыпался дождь из досок и кусков тел, опадающий в горящую воду. Шайа почувствовала во рту вкус желчи.

А потом шум стих. Огнеметы дредноута с гудением откатились назад. Адмирал Никабар кивком указал на пылающие обломки «Огненного дракона». Без улыбки он повернулся к Ориэлю и извлек из ушей восковые пробки.

— Видите? Я — человек нетерпеливый, капитан Ориэль. А теперь можете отвечать. Вы будете мне помогать или нет? Ориэль не скрывал потрясения.

— Что вам нужно?

— То, что всегда было нужно, — ответил Никабар. — Лисс.

Шайа и ее товарищи все поняли. В течение многих лет нарцы пытались покорить их родину, найти слабое место в обороне, построенной на извилистых внутренних проливах. И до этой поры им не удавалось это сделать.