Поймать Уинтер

Торн Айви

Но в конце концов он должен закончиться, и Габриэль прижимается лбом к моему лбу, пока мы восстанавливаем дыхание.

— Пойдём. Я отвезу тебя домой, — вздыхает он. Затем он снова берёт меня за руку и ведёт в темноте к своему мотоциклу.

31

ГАБРИЭЛЬ

Когда мы вернулись с ночной прогулки, вечеринка уже подходила к концу. Семьи спешили вернуться домой до того,

как выпадет снег и им придётся ехать на мотоциклах по льду в темноте. В целом это был замечательный день. Мне всегда нравилось семейное настроение Рождества, когда дети бегают вокруг, а взрослые готовят еду. И было так приятно видеть, что Уинтер теперь лучше ладит с женщинами из клуба. Я знал, что ей будет нелегко, ведь она была чужой в этом мире, но она покорила сердца людей так же, как покорила моё.

Но вместо того, чтобы отвести Уинтер обратно на вечеринку, я веду её через чёрный ход в гостиную клуба и направляюсь к нашей комнате. Я не уверен, что после нашей поездки в поместье Кинга она готова к общению. Она молчала всю дорогу до дома, и выражение её лица говорит мне, что она всё ещё думает об этом. Кроме того, у меня есть кое-что, что я хочу ей подарить.

Закрыв за нами дверь, я включаю свет и притягиваю Уинтер к себе, чтобы снова поцеловать. Сегодняшняя искра между нами ощущается как-то иначе, как будто она стала ещё сильнее из-за нашей борьбы за понимание того, где мы оба находимся. Когда мы расстаёмся, зелёные глаза Уинтер снова устремляются на меня, и в груди у меня разливается приятное волнение. Я хочу, чтобы она всегда так на меня смотрела. Я готов сделать всё, чтобы это произошло. Если бы только она могла принять решение и выбрать меня.

— У меня есть кое-что для тебя, — шепчет она, и её и без того румяные от холода щёки слегка краснеют.

— О? — Я заинтригованно поднимаю бровь.

— Рождественский подарок, — объясняет она.

Я тепло улыбаюсь. Не знаю почему, но для меня очень важно знать, что она подумала обо мне и купила мне что-то.

— Не могу дождаться, когда увижу его.

Застенчивая улыбка на её губах говорит мне, что она вложила в этот подарок много сил.

— Иди сюда, — приказывает она, подталкивая меня к кровати.

Я безропотно подчиняюсь и, опустившись на матрас, поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как она роется в ящике комода. Пока я жду, я любуюсь тем, как джинсы облегают её фигуру, и хотя мне всегда нравились её облегающие платья, мне приятно видеть, что она больше похожа на байкершу. Она выглядит более грубой и дикой, чем раньше, потому что дополнила свой скудный гардероб одеждой, которую ей одалживает Старла. Я благодарен Старле за щедрость, особенно за то, что её одежда так хорошо сидит на Уинтер, что мой член оживает.

Порывшись в ящиках, Уинтер достаёт небольшую коробку, завёрнутую в блестящую зелёную бумагу и перевязанную золотым бантом. Подойдя к кровати, она почти нерешительно протягивает её мне, и я беру её с улыбкой.

С лёгкостью разорвав упаковочную бумагу, я медленно поднимаю крышку коробки и откладываю её в сторону, чтобы посмотреть на маленький брелок, лежащий на подложке из бумаги. Мотоцикл поразительно похож на мой собственный «Ночной поезд», но надпись на нём трогает меня до глубины души. В ней говорится о том, что ты познаёшь любовь, когда тебе что-то нравится так же сильно, как твой мотоцикл. Это наводит

меня на мысль, что Уинтер тонко намекает на то, что я испытываю к ней любовь. И если это и есть признак любви к ней, то я знаю, что это далеко не так. Мой мотоцикл — самое ценное, что у меня есть, то, чем я дорожу с того самого дня, как его купил. Но я без колебаний откажусь от него, если это потребуется для защиты Уинтер. В какой-то момент мой мир сосредоточился вокруг прекрасной рыжеволосой девушки, стоящей передо мной.

Её подарок невероятно значим, потому что он показывает, что она знает меня и видит меня таким, какой я есть. Но меня также трогает то, что она смогла купить мне подарок, хотя я прекрасно понимаю, как мало у неё было свободы и как она была совершенно без средств к существованию с тех пор, как я привёл её домой.

— Тебе нравится? — Спрашивает Уинтер неуверенным тоном.

Отрывая взгляд от драгоценного подарка, я смотрю в её зелёные глаза.

— Нет, не просто нравится. Мне очень, очень нравится. — Подняв её подбородок пальцем, я целую её, согревая её холодные губы своими.

Хотя мне больше всего на свете хочется прямо сейчас затащить её в постель, я не могу оставить её в неведении, что она получит в подарок. Отстранившись, я провожу большим пальцем по её пухлым губам, а затем опускаю руку.

— У меня тоже есть кое-что для тебя, — объясняю я и поворачиваюсь к прикроватной тумбочке. Затем я колеблюсь. — Я, э-э, не упаковал его, — извиняющимся тоном говорю я, поворачиваясь к ней.

На её губах появляется дразнящая улыбка.

— Если бы ты это сделал, я бы только заподозрила неладное. К тому же у тебя всё равно нет стопки упаковочной бумаги, — добавляет она, многозначительно оглядывая комнату.

Я смеюсь.

— Полагаю, ты права. — Сжав в ладонях маленькую фигурку, которую я вырезал для неё, я сооружаю импровизированную обёртку, полностью закрывающую её, и поворачиваюсь к ней.

Она хихикает.

— С такими руками, как у тебя, тебе, похоже, и упаковочная бумага не нужна. — Развернув мои ладони, она медленно раздвигает их, как страницы книги, пока маленькая фигурка не оказывается у меня на ладонях.

Она тихо вздыхает и осторожно берет маленького льва из моих рук.

— Это ты сделал? — Спрашивает она с благоговением, не сводя глаз с животного размером с бейсбольный мяч.

— Вырезал из красного клёна, который нашёл у ручья, куда я тебя однажды водил. Я чертовски долго искал что-то, что можно было бы использовать там, внизу, но мне хотелось, чтобы подарок был для нас чем-то значимым.

— Он прекрасен, — выдохнула она, проводя большим пальцем по гладкой поверхности.

В её глазах блеснули слёзы, и моё сердце невольно сжалось.

— Я знаю, что это немного, — говорю я, внезапно испугавшись, что этого недостаточно, что она разочарована.

— Нет, он идеален. — Она хихикает. — Он напоминает мне тебя, потому что ты вечно крадёшься, как гигантская кошка, и набрасываешься на меня при любой возможности.

Мы оба смеёмся, и когда наши взгляды встречаются, я думаю, что её слёзы могут означать, что она так же тронута моим подарком, как и я её. Моя грудь наполняется надеждой при мысли о том, что ей действительно может понравиться такая простая жизнь, и она может обрести счастье со мной.

— Счастливого Рождества, — говорю я.