Повелитель иллюзий
Шрифт:
— Я пока в своем уме, — успокоилась Маша. — Жука в первую очередь мечтала о необыкновенной роскоши. Мне же и эта комната кажется чересчур навороченной, даже противно как-то. Нет, это не мои мечты. Я не хочу быть дочкой Повелителя иллюзий. Но как я хочу добраться до него и спросить — какого черта, батя? Как вернуть ребятам память?
Внезапно ей стало стыдно, что она копалась в вещах этой самой Жуки. Она даже отцепила со штанины несколько насекомых, оставив одного зеленого сверчка для того, чтобы не
— Я все равно доберусь до истины, — пообещала своему отражению Маша. С этим она и уснула.
Глава 22
ЖЕСТКАЯ ПЕРЕМЕНА ПЛАНОВ
Утром Карантина разбудила ее, принеся на подносе завтрак — большое зеленое яблоко, настой медовых споров и маленькие печенюшки с разноцветной глазурью. Маша поблагодарила ее, а на душе было кисло — дома мама обычно будила ее, тряся за плечо, а потом убегала собираться на работу и из другой комнаты кричала: «Завтрак на столе, не нравится, приготовишь что-нибудь сама». Наверняка и в доме Листогонов раньше было что-то подобное. Такие ласка и забота со стороны Карантины говорили только об одном — она мысленно давно похоронила свою дочь. И теперь, узнав ее в неожиданной гостье, больше чем когда-либо боялась ее потерять.
Маша не смогла съесть слишком сладкий завтрак, у нее запершило в горле. Она снова выкупалась в ванне с разноцветной водой, потом надела выбранную вчера одежду — перламутровую футболку, белые босоножки и серые бриджи с зеленым сверчком на штанине. Заправила постель, помогла хозяйке вымыть посуду, а затем села на диван рядом с Гешандием посмотреть новости по монитору. День отдыха закончился вчера. Пора приниматься за работу. Возможно, СКВОЗНЯКА в этом мире ждут и другие дела, кроме Лабиринта Иллюзий.
Гешандий откусил соленое печенье и сказал:
— Ты точно не моя дочь.
— Ага, мы это уже обсудили. — Маша не отрывалась от монитора.
— Жука никогда не надевала одну и ту же одежду дважды.
— Это не моя одежда, во-первых. А во-вторых, Карантина вчера назвала ее моей любимой.
— Ну да, — Гешандий жевал печенье — потому что именно эту футболку Жука надевала три раза.
— Действительно, — согласилась Маша, тщетно пытаясь разобраться в том, что говорили по монитору.
— И посуду она никогда не мыла, и новостями не интересовалась. Знаешь что? Я бы с удовольствием променял ее на тебя. Скажи, может, ты все-таки Жука? Тогда тебя не стоит лечить дальше.
— Что? — Маша, пораженная услышанным, отвернулась от монитора. — Вы серьезно? Вы бы хотели обменять родную дочь на ту, что вас больше устроит? Надеюсь, мой папа так никогда не скажет…
— Эй, а ты умна не по годам! — ответил уязвленный Геша. — Но ты просто не знаешь Жуку, она была невыносимой…
—
— Ошибаешься, — Геша смотрел на нее очень внимательно. — Она при каждом удобном случае говорила, что отрекается от меня, была просто зациклена на своем желании оказаться дочерью Повелителя иллюзий.
— Тогда вы друг друга стоите, — вздохнула Маша, вспомнив дневник. — Может, когда вы увидитесь, надо будет заново познакомиться друг с другом?
— Ах, вы опять спорите, ну прямо как в старые добрые времена, — всплеснула руками Карантина, выходя из кухни. — Одно загляденье. Скоро ты, Жука, начнешь опять швыряться в меня тряпками. А то на каждом шагу: да, мамочка, нет, мамочка, что еще для тебя сделать, мамочка… Я уже стала волноваться.
— Не начну, — сказала Маша. — Извините меня. И за тогда. И за… теперь…
— И это тоже пройдет, — философски отозвался Геша. В этот момент на мониторе возникло крупным планом лицо Кармина 212. Маша вся подалась вперед и думать забыла о перепалке с Листогонами.
— Пропал известный мультипликатор Болт Тесный, его дом разрушен, — говорил за кадром ведущий. — Кармин 212 утверждает, что был вчера у него в связи с расследованием по делу пропавшей девочки, мультикоманьяк находился в полном здравии и никуда не собирался уезжать. Напомним, что в последние годы он жил отшельником на Острове Белых песков. А теперь новость дня — уже полчаса, как налажена работа телепортеров…
— Знакомое лицо, — сказал Геша, — это не тот ли Кармин, который привел тебя?
— Ягодка, что тебя так взбудоражило? — спросила Карантина.
— Мамочка, папа, мы так недолго были вместе, — волнуясь, сказала Маша, — но, наверное, мне скоро придется вновь уехать, чтобы продолжить лечение…
— Ну пожалуйста, — Карантина взяла девочку за руку, — может, мне поговорить с врачом? Ты теперь такая спокойная…
— Я вернусь к тебе совсем здоровой и снова буду кидаться тряпками, — пообещала Маша, обнимая женщину. — Ты еще пожалеешь о тех днях, когда я жила в приюте…
Карантина улыбнулась сквозь слезы.
— Девочка, не слишком ли рано ты собралась? — удивился Гешандий. — Помнится, твой охранник очень настаивал на твоем возвращении домой.
— Я должна, — твердо сказала Маша, уже прикидывая, как бы ей выбраться с Острова Зеленых яблок.
— Это правда, — на пороге появился Кармин 212, — доктор прислал меня за тобой.
Девочка вспыхнула от радости, и это не укрылось от глаз родителей.
— Ну что ж, — вздохнула Карантина, — теперь мне будет все-таки легче тебя ждать. Видимо, тебе там хорошо. Не беспокойся, Гешандий, я в порядке. Дай мне собрать ее вещи…