Повелитель Огня

Бабицкий Александр Григорьевич

— На нём нет ни одной раны. Отчего же он умер?

— От страха, — сказал Лейрус.

— От страха?

— Да. Я видел много людей, которые умирали именно от страха.

— Нерождённый прав, Зеникс, — вступил в беседу волшебник. — Этот человек испугался до смерти.

— Но отчего? Что его так напугало?

— Суть магической защиты, которую я установил, в том, что когда вооружённый человек пересекает невидимую линию, очерчивающую защищённую область, на него выпрыгивают призрачные чудовища Тартара. Они громко рычат и человеку кажется, что они вот-вот схватят его. Вообще-то задумка в том, чтобы напугать человека, подкрадывающегося к тебе спящему с оружием, и отбить у него желание подходить к

тебе. Задумки пугать до смерти у меня не было. Придётся по прибытии ко мне домой переработать эту защиту. Ладно пойдёмте спать, днём нам нужны будут силы — вечером мы должны достичь Миноры.

Все двинулись обратно к костру. Только Лейрус на минуту задержался возле мертвеца. Внимательно рассмотрев его лицо, Лейрус кивнул, словно соглашаясь с самими собой — именно этот человек показался ему подозрительным в том убогом постоялом дворе, где они останавливались накануне.

_____

Лейрус решил пока не делиться своей нарастающей тревогой с друзьями. Спустя пару часов после возобновления пути отряд достиг границы равнины, дальше начинались светлые лиственные леса. В отличие от Синих Лесов, густо заросших кустарником и мелкими деревьями и порою превращающихся в непролазную чащу, лиственные леса, широким кольцом опоясывающие Минору, были просторными зарослями широченных деревьев. Из-за раскидистых крон деревья занимали много места: это, вкупе с отсутствием большого количества всяческих кустов, позволяло спокойно разъезжать по этим лесам даже на небольших по размеру повозках. Деревья росли прямо у обочины королевской дороги, отбрасывая на жёлтые полуистёршиеся от миллионов ног и копыт камни рваную колышущуюся тень, дарящую путникам приятную прохладную свежесть. Дичи в этих лесах было не много (где ей было прятаться?), а вот всевозможных птиц было сколько душе угодно. Первые полчаса путник, въехавший в светлый лес, бывал буквально оглушён невероятным по громкости и насыщенности разнообразными звуками гвалтом птичьего щебетания, чирикания, ухания, карканья, свиста, пощёлкивания и ещё непонятно чего. В широко разбросавшихся ветвях, покрытых молодой яркой листвой чистого зелёного цвета, места хватало невероятному множеству пернатых тварей.

Зихий всю дорогу исподтишка и различными обходными манёврами пытался заговорить с Ширелом на тему вчерашней беседы у костра, однако, попав под птичью звуковую атаку, вынужден был замолкнуть. Приложив ладонь ко рту, он крикнул друзьям:

— С того времени, когда я в последний раз ездил с отцом в столицу, я уже и забыл, какой шум в светлых лесах!

Старающийся закрыть левое ухо рукой, а правое плечом и этим спастись от шума, Зеникс ответил ему своим громоподобным рыком:

— Проклятые птицы! Вроде бы недавно проезжал сквозь эти леса, а всё равно не могу привыкнуть!

— Ничего, скоро шум будет не столь заметным и раздражающим, — успокоил товарищей Лейрус.

Он оказался прав — некоторое время спустя птичьи трели уже не вызывали у всадников болезненных ощущений, пение птах перестало казаться оглушающим и путники могли относительно спокойно беседовать. Зихий, уже понявший, что вызнать у волшебника что-то, касающееся предназначения Повелителей Стихий, в данную минуту невозможно и, вероятно, даже опасно для собственного здоровья, решил выяснить ближайшие планы их экспедиции.

— Ширел, так для чего мы едем в Минору?

Маг покосился на юношу и погладил бороду. Раз уж от этого мальчишки не отвяжешься, нужно рассказать. Да и пора уже ему узнать хоть что-то.

