Потоп
Шрифт:
А оно грозило вскрыться.
История с настырным астрономом да с нападением на особняк заставляла думать, что многое вылезло наружу — шила в мешке не утаишь.
К этому-то человеку и пробирался сейчас инвалид охранной деятельности, слепец Коротаев. Вооруженный до зубов, с плотной повязкой на свежепрооперированных глазах.
Слух у Коротаева обострился до предела, он реагировал на малейший звук.
Он понимал, что сейчас ему не помогут ни белая трость, ни
Он медленно шел по коридору, раздувая ноздри и пытаясь уловить потоки свежего воздуха: выход.
Ах, хорошо, что больничка не самая серьезная.
Слева что-то звякнуло, и начальник службы безопасности мгновенно выпустил туда автоматную очередь.
Потом для профилактики поводил стволом туда-сюда, поливая свинцом невидимое пространство.
Под ногами хрустело стекло; дважды он чуть не упал, споткнувшись о какие-то рамы, а один раз — натолкнувшись на каталку.
Коротаев одновременно прислушивался: пока что никаких сирен.
Зря он расправился с медсестрой, ему нужен проводник… Шуршание справа; Коротаев метнулся — и вот уже держал в кулаке добрую порцию сестринского халата. Женщина отчаянно закричала.
— Молчи, тварь, — сказал Коротаев. — Мозги вышибу. Выведешь наружу — останешься цела.
Судя по реакции, предложение было принято беспрекословно.
Она и вправду не пикнула, вывела его наружу, и теперь они шли по наклонной плоскости — явно по пандусу. Под пандусом должны быть машины скорой помощи.
— Там, внизу, очень светло? — осведомился Коротаев.
— Нет, не очень, еще не рассвело до конца, только одна лампа, — услужливо затараторила невидимая жертва.
— Заткнись. Машины с водителями есть?
— Две.
— Шофера где?
— Стоят рядом, курят.
— Теперь снова молчи. Когда вывернем к ним, скажешь.
Они сошли с пандуса, сделали поворот.
— Смотрят на нас, — прошептала медсестра. — Или врач? Санитарка? Уборщица?
Коротаев громко выкрикнул:
— Оба рылами в землю, иначе пущу ее в расход! Легли? — спросил он у заложницы.
— Да, — ответила та сдавленным голосом.
— Теперь один встал, сел за руль. Второй лежит. — Заложнице: — Заводи меня внутрь.
Похоже было, что все идет как по маслу.
Оказавшись в салоне, он распорядился запереть двери и, ориентируясь на шумное дыхание шофера, приставил ему к затылку ствол:
— Отвезешь куда скажу — будешь живой… На связь не выходить…
Оставался еще один свидетель, второй шофер. Да и сколько их могло еще быть, пока они шли, — он же не видел? Ну, лучше перестраховаться.
— Пусть второй сядет рядом.
Послышался лязг открываемой дверцы. Когда человек занял место рядом с шофером, Коротаев заколол его и велел вытолкнуть из машины.
— Всем сохранять спокойствие, — этой нелепой фразой он
Глава десятая
РЕЗИДЕНЦИЯ
Пока карета скорой помощи на всех парах, подгоняемая террористом, мчалась к отдаленной резиденции Хозяина, тот как раз выслушивал донесение снайпера, снявшего предателя Шныгу.
До того он всю ночь совещался со штабом, в котором были высокопоставленные военные и депутат Афиногенов. Его Хозяин уже прозвал про себя серым кардиналом за пронырливость и относился к нему не без подозрения и опаски.
Речь шла о самом главном: строениях на месте двух будущих лазерных бурильных установок.
Дело, с которым связался Хозяин, оказалось несколько мудренее, чем ему виделось первоначально.
Выяснилось, что не он первый успел ознакомиться с подземными перспективами. С ними успели ознакомиться компетентные люди, которых эти перспективы встревожили настолько, что к делу подключилось — в незапамятные уже времена — Министерство обороны.
Загвоздка была в том, что геологоразведочными работами, хотя бы и на советской территории, занимались и представители не вполне дружественных государств. Грубо говоря — потенциальный противник.
Потенциальному противнику было ведомо, что двух небольших атомных бомб за глаза и за уши хватит, чтобы стереть город Ленинград с лица земли, если нанести удары именно в местах предполагаемого нынче бурения.
И хотя теперь депутатские планы парадоксальным образом совпадали с уже отброшенными планами недавнего противника, вокруг опасных мест успели понастроить всякой-разной противоракетной обороны.
Чтобы не дай Бог! Не приведи Господь!
Теперь все эти станции находились в состоянии известного упадка. Не то чтобы они полностью вышли из строя и утратили боеготовность, но остро нуждались в дополнительных финансовых вливаниях, которых было шиш.
Собственно говоря, на этих вливаниях и было выстроено обсуждение. Это было предметом беседы.
Хозяин, вальяжно развалившись в кресле и потягивая коньяк, обещал военным золотые горы, которые в их воображении сразу претворялись в дачи и прочие приятные вещи.
Он обещал им акции, паи, участие в будущем алмазном концерне и прочие вещи.
Лишь бы ему позволили развернуть на их заскорузлых базах небольшое строительство и приступить к бурению. В качестве доказательства он демонстрировал людям в погонах все те же злополучные алмазы.
Что будет твориться за стенами этих сооружений, должно было остаться ведомым одному Хозяину и его людям. Это будет секретный объект внутри секретного объекта.
В принципе, все уже было оговорено, остался вопрос о сроках.