Повелитель Грёз
Шрифт:
– Я научусь и людей.
– Конечно, научишься. Несомненно.
– Ашмид берет новое крылышко.
– Твое испытание будет принимать Суфир Вдохновитель.
– Сам Суфир?
– Рот Элдена так и остается открыт.
– Да. Ты здесь по его благоволению, и он самолично хочет принять у тебя испытание, посмотреть, как ты поднимешь своего первого человека.
– Сам Суфир...
– Да, сам Вдохновитель. Величайший чародей нашего времени и величайший вештак, истинный сын своего народа. Даже его сияние властелин Дараган
– Ашмид облизывает мясистые губы. Крылышек в миске больше нет, одни обглоданные кости.
– Благодаря Суфиру Сад-Вешт вновь обретает влияние. Наш некнязь Орай и его сыновья, старший Чевек и младший Лик, - желанные гости в Сафарраше, в замке Первого После.
– И простые люди любят Вдохновителя. Я знаю, он многих исцелил в моем родном конце, возвращал очам ясность, избавлял от струпьев и наростов, даже заново отращивал несчастным ноги. Раздавал страждущим хлеб, возносил просьбы за страждущих, воздавал хвалу от благодарных. И моя мать каждый день перед сном пришептывает Суфиру здравицы.
– Значит, ты понимаешь, как важно не подвести его. Нужно показать, что не зря наш Вдохновитель так в тебя верит.
Элдена обуревает жар нетерпения.
– А когда же он придет?
– Думаю, скоро ты будешь готов, и я пошлю гонца в Сафарраш. Тогда милостивый Вдохновитель и прибудет в храм. Властелин Дараган отпустит Суфира в любое время, он понимает, что владыки меняются, а величайшая мудрость остается в веках.
– Я подниму человека. Суфир будет мной гордиться!
– Поднимешь. Но сперва научись поднимать животных тварей. И днем и ночью, в час хворобы, в душевной тоске, в лишениях. Всегда.
Ашмид подзывает радостную собаку и, почесав ей за ухом, снова умерщвляет, вспоров горло до кости.
Сквозь сон пробивались крики, лязг, грохот и плач. Элден открыл слипшиеся глаза, зевнув, взглянул на Эми. Она еще спала, улыбаясь, лежала на боку, повернувшись к нему милыми конопушками - от ушка по шее и далее вниз. Он не стал ее будить, оделся и вышел из княжеской опочивальни узнать причину шума. Как им и положено, за дверью два стражника оберегали покой своего властелина, он приказал им остаться, спустился с башни Первого После и очутился в главной галерее. Мозаичный пол был залит багровым и словно усыпан строительным мусором все четыреста шагов от башенной лестницы и до выхода во внутренний двор, как будто в замке затеяли обновление, начали красить и раскидали строительные принадлежности. На самом деле это в крови валялись тела людей, узнаваемые только вблизи - выпотрошенные, разрубленные, обугленные, переломанные - ни одного целого. Среди них нашлись и мертвые Кед-Феррешем, примерно одна кукла на пять убитых людей.
– Ураш...
Элден кинулся в башню и, отыскав десятника, повелел ему взять всех своих людей и усилить стражу опочивальни. Затем быстро вернулся в галерею, регент должен самолично усмирять бунт. Судя по шуму, бои шли уже за пределами стен, где-то на склонах холма. Значит, с наскока взять замок Урашу не удалось, кукол и орденцев, изначально находившихся внутри, не хватило для победы. Пока отбились.
Однако даже за промежуточный успех пришлось щедро заплатить. Среди погибших Элден узнал первого казначея, шестерых сотников, главного оружейника, нескольких баронов, начальника стражи Башни Возмездия. Это только те, кого он смог опознать, истинные потери вскроются позже, когда выяснится, что с утра никто не явился в конюшни, в кузницы, на половину постов. Он бы не заметил еще одну важную потерю, если бы на полу под скрюченным телом что-то не блеснуло. Элден подвинул труп и достал кусок погнутой серебряной
Он спустился с главной галереи на этаж ниже, сквозной коридор там так же был раскрашен и усыпан рублеными ошметками. Элден обнаружил у стены голову труповоза, вот к нему некоторое сострадание пробудилось. Хоть и не удалось сутулому старику убедить люд нижнего града, что в замке живет верный защитник обездоленных.
