Праведник
Шрифт:
ГЛАВА ШЕСТАЯ
ОТКРОВЕНИЕ ПРОФЕССОРА СЕРДЮКОВА
Следуя за Володей Шумкиным, мистер Блейк в сопровождении всей компании вошел в просторную кухню-террасу, где за большим обшарпанным столом на лавке сидели еще двое мужиков, а возле старой газовой плиты суетился невысокий щупленький мужчинка в белом засаленном халате и колпаке, очевидно, повар, хотя повара такой комплекции редко встречаются. На столе стояли тарелки с объедками и обычные граненые стаканы. В кухне было неприбрано и грязно. Всюду валялись пустые бутылки. Двое на лавке выглядели
— Откушаете чего-нибудь, мистер Блейк? — вежливо предложил Володя Шумкин и повел носом, указывая на плиту.
— О благодарю, спасибо, — нетерпеливо сказал иностранец. — Но хорошо бы сначала дело.
— Какое ж дело на голодный живот? — заметил один из мужиков. Другие согласно закивали — мол, перекусить бы надо сначала, выпить, а уж после и к делу.
— Цыц вы, вашу матерь! — снова прикрикнул Володя. — Грамотные нашлись тоже! Сказано дело, значит дело! Прошу, мистер Блейк, сюда. — Шумкин открыл дверь, ведущую в глубь дома, и, пропустив иностранца вперед, обратился к маленькому повару:
— Сынок, чтоб через час или чуть раньше все было в лучшем виде. Понял, твою матерь?
— Все сделаем, Володенька, все будет, — тонким козлиным голосом ответил «сынок» и начал еще активнее суетиться у плиты.
— И наведите порядок, матерь вашу! Бардак развели! — буркнул напоследок Шумкин и пошел вслед за иностранцем.
Они прошли по короткому коридору и вскоре оказались в большой, хорошо освещенной комнате, напоминающей одно из помещений больницы. В комнате находились четверо. В кресле в углу в цветастом восточном халате сидел Солтан Тамеркаев. Двое молодых людей, очень похожих друг на друга, стояли по обе стороны от него. Ближе к двери у окна припал к стене старый, седой человек, обросший щетиной, в очках и в белом халате. В воздухе пахло лекарством. В глубине комнаты, на специальном столе, накрытый белой материей тихо лежал жеребенок Самсон.
— Вот, Бек, привез, — сказал Шумкин, глазами указывая на иностранца.
— Здравствуйте, господа, — учтиво поздоровался мистер Блейк и тут же во все глаза уставился туда, где лежало бесценное для него животное.
— Здравствуйте, здравствуйте, дорогой мистер Блейк, — сказал чеченец и, поднявшись с кресла, почти вплотную подошел к иностранцу, протянул и пожал ему руку. — Очень рад видеть вас живым и здоровым. Надеюсь, вы нормально добрались до нас.
— Да, хорошо, хорошо, — отвлеченно сказал англичанин.
Бек довольно улыбнулся:
— Хотите немедленно видеть товар?
— Да, если можно…
— Можно, конечно. Господин Сердюков, — обратился он к старику, — покажите, пожалуйста, мистеру Блейку жеребенка.
Тамеркаев вернулся в свое кресло. Профессор Сердюков суетливо приблизился к столу и небрежно откинул покрывало с навязанного ему пациента.
— Смотрите, — сказал профессор. — Он спит. Он ровно дышит. Он уже почти здоров. И сердце у него почти как у совсем здорового.
Мистер Блейк тоже подошел к столу. Пока он разглядывал
— Это именно тот жеребенок? — тревожно спросил мистер Блейк.
— А вы сомневаетесь? — спокойно ответил чеченец. — Надеюсь, в последнее время вы прочли немало газет? Там были его фотографии. Новорожденного. Видите эти белые пятна на морде? Точно такие были у матери. Вы должны это знать. Вы же специалист, мистер Блейк…
— Да, да… Теперь я вижу. Это он…
— Вот и хорошо. Господин Сердюков, расскажите нашему гостю подробно о жеребенке.
— О ходе лечения? Пожалуйста, — резко ответил профессор и начал подробно рассказывать об операции, которой подвергся жеребенок Самсон. Он говорил минут десять, затем вдруг умолк и совсем тихо, так, чтобы было слышно одному мистеру Блейку, прошептал:
— Господин иностранец, помогите мне выбраться отсюда. Меня держат здесь, как в тюрьме. Помогите, и я не останусь в долгу.
— Что ты бормочешь там, доктор! — крикнул Володя Шумкин. — Бек, эта сволочь что-то там бормочет!
— Не сметь! — вдруг завизжал знаменитый профессор. — Не сметь так со мной разговаривать! Я не намерен больше этого терпеть! Делайте со мной, что хотите, но я больше не намерен…
— Прекратите, господин Сердюков, — невозмутимо сказал Солтан. — А ты оставь нас, Володя.
— Чего? — удивленно переспросил Шумкин.
— Уйди, — грозно повторил чеченец.
— Ну-ну. Ладно, матерь вашу. Уйду. Но посмотрим… — недовольно проворчал Володя, но все-таки вышел, громко хлопнув за собой дверью.
— Жеребенок очень скоро встанет на ноги. Сердце его здорово, — несколько успокоившись, продолжал профессор и снова добавил очень тихо: — но у него родовая травма. Он вряд ли когда-нибудь будет скакать. Помогите мне, мистер Блейк…
— Достаточно, господин Сердюков, — прервал профессора чеченец. — Вы можете пока отдыхать. Аслан, проводи господина профессора.
Сердюков накрыл жеребенка и вышел в дверь, противоположную той в которую удалился Шумкин. Один из молодых людей последовал за ним.
— Ну что, мистер Блейк, теперь вы убедились, что это тот самый товар, который вам нужен?
— Да, да, убедился… — произнес Блейк растерянно.
— Что-нибудь смущает вас?
— Нет… Все хорошо, хорошо.
— В общем, мы готовы к отправке товара. Наши друзья в Москве помогут нам. Через пару недель товар уже будет в Лондоне. За это я вам ручаюсь. Но есть небольшие трудности. Нам нужна некоторая сумма денег, чтобы оплатить услуги наших людей. Вы слушаете меня, мистер Блейк?
— Да, да. Я слушаю. Деньги… Но денег у меня с собой нет.
— Как нет? Ведь вы должны были послать запрос? Вы должны были уже получить эти деньги, мистер Блейк?
— Да… То есть нет… То есть да. Деньги я получил. Но знаете, я… Я не взял их с собой. Эти деньги есть. Они в Саранске. Знаете, я думал, мало ли что… Я не решился взять их с собой. Я побоялся…
— Значит, деньги есть, и эти деньги в Саранске, так?
— Да, так.
— Это не страшно. Это вопрос одного дня. Поедете и привезете деньги. Согласны?