Поймать Уинтер
Шрифт:
— Конечно, у нас всегда была самая красивая ёлка. Но семья никогда её не украшала. У нас были… люди, которые делали это за нас. Но, думаю, я понимаю, почему это такая известная традиция, после того как попробовала сама. — Я поднимаю глаза и улыбаюсь. — Мы со Старлой очень повеселились. И это определенно настроило меня на рождественский лад.
— Это хорошо. — Габриэль тепло сжимает мою руку.
— Ты когда-нибудь наряжал рождественскую ёлку? — Спрашиваю я.
Габриэль весело улыбается.
— В детстве я делал это с родителями. Хотя я уже очень давно этого не делал.
Я смеюсь.
— Да. Может, и нет.
Остальная часть ужина проходит хорошо. Когда я показываю Габриэлю, что могу получать удовольствие даже от непритязательной закусочной, особенно когда бургеры такие вкусные и хорошо приготовленные, он, кажется, расслабляется и чувствует себя более комфортно. Конечно, его напряжённость никуда не исчезает. Это неотъемлемая часть его личности или, возможно, просто эффект, который производят его потрясающие голубые глаза на фоне загорелого лица. Но от того, как он смотрит на меня, у меня по спине бегут мурашки, и мысль о том, чтобы соблазнить его, становится ещё более заманчивой.
К тому времени, как мы возвращаемся домой, уже совсем стемнело, и поездка в темноте смутно напоминает мне одну из наших первых совместных ночей, когда Габриэль повёл меня на прогулку вдоль реки. Тогда всё было проще, хотя у меня не было воспоминаний и я понятия не имела, могу ли доверять Габриэлю. Тогда между нами было гораздо меньше недопонимания.
Когда мы возвращаемся домой, Габриэль провожает меня до двери, но не заходит в свою комнату и собирается уходить. Моё сердце замирает при мысли о том, что, возможно, сегодня он снова не ляжет со мной в одну постель. Это значительно нарушило бы мои планы.
— Куда ты идёшь? — Спрашиваю я, стараясь, чтобы в моём голосе не прозвучало беспокойство.
Габриэль оборачивается и на мгновение вглядывается в моё лицо.
— Мне нужно принять душ. Я весь день занимался доставкой груза.
— О. — Я чувствую, как мои щёки слегка краснеют при виде забавного выражения на его лице. — Но ты ведь вернёшься?
Он даже улыбается в ответ.
— Ну, если я планирую одеться.
Я прикусываю губу и киваю. Этот ответ был до боли расплывчатым. Если я собираюсь его соблазнить, мне нужно с самого начала привлечь его внимание.
Затем Габриэль обхватывает мой подбородок пальцами и наклоняется, чтобы поцеловать меня на удивление нежно.
— Я вернусь.
Как только он закрывает дверь, я оглядываю комнату. Хотя в моём распоряжении всего несколько комплектов одежды, Габриэль помог мне тем, что принёс из моего дома только кружевное нижнее бельё. Подойдя к комоду, я перебираю нижнее бельё, чтобы найти подходящие друг к другу чёрный бюстгальтер и трусики. У меня нет изысканного наряда, который подчеркнул бы мои изгибы и стройные ноги. Но сойдёт и это. Раздевшись, я надеваю бюстгальтер и дерзкое нижнее бельё. Затем я ложусь на кровать так, чтобы Габриэль увидел меня с лучшего ракурса, как только войдёт.
Вскоре я слышу, как в коридоре выключается вода,
— Что это? — Спрашивает он, когда я медленно поднимаюсь и направляюсь к нему, покачивая бёдрами так, чтобы свести его с ума.
— У любого хорошего свидания должен быть счастливый конец, — говорю я нараспев, подходя ближе и проводя пальцами по его подтянутой спине.
Начиная с ключицы, я медленно целую его грудь, уделяя внимание каждому рельефному кубику пресса, посасывая кожу между зубами и игриво покусывая его. Мои пальцы скользят по его коже, пока я медленно опускаюсь перед ним на пол, и к тому времени, как я добираюсь до края его полотенца, ткань уже натянулась на его растущей эрекции. Глядя на Габриэля сквозь ресницы, я не спеша стягиваю полотенце с его бёдер и бросаю его на пол. Его эрекция высвобождается и устремляется к моим губам. Взяв его в руку, я целую головку, уже блестящую от предэякулята, а затем облизываю её, как рожок с мороженым.
Габриэль стонет, его рука поднимается, чтобы нежно погладить меня по волосам, и я прижимаю головку его члена к своим губам. Не торопясь, я медленно заглатываю его член, не сводя с него глаз и показывая ему, какой сексуальной я могу быть.
— Чёрт, — шипит Габриэль сквозь зубы, напрягая пресс, отчего его член дёргается у меня во рту.
Обхватив одной рукой его яйца, я нежно массирую их и начинаю сосать его член. Я задаю медленный, размеренный темп, заставляя Габриэля наслаждаться каждым ощущением, пока я дразню его языком и одновременно делаю ему минет. Вместо того чтобы взять всё в свои руки, Габриэль позволяет мне это сделать, и я чувствую, как от этого нового вида секса по моему телу разливается жар. Приятно брать всё в свои руки, знать, что именно мои действия возбуждают его и сводят с ума.
Пальцы Габриэля сжимаются в моих волосах, и я чувствую, что он близок к разрядке, но я ещё не готова. Поэтому я вынимаю его член изо рта. Что-то похожее на рычание срывается с его губ, а тлеющий взгляд говорит мне, что я свожу его с ума, не давая закончить.
С застенчивой улыбкой я поднимаюсь на ноги и провожу пальцами по его телу. Положив руки ему на грудь, я толкаю его к кровати, и Габриэль подчиняется, отступая в такт моим движениям, пока его колени не упираются в матрас. Я игриво толкаю его, и мне действительно удаётся сбить его с ног, так что он падает на кровать.
Пока он устраивается поудобнее, я расстёгиваю бюстгальтер и сбрасываю его. Прикасаясь к своему телу, я сжимаю грудь обеими руками, ощущая мягкую плоть между пальцами, и свожу их вместе, чтобы на мгновение продемонстрировать ложбинку между грудей. Затем я провожу руками по бокам и цепляюсь пальцами за пояс кружевных трусиков. Мучительно медленно я стягиваю тонкую ткань со своих ног и позволяю им упасть на пол.
— Ты сексуальная мегера, — рычит Габриэль. — Подвинь сюда свою великолепную задницу, пока я не пришёл за тобой.