Пожиратель
Шрифт:
Одев полумаску, я открыл дверь и тут же наткнулся на белобрысого со шрамом, я про него не забыл, а просто не подумал, ибо не до него.
– За мной.
– Из-под респиратора голос звучал слегка приглушенно, от чего устрашающие интонации скрадывались, очень полезно и неожиданно. Бледный, как смерть, мальчик дергано кивнул и механической походкой последовал за мной, при этом периодически оборачиваясь на пошедшую за ним Аниму. Дошли до комнаты мы быстро, за это время я даже не успел толком продумать линию разговора... эх, ладно.
– Альби, переведи пленную гопоту сюда в подвал.
– Отдал я короткое
Комната у Ребекки была самой большой из всех, тут когда-то был большой офис четыре на десять, с большими окнами, сейчас местами занавешенными, а местами заколоченными, ее кровать была в дальнем от входа углу у неприметной форточки, в которую крайне легко сбежать.
Дожидаясь, пока девочка окончательно придет в себя, я уселся в большое, продавленное кресло, повернутое к широкому окну. Где, интересно она его нашла? И включив свой запасной КПК, отправил парочку распоряжений гопоте, чем тут же вызвал бурю ответных сообщений, весь смысл которых сводился к двум вопросам "Кто виноват?" и "Что делать?", на них я ответил крайне лаконично. Ствол, и резать под корень и грабить награбленное, что мои бандиты восприняли с воодушевлением, особенно вторую часть второго ответа.
К тому моменту, как Черн... хм... когда Ребекка пришла в себя окончательно, я уже мало-мальски организовал свою банду и сейчас вялые хаотичные уличные бои стали приобретать более систематичный и масштабный вид.
Девочка неуверенно приподнялась с кровати, и, ощупывая себя, села. Ее светящиеся потусторонней синевой глаза с вертикальным зрачком лихорадочно оббежали окутанную полумраком комнату и, наткнувшись на меня, остановившись, расширились.
– Как себя чувствуешь?
– Поинтересовался я, и внезапно для меня маска автоматически после фразы шумно втянула свежий воздух. Хм...что-то мне это напоминает... хотя не важно. Услышав вопрос, Ребекка вздрогнула и рефлекторно потянулась под подушку, но не найдя там чего-то запаниковала и уже собиралась прыгнуть в приметную форточку, даже наплевав на то, что я ее плотненько закрыл.
– Не узнаешь?
– С некой толикой горькой иронии поинтересовался, открывая глаза. Золото встретилось с синевой, и в столь необычных для воительницы глазах я увидел узнавание.
– Ери.
– Тихо прохрипела Ребекка и удивленно закашлялась, она не спрашивала, а утверждала.
– Тебе нужно попить и пока не попьешь, лучше молчи.
– Я поднялся из скрипнувшего кресла, и, приоткрыв дверь, уткнулся взглядом в белобрысого.
– Принеси воды... быстро.
– Сказа это, я вновь запер дверь и почувствовал, как единственный топтун Альби шустренько побежал на первый этаж.
Пока ждали, сидели в тишине, я медитировал, пытаясь хоть немного урезонить свое взбесившееся Ядро, а Ребекка, изучая свое немного изменившееся тело. Внешне ничего не было заметно, ну кроме более светлого оттенка кожи, глаз и волос, но вот внутри. Для начала ее сила возросла в несколько раз, кости и мышцы стали изменяться, укрепляясь и усиливаясь, зубы стали гораздо острее и все их мелкие повреждения восстановились, также девочка явно заметила свой усилившийся слух и тактильные ощущения.
В тот момент, когда Ребекка, стесняясь меня, забралась под одеяло
– Молодец.
– Похвалил я его, от чего и без того подпрыгивающие стаканы, начали плясать чечетку, я от греха подальше забрал у парнишки поднос с водой и вновь закрыл дверь.
Поднос я поставил на большой стол в противоположном от кровати крае комнаты Ребекки и, неспешно налив воды подал стакан девочке. Одного стакана Ребекке не хватило и после третьего, я попросту отдал ей кувшин, который она и осушила, я же вернулся в кресло и вновь прикрыл глаза, ожидая, когда малышка заговорит, сейчас у нее очень много вопросов.
– Ери.
– Голос девочки дрожал, но хрипоты более не было.
– Что с тобой?
Хм... интересно, она в первую очередь поинтересовалась моим состоянием, это греет.
– Мне пришлось дорого заплатить за твое спасение.
– И ничего я не соврал, все чистейшая правда, выдранная из контекста, и чтобы моя первая не учебная воительница этого не заметила, я тут же перевел тему.
– Ты помнишь, что произошло на встрече?
Девочка медленно кивнула, сначала не понимая о чем я, но после резко встрепенулась.
– Я...
– И пауза. Моя воительница не смогла признаться сама себе, ну что же, поможем ей.
– Ты умирала.
– Мой голос был глух, а звуковое сопровождение от маски придавало ему еще большей мистичности, мрачности и загадочности в купе с легкой эмпатической обработкой это должно чуть раздуть любопытство Ребекки, пусть лучше спросит сейчас, нежели потом сама до всего додумается.
– Но, как?
– Юная воительница вновь осмотрела себя и даже пару раз ущипнула за щеку.
– Я же помню...
– Что ты помнишь?..
– Мои золотые глаза сверкнули, а я скривился от боли, чертов приступ, слава Хаосу не очень сильный и вообще не связанный с духовной сферой, я лишь с телесной оболочкой.
– Больно, а потом просто холодно и ничего не видно, не слышно...
– Девочку мелко затрясло, она подтянула колени и обняла их. Я в этот момент поднялся из кресла и, сев на край кровати обнял ее.
– Все хорошо.
– Успокаивающе начал я, но Ребекка внезапно набросилась на меня, и с не дюжей для такого юного тела, силой обняв, зарыдала. Я обнял ее в ответ и легонько гладя по вновь становящимся черными волосам, продолжил нести успокаивающую чушь, тут главное спокойствие и теплота в речи, смысл никакого значения не имеет, а если все это сверху приправить капелькой эмпатии, то можно просто молчать, но так нужный эффект будет наступать дольше.
– Как ты меня воскресил?
– Этот вопрос меня малость удивил, хм... умненькая девочка и тут ее ум на пару со стереотипами с ней сыграли злую шутку. Тот период с отсутствием привычных шести чувств, по которым обычно человек ориентируется, она восприняла за свою смерть. Ну что же, не буду ее пока переубеждать.
– А это разве важно?
– Вместо ответа на этот вопрос Ребекка лишь еще сильнее прижалась ко мне, но тут ойкнула и отстранилась, просто она, наконец, заметила обвитые вокруг моего торса щупальца.