Поймать Уинтер
Шрифт:
Я чувствую приближение Рождества, как только открываю глаза. Волнение в предвкушении праздника нарастало всю неделю. Старла уговорила меня прийти вчера на масштабную вечеринку, где мы будем печь и украшать рождественское печенье, которое сегодня все в клубе получат в качестве рождественского подарка. Почему-то, участвуя в этом, я чувствую, что становлюсь частью этого странного сборища неудачников. И хотя я всё ещё не уверена, что хочу, чтобы моя жизнь закончилась именно так, я не могу не испытывать теплоту от осознания того, что я причастна к чему-то большему, чем я сама.
В записке, которую оставил мне Габриэль, позволив
Должна признаться, я никогда раньше не ела рождественскую ветчину. Моя семья всегда наслаждалась ростбифом из отборных рёбрышек, который готовил для нас наш личный шеф-повар. Но мне не терпится увидеть, какие гарниры приготовят женщины. Они поручили мне приготовить батат с коричневым сахаром и маршмеллоу — блюдо, с которым у меня нет никакого опыта. С другой стороны, если бы они не попросили меня приготовить картофельное пюре, я бы ничего не знала ни об одном из других блюд, так что, возможно, они поручили мне готовить батат, потому что это довольно просто.
Дебби управляет кухней, как шеф-повар: командует, пробует и корректирует, её тело постоянно в движении, пока она следит за вкусом каждого блюда. В то время как некоторые другие девушки закатывают глаза, глядя на то, как она командует на кухне, как будто они уже столько раз готовили, что им не нужна её помощь, я благодарно улыбаюсь ей, когда она подсказывает мне, как готовить блюдо. И, к моему удивлению, она улыбается мне в ответ.
— Для человека, у которого явно нет опыта в кулинарии, ты неплохо справляешься, — хвалит она меня, отвечая на мою улыбку своей дерзкой улыбкой.
Это замечание тронуло меня больше, чем я могла себе представить. Как будто я наконец-то разрушила ледяную стену, которую многие женщины, включая Дебби, воздвигли между нами с момента моего приезда. И я чувствую, что между мной и «старушками», а также женщинами из клуба есть заметная разница. Когда я впервые переступила порог клуба, они смотрели на меня свысока, как на проблему, как на ненужный риск, которого лучше избегать. Я не понимала этого тогда, когда ещё не восстановила свои воспоминания. Даже на День благодарения в их общении сохранялась некоторая сдержанность, а во взглядах читалась холодность. Но теперь, кажется, я наконец-то нашла с ними общий язык. Возможно, просто потребовалось время. Может быть, Габриэль замолвил за меня словечко, а может быть, дело в моём участии в общественной жизни. Но видеть, как они улыбаются мне и действительно разговаривают со мной, а не делают вид, что меня не существует, это лучше, чем я могла себе представить.
И, конечно же, Старла — лучшая из них. Её тёплая доброта наполняет кухню, когда она болтает со всеми, но при этом я всегда чувствую себя частью компании. Я никогда не считала друзей важной частью своей прежней жизни, скорее это были девушки, которыми я окружала себя, чтобы казаться популярной. Но со Старлой я чувствую, что кто-то меня понимает, кому-то я небезразлична и действительно нравлюсь, и это не имеет ничего общего с влечением. Я нравлюсь ей такой, какая я есть, и осознание этого заставляет меня чувствовать себя невероятно особенной.
Но даже несмотря на то, что мне хочется просто
Пока на кухне всё затихает и блюда томятся в духовке, доходя до готовности, Старла вкладывает мне в ладонь бокал с гоголь-моголем, настоянным на виски.
— Судя по запаху, картошка будет восхитительной, — говорит она с улыбкой.
Я улыбаюсь.
— Вряд ли я могу претендовать на это, но Дебби внимательно следила за тем, чтобы я всё не испортила.
— Я уверена, что ты приложила немало усилий для успеха. Я видела, как ты усердно работаешь. — Старла ласково хлопает меня по бедру. — Ты уже отдала Габриэлю его подарок?
— Когда я проснулась сегодня утром, он уже помогал ребятам собираться. Я уверена, что у меня будет время попозже вечером.
Старла кивает и отпивает свой яичный коктейль.
— Знаешь, ты ему подходишь. Все это видят. С тобой он счастливее, чем когда-либо за последние годы, и спокойнее, чем я его когда-либо видела.
— Серьёзно? Мне страшно подумать, каким он был до меня.
Старла смеётся в ответ.
— Я бы сказала, что он был гораздо более угрюмым. Хотя он всегда был готов помочь и является отличным членом клуба, я никогда не видела его таким мягким. Приятно видеть его улыбку.
— Да, у него довольно невероятная улыбка, — соглашаюсь я с улыбкой, от которой краснеют мои щёки. Если бы я могла говорить всё, что думаю, я бы сказала, что у него невероятно сексуальная улыбка, но я знаю, что Старла не хочет этого слышать.
— Посмотри, как ты покраснела! — Ахает Старла. — Надеюсь, я не перехожу границы, но мне кажется, что он и тебе помог. Ты кажешься более… живой, чем раньше. Как будто тебе действительно есть ради чего жить.
Я вздрагиваю от этих слов, смотрю в карие глаза Старлы и вижу в них только доброту.
— Он определённо держит меня в тонусе, — шучу я, потому что не хочу углубляться в эту тему. Да, с Габриэлем я чувствую себя более живой. И в моей прежней жизни не было особой цели. Но сейчас я сосредоточена на мести. Я не могу позволить чувствам помешать моим намерениям.
— Уинтер? — Резко зовёт Дебби, привлекая моё внимание.
Я резко поворачиваю голову в её сторону, и она указывает большим пальцем через плечо.
— Твой мужчина ищет тебя.
У меня сжимается сердце от того, что она называет Гейба моим мужчиной, но я не сомневаюсь, что она имеет в виду именно его. Быстро улыбнувшись Старле, я направляюсь к вращающейся двери и вхожу в клуб. Мой взгляд естественным образом останавливается на высокой мускулистой фигуре, стоящей в конце барной стойки, и я улыбаюсь Гейбу в ответ на его горящий взгляд.