Повелитель Огня
Шрифт:
Ближайшим местом, где грабители могли повернуть к озеру Вати, был узкий проход между водопадами и Гиблой Трясиной, опоясывающей Синие Леса с юга. Вчерашний дождь был отправившимся в погоню на руку — если ночью по проходу гнали скот, то на влажной земле должны были остаться чёткие следы, не успевшие исчезнуть за день.
Пока маленький отряд, двигаясь по королевской дороге мимо покрытых лесами холмов, огибал Синие Леса, Зихий вспоминал о человеке, которого назвала Салия — Галусе.
— Слышал я о нём. Подлец, каких ещё поискать. Он хоть и молод, вряд ли намного старше меня, но уже давно грабит мелкие
В то время, как Лейрус внимательно слушал Зихия, Зеникс пытался найти общий язык со своим конём. Во время возвращения с охоты на ворлока в отношениях коня и всадника произошло некоторое потепление, однако, когда конь понял, что его мучения под этой живой горой не закончились и снова придётся куда-то скакать с непосильной ношей, он явно расстроился и начал выказывать недовольство. Снова в ход пошли брыкания, нежелания слушаться поводьев, внезапные остановки и не менее неожиданные ускорения. В общем, у Зеникса, отчаянно ругавшегося и грозившего отвернуть шею тому мерзавцу, из-за которого снова пришлось сесть на это сумасшедшее животное, лёгкой жизни не было.
К вечеру друзья достигли водопадов. Им повезло — Галус, скорее всего, торопился и решил избрать кратчайший путь к озеру Вати. Весь проход между Трясиной и водопадами, составляющий примерно пятьдесят локтей в ширину, был изрыт следами копыт. Стадо, насчитывавшее несколько сотен голов, прошло именно здесь.
— Они прошли здесь. Что делаем дальше? — поинтересовался Зеникс, с облегчением спустившийся на землю с недружелюбно косившегося на него коня.
Зихий старательно припомнил всё, что слышал от отца и других о повадках скотокрадов.
— Пока они не приблизятся к пограничным с пещерами дрононов землям, то будут стараться не попадаться лишний раз на глаза. Вряд ли их много — будь это крупная шайка, она бы напала на Дрок.
— Потому что Салия наверняка сообщила им, что дружины нет, — согласился Лейрус.
— Да. Значит их немного и рисковать встретиться с крупным отрядом какого-нибудь племени и отвечать на вопросы, откуда у них большое стадо с клеймом Древославных, они не будут. Получается…
— Получается, они будут двигаться по ночам, — закончил фразу Лейрус.
— А днём дают отдых скоту и своим лошадям и сами отсыпаются.
— От Дрока они отправились вчера вечером, даже ночью. Значит, у них день преимущества перед нами. С большим стадом быстро двигаться они не смогут, тем более каждый вечер нужно пару часов дать животным поесть.
— Примерно завтра к вечеру мы должны догнать их! — радостно воскликнул Зихий.
— Мы что, будем скакать всю ночь и весь день, без отдыха и сна? — встревожился Зеникс.
— Зачем? Ночь выспимся, хорошенько накормим лошадей, и утром со свежими силами пустимся в погоню, — успокоил друга Лейрус.
Гигант облегчённо вздохнул. В этот момент конь Зеникса, отскочил от края Трясины: из неё шипя двумя головами, выползала зелёная болотная змея. Богатырь со словами «Это ещё откуда взялось?» взмахнул секирой и обе змеиные головы с длинными
— Заночевать нужно, только подальше отсюда — ночью из Трясины к водопадам выползает много всякой гадости. Гнилая вода здешним обитателям не по вкусу, они пьют чистую.
Двигаясь по следам до захода солнца, преследователи стараниями Зихия получили на ужин несколько птиц. Невзирая на жалобы Зеникса, что каких-то «птах» недостаточно для утоления его голода, съестное было уничтожено стремительно, причём сам недовольный гигант съел половину добычи.
Даже невзирая на то, что борьба Зеникса и его коня несколько тормозила погоню, к полудню следующего дня друзья достигли места предыдущей стоянки Галуса. Это означало, что расчёты Лейруса и Зихия оказались верны и к вечеру они должны были догнать воров. Стремясь сделать это как можно быстрее, юноши подгоняли лошадей, не делая дневного привала. На склоне дня они пересекли далеко раскинувшиеся луга огненно-красной травы, которая по ночам светилась от накопленного в стеблях за день солнечного света. Начались мелкие пологие холмы, покрытые редкими лесами цветущих ярко-голубыми мелкими цветами карликовых дубов. Светило подкатывалось к вершинам холмов и длинные тонкие тени прижимались к земле. Следы уходили к подножию крупного холма, с которого спускался небольшой ручей.
— Холм защищает от ветра, поблизости вода — отличное место для ночёвки со стадом, — заметил Лейрус, осматриваясь.
— Следы совсем свежие, — Зихий спрыгнул с коня и осмотрел силуэты копыт в примятой траве.
— Мы догнали их?
— Да, Зеникс, мы их догнали…
Зихий и Зеникс вопросительно смотрели на Лейруса. Он тронул рукоять меча (это движение свидетельствовало о его задумчивости), рассмотрел следы и, наконец, решил:
— Сейчас спешиваемся и идём в ту лощину. В ней привязываем там лошадей, а сами идём к холму, где должны остановиться воры.
Скоро друзья, взяв оружие и оставив в своём временном убежище лошадей, двинулись к предполагаемому месту стоянки скотокрадов. Шли друг за другом, практически след в след, почти молча, переговариваясь в случае необходимости шёпотом, старались приблизиться к холму как можно незаметнее. Здесь снова возникли сложности с габаритами Зеникса — пришлось богатырю идти согнувшись.
Подступы к холму покрывали густые заросли плотного высокого кустарника, повсюду были разбросаны небольшие группы деревьев. Смеркалось, солнце скрылось за холмами. Лейрус остановился и внимательно прислушался.
— Странно. Если они двигаются по ночам, то сейчас они должны поднимать стадо в дорогу. Вы что-нибудь слышите?
Зихий с Зениксом помотали головами.
— Я тоже не слышу. Ладно, вперёд.
Дальше идти пришлось ещё тише и внимательнее. Теперь уже и Лейрус и Зихий передвигались пригнувшись, напряжённо вглядываясь в серо-зелёную чащу, что становилась всё непролазнее. Зеникс, которому было наказано шагать так, чтобы ни одна веточка под ногой не хрустнула, напоминал канатоходца, идущего по бельевой бечёвке над жерлом вулкана. Наконец, видя мучения всё более отстающего Зеникса, Лейрус вернулся к нему и сказал: