Повесть о сыне
Шрифт:
Четверо сильных ребят быстро управились с полицейскими: заткнули им рты, скрутили руки, оттащили в глубь парка и там повесили на поясных ремнях и телеграфном проводе, прицепив записку: "Такая участь ждёт каждого изменника Родины!"
Деятельность "Молодой гвардии" всё больше и больше расширялась. Вскоре наладилась связь с молодёжью ближайших к Краснодону посёлков Первомайки, Изварина, Шеверёвки, Семейкина.
Слава организации дошла и до соседних районов области. Связь с районами молодогвардейцы налаживали с такой сообразительностью
В первых числах октября была создана небольшая подпольная типография. Удалось раздобыть немного шрифта, а чего не хватало, вырезали на резине Володя Осьмухин, Анатолий Попов и Жора Арутюнянц. Потому и печать на временных удостоверениях и листовках получалась неровной.
Штаб умело руководил "Молодой гвардией" потому, что в большинстве своём ребята долго и с душой поработали в комсомольских школьных организациях. У них был опыт.
За шесть месяцев "Молодая гвардия" приняла в комсомол тридцать шесть юношей и девушек Краснодона. В любое время и в любом месте, как только представлялась малейшая возможность - дома, в парке, во всех затаённых уголках, - не прекращалась эта работа.
Вот как вспоминает член "Молодой гвардии" Валерия Борц о своём вступлении в комсомол:
"Однажды Олег вызвал к себе меня и Сергея Тюленина и сказал нам, что решением организации мы приняты в комсомол. Потом Олег выдал нам комсомольские билеты: Сергею - No 2, а мне - No 3, и мы внесли наши первые комсомольские взносы. Олег нас обнял и крепко расцеловал, а мы так волновались, что даже ничего не могли ему сказать. А потом поклялись, что будем настоящими комсомольцами... Я всю жизнь буду помнить то время, когда вместе со всеми молодогвардейцами боролась против фашистов. И никогда не забуду того дня, когда мой милый товарищ Олег вручил мне комсомольский билет No 3".
В радости и в беде помнили ребята проверенный рабочий закон: все - за одного, один - за всех.
Однажды Олег возвратился домой чем-то сильно взволнованный. Из разговора с ним я узнала о его горе.
"Молодая гвардия" послала Оксану с боевым заданием в Каменск, и там полиция задержала её. Потом передали, что арестованную можно выкупить: полиция хочет за неё три тысячи рублей. Две с половиной имеются в кассе организации, пятьсот необходимо срочно собрать среди молодогвардейцев.
– Мама, прошу тебя, дай мне пятьдесят рублей, - попросил Олег.
Через несколько дней после этого разговора вхожу в комнату и вижу: Олег разговаривает с какой-то девушкой. Весело он сказал мне:
– Мама, это та самая Оксана! Выручили!
Девушка смутилась.
– Оля, ты не волнуйся, - поспешил успокоить её Олег.
– Мама - тоже член нашей организации.
В тот же вечер штаб "Молодой гвардии" принял важное решение: послать молодогвардейцев работать на биржу труда, в полицию, в гараж, в больницу одним словом, к немцам. Штаб решил вбуравиться в немецкие организации. Это было задумано смело. Ребята были устроены на нужные
Сергей Левашов нанялся работать в гараже и весьма старательно портил одну автомашину за другой. Уля Громова поступила на работу в немецкий госпиталь, и в скором времени с её помощью двадцать пленных красноармейцев вышли на свободу. Юра Виценовский стал на шахте "мастером аварий". Ковалёв и Вася Пирожок доставали из полиции чрезвычайно важные сведения.
Короче говоря, ребята подбирались к самому горлу врага.
Как-то утром бабушка вбежала с улицы, взволнованная и радостная:
– Биржа горит!
Олег вскочил с дивана и бросился к окну:
– А управа?
Бабушка спросила:
– Олежек, что ты говоришь? Разве и управа должна гореть?
– Да, бабушка, непременно и управа!
– Про управу мне ничего не известно...
– растерянно сказала бабушка.
Олег быстро оделся:
– Мама, пожалуйста, не волнуйся! Дела...
Он вышел, но скоро возвратился.
– Вот это молодцы ребята!
– говорил он, возбуждённо шагая по комнате и потирая руки.
– Чистая работа! Дотла сгорело...
Пожар "биржи смерти" был очередной работой молодогвардейцев.
Они узнали, что биржа труда заготовила списки и документы на тысячи граждан Краснодона для отправки их в немецкую неволю. Немедленно штаб решил: биржу сжечь!
На рассвете 6 декабря Люба Шевцова, Сергей Тюленин и Виктор Лукьянченко сумели пробраться в здание биржи. Они облили стены бензином, расставили по комнатам бутылки с горючим. Чиркнула спичка...
Сначала вспыхнули бумаги, потом запылали картотеки, и пошла полыхать вся "биржа смерти".
После неожиданного пожара немцы начали было снова готовить списки, но фронт уже приближался к Краснодону, и немцам стало не до списков.
Тысячи наших людей были спасены от фашистской каторги.
Всё жарче разгоралась борьба.
К началу декабря ребята добыли за счёт немцев 15 автоматов, 80 винтовок, 300 гранат, 10 пистолетов, 15 тысяч патронов, 65 килограммов взрывчатки и несколько сот метров бикфордова шнура.
На этом не остановились.
Штаб терпеливо разрабатывал дерзкий план захвата и уничтожения в Краснодоне всех оккупантов и предателей и с этой целью накапливал оружие.
Этот последний удар должен был быть нанесён при подходе Красной Армии к городу. План держали в особом секрете.
Диву даёшься, с каким уменьем и военной мудростью был разработан недавними школьниками этот последний удар по врагу!
По сигналу штаба должны были взлететь на воздух дома, занятые врагами, и перед ними, как из-под земли, выросли бы неумолимые мстители. Все они уже знали свои места.
Как только оружие попадало ребятам в руки, оно сейчас же начинало действовать. Анатолий Попов и Виктор Петров на дороге Гундеровка Герасимовка уничтожили гранатами машину с тремя офицерами. Потом нашли свой конец на дорогах ещё две легковые и три грузовые машины с оккупантами.