— Каждому Повелителю Стихии предназначено пройти свой Путь. Что это за Путь, где проходит и куда ведёт, никому не ведомо. Чтобы его найти, нужно указание из прошлого. Далёкого седого прошлого. В королевской библиотеке Лайтии должен быть манускрипт. Древний

манускрипт эпохи Единого Королевства. Тогда в последний раз была переписана переходящая из поколения в поколение рукопись таинственного могущественного мага, жившего ещё в эру драконов. Он описал Путь одного из Повелителей Стихий, по-моему, если точно помню, Повелителя Земли. В этой рукописи должно содержаться хоть какое-то указание на то, как узнать, где Путь и как на него встать. Поэтому нам и нужен этот манускрипт. Надеюсь, он сохранился и в нём есть необходимые нам указания.

— Но подождите, — непонимающе произнёс Зихий. — Зачем нам искать какие-то древние свитки, если среди нас Повелитель Огня? Давайте просто спросим у него, где его Путь и как до него добраться!

Лейрус покачал головой.

— Если бы всё было так просто… Мне не дано знать Путь до тех пор, пока я не встану на него. Только когда я уже буду идти по нему, только тогда я смогу сказать — да, это он, мой Путь. Но даже тогда я не буду знать, куда он меня приведёт. Так что, если мы хотим узнать хоть что-нибудь, что сможет помочь мне, помочь нам, мы должны добраться до этого манускрипта.

— Как же всё запутано, — разочарованно протянул Зихий.

— Это точно, — поддержал его Зеникс.

— Ну да, было бы гораздо легче, если бы сразу было ясно, кого и где и сколько раз нужно секирой по голове огреть…

— Это да… — начал было поддакивать Зеникс, но тут же уловил в язвительных словах Зихия насмешку над собой. — Послушай ты, сморчок, сейчас я тебе…

Зихий ловко уклонился от попытавшегося загрести его своей огромной рукой Зеникса и в ту же секунду был в десятке шагов от великана. Звонко смеясь, Древославный принялся подзадоривать богатыря:

— Что, не по зубам тебе сморчок оказался? Куда уж тебе, неповоротливому, за мной угнаться! Что, не хочешь даже рискнуть?

— Ну ладно, сам напросился! — рассердился для виду Зеникс и дёрнул узду. Чёрный Бас взвился и молнией бросился за улепётывающим хохочущим Зихием. Впрочем, погоня закончилась быстро — хорошему, но не более того, коню Зихия трудно было соревноваться в скорости с великолепным Басом. В несколько скачков чёрный скакун догнал Зихия. Погоня закончилась, но не закончилась борьба. Зихий ускользал от стремившегося схватить его Зеникса, то стремительно подныривая под брюхо лошади, то соскакивая с коня и, подождав, когда Зеникс пронесётся мимо, впрыгивая обратно в седло.

Следовавшие за резвящимися Зениксом и Зихием волшебник и Нерождённый молча наблюдали за этой странной игрой. Наконец Ширел усмехнулся и сказал:

— Совсем дети.

Лейрус в знак согласия кивнул.

— Нет, ладно Зихий, он совсем мальчишка. Но Зеникс-то, Зеникс… Вот такие спутники тебе достались, Нерождённый.

— Спутники — это тоже Путь. Если они таковы, значит, так и должно быть.

Зеникс всё-таки схватил Зихия и уже успел издать торжествующий крик, но сын Урсуса изловчился, выскользнул из железных объятий великана и дёрнул на себя кожаную подпругу под седлом Баса. Седло соскользнуло с лошади, увлекая за собой Зеникса и Зихия. Свалившийся на богатыря юноша заливисто смеялся, поддерживаемый рокочущим трубным смехом Зеникса. Ширел с улыбкой покачал головой, Лейрус же, подъехав к лежащим на земле друзьям, сказал:

— Ничья.

Зеникс и Зихий, посмотрев друг на друга, хором повторили:

— Ничья!

— Хорошо. А теперь, Зеникс, иди лови своего коня.

Грузно поднявшийся с земли великан побежал за Басом, который стоял неподалёку и настороженно втягивал ноздрями воздух. Узнав хозяина, скакун успокоился и Зеникс в считанные минуты переседлал его.

— Всё это, конечно, замечательно, — проговорил, взглянув на солнце, Ширел. — Но нам нужно поспешить — к заходу солнца мы должны быть у ворот Миноры.