Поводырь (СИ)
Шрифт:
Нечто подобное, когда-то давно, лет через полста после меня, попытается затеять Столыпин. Умный был… будет мужик. Только методы выбрал какие-то… излишне жесткие. Посадил миллион человек в вагоны и вывалил вдоль Трианссиба. Вроде как — захотят жить — выплывут. Прадед, земля ему пухом, рассказывал о переселенческих поселках.
Я решил идти другим путем. Наоборот. Я хотел, чтобы люди сами захотели сюда ехать. Чтобы туземные богатеи были вынуждены завлекать народ благами, которых нет, и не скоро появятся в России. И если у меня получится — История изменится безвозвратно.
Население платит налоги. И купцы с объема продаж платят. И промышленники. Чем больше в моих землях этих категорий налогоплательщиков, тем больше нулей будет в ежегодном отчете на Его Высочайшее имя. Тем больше меня там станут любить и моим прихотям потакать. Тем больше вероятность безболезненного перехода к новым виткам развития. Все связано!
Конечно — наибольший наплыв переселенцев появится вместе со связывающей Европу с Сибирью железной дорогой. Тогда в путь смогут двинуться десятки тысяч семей одновременно. Только кто же мне позволит строить пути в чужих губерниях? Там свои хозяева есть. Обидно, но Гере — сугубо штатскому, статскому человеку, никто генерал-губернаторство не доверит. А ведь вот, где можно было бы развернуться…
Сибирь большая. Места всем хватит. В землях от Урала до Чукотки легко расселить до двухсот миллионов человек. Столько во всей Империи еще нету. Да и нечего им пока там делать. Западная Сибирь — и то зона рискованного земледелия. А дальше на Восток только Уссурийский край благоприятен для крестьянского труда. Но Алтай и Север будущего Казахстана вполне способны прокормить всю Русскую Азию. Особенно, если станут применять передовые методы ведения хозяйства. А вот вытащить и облечь в форму товаров из земли природные богатства крестьяне не смогут.
Взял лист бумаги, прежде посоветовав Артемке истратить полученные деньги на обновки, и принялся писать:
Сельское хозяйство. Написал это первым, потому что крестьяне-земледельцы подавляющее большинство в Империи. Потому, что именно они могут стать основными потребителями многочисленных товаров. Именно они способны создать рынок сбыта, превосходящий и нищий Китай и уставшую от войн Европу. Нужно только дать крестьянам возможность зарабатывать.
И тут возникают два пути — интенсивный и экстенсивный. Либо дать хлеборобу больше земли и поселить на пустующих землях больше людей. Либо внедрять семена с большей урожайностью и научную организацию труда. И тот и другой, как бы ни казался экстенсивный путь привлекательным, имеют свои плюсы и минусы.
Больше крестьян — больше покупателей. Больше вероятность, что какая-то часть из них переберется ближе к городам и станет, в итоге, рабочими. Хотя прибыльность интенсивного земледелия заведомо ниже, чем экстенсивного. И нужно учитывать, что распределением обширных земельных наделов проблемы не закончатся. В каждом единоличном хозяйстве должен быть скот, которому нужно место для выпаса и луга для покосов. Нужен лес на дрова и для построек. К сожалению, это ограничивающие размер поселений ресурсы.
При экстенсивном пути каждый из землевладельцев относительно богаче. Мест
Теперь вопрос вопросов! Почему нельзя выбрать компромис? Почему не поселить среднее количество крестьян и не помочь им с продуктивными семенами? Урожаи станут выше, середняки станут богаче, внутренний рынок вырастет хоть и не так сильно, как при исключительно интенсивном развитии, но и не так слабо, как при экстенсивном. Да потому, что это убьет в зародыше второй, едва-едва формирующийся, но очень перспективный рынок сбыта отечественных товаров — рабочих промышленных предприятий. Отток всем довольных середняков в города будет минимальным. Заводы не получат рабочую силу, и мы будем вынуждены покрывать дефицит товаров закупками из-за рубежа. То есть, развивать промышленность потенциальных противников.
Благо, ни интенсивный, ни экстенсивный пути в абсолюте невозможны. Во-первых — не всем дано. Жаждущие землю в личную собственность могут ее, здесь в Сибири, получить. Но хватит ли у них сил и умений ее обработать? Конечно не у всех. Значительная часть переселенцев, особенно тех, в чьих семьях больше дочерей, чем сыновей, вскоре разорится и пополнит армию рабочих. Их наделы скупят более удачливые, более предприимчивые, способные затянуть пояс сегодня, купить новый сорт семян, чтоб завтра получить впятеро больше. Появятся богачи, резко выделяющиеся из океана середняков.
А во-вторых, темных, обиженных на обманувшие их чаяния власти, крестьян, кроме как на дармовую землю, больше ни чем в Сибирь не завлечь. Ну не поедут опытные рабочие с Урала в землю ссыльных. Им и там неплохо платят.
Куда ни кинь, всюду клин. Записал — на откуп частной инициативы. Здесь с наскока проблему не решить. Придется зазывать как можно больше людей, в надежде, что каждая семья сама выберет себе путь.
Уголь. Уголь — кровь промышленности в условиях, когда электромоторов еще нет, а двигатели внутреннего сгорания если и есть, то безумно дороги в обслуживании. Особенно по сравнению с паровыми приводами. Уголь — пища для паровозов и средство для сохранения лесов. И металлургию без угля я представлял себе плохо.
Жаль, большая часть месторождений находятся в АГО, но и вдоль Иркутского тракта, на пути в Мариинск найдется что добывать. Вопрос только, сколько это будет стоить и есть ли там сорта твердого топлива подходящие для плавки металлов.
Я уже предложил Нестеровскому, судье из Каинска, организовать совместную разработку Анджерского месторождения, но он пока ответа не дал. Да и маловато будет для моих целей одной шахты. Насколько мне известно — угли, подходящие для паровиков, не подходят для доменных печей.