Права мутанта

Кузнецов Бронислав

Особенно много в бараке оказалось тех Ребят-из-Заслона, которые недавно воевали под началом атамана Виссарионыча. Попали сюда по глупости, чувствовали сильную досаду. Они-то и усердствовали в поиске способов подавить пулемётный огонь с вышки.

Что любопытно: только заговорили про рогатки, а какой-то умелец уже сотворил пару экземпляров. Туповатые мутанты при захвате спешили, обыскали людей плохо - вот и нашлись вполне пристойные тугие ремни, способные забросить камень высоко вверх. А с деревом для самой рогатины проблем не случилось. Пусть

в бараке особого режима не держали деревянных нар, но перекрытия-то оставались.

А камни к рогаткам? Тоже не вопрос. В одном из торцов барака, под самой крышей, Ребята-из-Заслона принялись разбирать стену. О том, где именно разбирать, долго не раздумывали. Нашли, где полегче. Главное, кровля-то там протекала, вот и кирпичи в стене держались кое-как.

От скорости перехода от слов к делу у Милорадовича немного захватывало дух. Всё казалось: чего-то заключённые не учли. Какие-то подвохи мутанты наверняка оставили, не говоря уже о том, что выходить с рогатками против мутантов, которых только очередями и скосишь - чистое самоубийство. А всё же Ребята-из-Заслона работали с таким энтузиазмом, что расхолаживать их казалось несомненным грехом. Грехом уныния.

Тем более - времени на раздумья, в общем-то не было. Заключённых здесь не кормили, только позволяли пить воду. Если повременить с действиями, можно и не вписаться в рамки отведенной тебе жизни.

Глядя, как слаженно действуют товарищи: те кирпичи вынимают, эти носят, третьи - особо квалифицированные - рогатки крутят, Ратко подумал, что от профессора этнолингвистики в этом бараке, кажется, проку меньше всего. В мире овощеводства ему ещё удавалось служить ориентиром для слабых духом. Здесь же и ориентиры у людей пожёстче, да и к действительности они ближе.

– Это вы, что ль, профессор по мутантскому фольклору?
– неожиданно спросил у Милорадовича какой-то старик. Может, ровесник, а то и постарше будет. Седые волосы всклокочены, вид как у бомжа, но глаза умные.

– Нет у мутантов никакого фольклора, - прямо сказал Ратко, - но я по нему и правда профессор. С кем имею честь?

– Меня здесь зовут Виссарионычем, - представился старик, - хотя отчество моё другое. Просто зовут Иосифом, - он весело подмигнул.

– Так вы тут главный, - догадался Милорадович.

– Ну, как бы да, - признал старик, - и раз я главный, у меня к вам есть небольшая просьба. Для вас - сущая безделица, но нам важно.

Ратко приготовился слушать.

– Хорошо бы, чтобы вы послушали наши сказки, песни и предания, - произнёс Виссарионыч нечто совсем неожиданное, - у нас-то, в Заслоне, есть много сказителей. Надеюсь, справитесь?

– Без сомнения, - отозвался Милорадович, - только скрытая суть вопроса от меня ускользает. Зачем? Зачем это делать именно сейчас? Я понимаю, что не все выживут, но всё же...

– Э, про "не все выживут" - не надо, пожалуйста, - попросил старик, - дело же самое простое. С дисциплиной и в нашенском отряде - не очень, а тут, в бараке - не только наши. Есть парни совсем

горячие, безбашенные - всякие. Не каждый мне подчиняется. Так вот, если этих, горячих, чем-нибудь не занять - того и гляди, станут раньше времени пулять камнями в охрану. А ведь у нас пока не всё готово. Поспешишь, людей насмешишь.

Милорадович понял свою функцию. Что ж - весьма важная: координация восстания по времени. Примерно такая же, какую большевики возложили на орудийный залп с крейсера "Аврора". Прекрасно, займёмся.

Виссарионыч призвал товарищей к тишине, растолковал и им, что к чему. Мол, профессор из Белграда сейчас, накануне восстания, согласился вычлушать их байки. Кто до начала восстания успеет, тот и засветится в большой науке. Кто не успеет - по крайней мере сказки послушает.

На следующие три-четыре часа в бараке воцарились тишина и покой. Послушать истории от Заслона каждый оказался не дурак. Нервное хождение по бараку прекратилось, у сподвижников атамана Виссарионыча, стоящих "на атасе" около ворот, выдалась передышка - то они с кем-то всё время спорили. Занятые на вязании рогаток специалисты, да ещё силачи - на разборке стены, тоже могли послушать байки товарищей. Виссарионыч позаботился организовать прослушивание в коридоре, в непосредственной близости от месторождения кирпичных боеприпасов.

Первым выступил парень с довольно старым сюжетом про упыря на мельнице, вторым - пожилой мужчина с новеллой о том, как мутантам всех свиней поели волки, третьим - старик с волшебной сказкой о трёх подземных царствах, имена им: Березань, Елань да Глухомань.

Посреди третьей истории к бараку явились мутанты-тюремщики. Не с целью разгрома готовящегося восстания, как заподозрил было Ратко. Тюремщики отперли ворота и втолкнули внутрь барака двоих новых арестантов, после чего снова заперлись снаружи.

Приглядевшись к тем, кто прибыл, Милорадович узнал Рябиновича и Хрусталёва - солдат, которые повели на лечение в Березань Славомира Костича. Надо же, и их взяли. Хоть Елань, хоть Березань - а правит ими одна мутантская хунта. Нигде не спрячешься.

– Кто таковы?
– спросил у солдат Виссарионыч.

– Рядовые войск МЧС, - ответил Хрусталёв.

– Служивые, значит. А из рогатки-то стрелять умеете?

– Спрашиваешь!

– Ну и славно. Тут у нас намечается восстание, ваши навыки пригодятся. А пока - садитесь, тоже сказочек послушайте. Так, как у нас в Заслоне, больше никто не рассказывает.

Рябинович и Хрусталёв ничем не выдали своего удивления. Сели, как ни в чём не бывало, вошли в курс дела, тоже заслушались. Милорадовичу хотелось расспросить их о судьбе Славомира, но личные вопросы профессор отложил. Сейчас его профессиональная обязанность - всё выслушать и всё запомнить из историй Заслона. Которые, кстати, до сих пор никто ни разу не собирал.

Спускался вечер. Справившись о заготовленных камнях и рогатках, атаман сообщил довольно-таки буднично:

– Последняя сказка, и мы начинаем.