– Ты не смог заставить поверить их в скромного Элдена, - сказал он отрубленной голове, - но смог ли ты спасти бедную девочку? Жаль, ты уже не расскажешь.
Он решил обязательно потом похоронить его по-человечески. Да и всех этих несчастных тоже. Кроме орденцев, их он прикажет свалить в общую кучу и закопать бесследно, не будет им ни могильной плиты, ни даже холмика.
Элден направился дальше. Нашел сотника лучников, еще нескольких баронов, хранителя манускриптов. Свернул к лестнице, чтобы спуститься еще на этаж, и споткнулся о валявшееся за углом тело. Маленькое и толстое, с торчащими красными лентами и серпантинами, будто праздничный мешок с подарками для детей, перевязанный рыжим узлом. И для Элдена это действительно являлось подарком.
– Так что, получается, я теперь полновластный властелин?
– пробормотал бывший регент.
– Князь Сафарраша и всей Ишири?
Галату отрубили руки и ноги, а затем выпустили кишки. Или наоборот. Элден решил похоронить его с княжескими почестями. Наследник, конечно, был засранцем, но такой смерти не заслуживал.
Властелин спустился на этаж. То же самое. Обходить снова все это совершенно не хотелось, но и здесь могли быть важные находки.
Но находкой стал он сам.
Из занавесей в конце коридора выпрыгнул Кед-Феррешем и бросился к нему. Элден метнулся на винтовую лестницу башни Возмездия. Запас есть, вдруг удастся сбежать?! Прыгнул через четыре ступени, глянул вниз. Кед-Феррешем скачет через семь, накручивает спирали. Приближается! Между ними полтора витка. Уже один.
Элден вынесся на крышу, бежать некуда. Или бой, или вниз с башни. Залез на парапет, спрятался за зубцом. Придержал волосы, посмотрел одним глазом. Кукла вышла из черноты лестничной шахты, меч обнажен, ветер полощет капюшон. Что же делать?! Элден спиной прижался к холодному камню укрытия, достал кинжал. Поморщился и рассек левую руку. Убрал оружие, подставил правую ладонь. Тепло.
Выглянул еще, Кед-Феррешем идет вдоль зубьев, осматривает за каждым. Уже набралось с маленькую чарку. Нужно еще. До Элдена идти четыре зубца. Ветер чуть не срывает капюшон куклы. Кровь не останавливается. И это хорошо. Два зубца. Полторы чарки. Один зубец. Еще пара капель. Прыжок! Взмах рукой, кровь на сумрачный доспех, прямо в воротник! Шипение, чернильный дым, она ничего не видит! Застилает глаза. Бросок в нее, руки вперед - отлетает, ударяется спиной о парапет. Кувырнулась! Прощай, сука.
Элден оперся о парапет и, пока сердце унималось, окинул взором свои новые владения. Шли бои - нижний град горел, в предместьях тоже виднелись всполохи. Почти везде на каменных зданиях трепыхались медузы, Кед-Феррешем однозначно побеждали. Значит, замок ждет либо осада, либо сразу новый штурм. Он поднял голову на башню Первого После, самую высокую из трех. Нет, знамя не сорвано, сорока еще реет.
– Я принесу вам разорение, - прошептал новый властелин.
На крыше каменного дома неподалеку от Аруши он заметил две фигуры. Одна - высокая с маленькой головой, вторая - коренастая в сверкающих латах. Ураш и Сагдар. Да, точно они, на трехэтажном здании в виде круглой башенки. Устроили что-то вроде воеводческой ставки. Не боятся выстрелов, до замка слишком далеко, их не достанут.