Поймать навь
Шрифт:
– Ну, виноваты мы конечно, о чем говорить. Вы не беспокойтесь - дом ларе мы заново от-строим, будет еще краше чем был.
– Не в доме дело и не в ваших извинениях, - я устало прислонилась к косяку.
– А в чем же тогда?
– староста недоуменно воззрился на меня.
– Дело в ваших делах!
– не выдержав я хлопнула дверью. Прижавшись к ней лбом я услы-шала, как селяне переговаривались между собой.
– Чегой-то она дверями то хлопат?
– А че ей не хлопать - двери то казенные, не ей чинить ежели что.
– А я сразу говорил,
– Ладно вам, права она кругом права, - послышался задумчивый голос старосты, - Мы во всем виноваты нам и наказание стало быть терпеть.
Активисты смущенно завздыхали и забубнили что-то уж совсем нечленораздельное, но явно покаянное. Гул голосов смолкал пока не пропал окончательно, видимо селяне вышли за ворота. Я отлепилась от двери и посмотрела на Пушка, он сидел на печке свесив короткие ножки и как-то странно смотрел на меня.
– Что?
– не выдержав спросила я.
– Так, ничего особенного. Может стоило их простить?
– Мне они вреда ни чинили, так что и прощать мне их не за что.
– отрезала я.- Пусть у Лары и ее семьи прощения просят. Хотя интересно какую метку им на память оставил Князь Огня?
Пушок хихикнул, и хитро глядя из под пушистой челки сказал:
– А чего ж ты у селян не поинтересовалась?
– Да как-то не до того было.
– У каждого, кто дома нетопырей жечь приходил жечь, на теле надпись появилась - "Не убий, а то худо будет!". Буквы на ожог похожи, слабый правда, просто краснота и все. Правда мне соседские домовые рассказали, что стоит их хозяевам о плохом чем то подумать даже, над-пись огнем жечь начинает и ожог усиливается, у некоторых даже пузыри появились. Вот так-то.
– Пузыри - это третья стадия ожога, - я машинально вспомнила курс медицины, - Оказыва-ется у Князя Огня есть чувство юмора, хотя и весьма своеобразное. Интересно а у нашего "сво-бодного журналиста" тоже такая надпись присутствует?
– Наверное, не мог же Князь проигнорировать участие Козлодоева в поджогах домов нето-пырей.
– Пушок, взмахнул ушками и пушистым шариком скатившись на пол, выскочил во двор. Через пару минут из хлева послышалось радостное похрюкивание и кудахтанье, а вскоре замычала корова. Надо будет поинтересоваться у домового - почему он не хочет, чтобы за жи-вотными следил хлевник. Хотя овинника он тоже почему-то с негодованием отверг и сам ка-ким-то непостижимым образом умудряется управляться со всем двором, и со скотиной и с ого-родом. Решив, что домовой у меня несомненно золото, я отправилась одеваться.
Привести себя толком в порядок мне конечно не дали. Едва я успела натянуть любимые (правда видавшие виды) штаны и такую же заслуженную кофту, как в сенях послышались го-лоса, которые вместе со своими обладателями плавно переместились в кухню.
– Чего стоишь, как неродной, проходи давай.
– Марес был явно не в духе, в его голосе от-четливо слышалось рычание.
– Да иду я, иду.
– Каратес
Я вышла из комнаты. Наволог сидел с недовольным видом на весьма неудобном стуле, зло-радно подсунутым ему оборотнем (у стула имелась весьма замечательная особенность - он ни-когда и ни во что не желал трансформироваться, так что если и предатель обладал этим даром, он ему не поможет). Оборотень стоял у двери скалясь во все клыки весь, хм, не улыбчиво это у него получалось. В двери проскользнул Савка и ненавязчиво притулился у окна.
– Ну, и зачем вы меня сюда притащили ни свет ни заря?
– Каратес мрачно оглядывал наши злорадные физиономии.
– Вообще то поговорить хотели, а дальше по ситуации, - я пожала плечами и принялась за-плетать волосы в косу.
– О чем мне с вами разговаривать? По какой такой ситуации?
– маг взвился со своего стула, но был довольно жестко остановлен жесткой рукой оборотня.
– Сиди тихо, пока цел.
Хорошо у Мареса получалось говорить, убедительно так. Только я вот после просьбы вы-сказанной таким тихим скучающим голосом предпочла бы претвориться ветошью. На Каратеса тоже подействовало. Он как-то сразу сник, опустил голову, и лишь погладывал на нас из под длинной челки, посверкивая черными глазами.
– Ладно, не будем мучить обвиняемого...
– В чем это меня обвиняют?
– когтистая лапа оборотня снова вернула наволога в сидячее положение.
– ...И расскажем ему зачем его все таки притащили сюда ни свет ни заря, - я невозмутимо выложила на стол перед магом отчеты перехваченные Владомиром. Каратес бегло пробежал страницы взглядом, на лице его отразилось замешательство, листики вспыхнули и осели неве-сомым пеплом.
– Вы ничего не докажете! Магистр Салис вне подозрений!
– Я тебе дала для ознакомления не оригиналы, так что можешь жечь отчеты дальше, - я по-ложила на стол еще один комплект отчетов.
– Странно, что ты заботишься не о своей судьбе, а о том кто тебя просто подставил, - задум-чиво сказал Савка прикуривая сигарету, на подоконнике тут же появилась пепельница. Пуши-стик молодец, бдит за порядком в доме.
– Магистр тут не причем, это все сплошь моих рук дело, - наволог уткнулся руки, - Я ниче-го больше вам не скажу.
– Да, собственно и не надо, и так все ясно.
Ленивый голос раздавшийся у меня за спиной, заставил меня вскрикнуть и отскочить в сторону на добрую сажень. Охотник стоял прислонившись к двери моей комнаты сложив руки на груди и довольно улыбался, как сытый кот.
– Как ты здесь оказался?
– Напугал? Извини. Я влез в окно твоей комнаты, а ты так была увлечена происходящим, что просто не заметила как я подошел.
Вот поганец! Сердце не торопилось стучать в привычном ему ритме, билось о грудную клетку требуя его немедленно выпустить или избавить от подобных стрессов. Не в силах отве-тить я кивнула головой.