Потерявшие крылья
Шрифт:
— Я не хочу врать родителям, — хмурилась Милена. — Как я им объясню, куда все время пропадаю?
— Они не будут задавать вопросов, — говорил Дэсмиш. — Достаточно сказать им, что едешь с Виталием на природу. Это ведь не вранье?
Сейчас мы уютно устроились в новой гостиной девочек перед потрескивающим в камине огнем. Милена со всем пылом взялась за изучение местных трав и постоянно просила меня и Саритэ показать ей, как приготовить тот или иной напиток из них. В ее руках растения приобретали еще большую силу, и дочь давно превзошла меня в этом искусстве. Поэтому столик посреди гостиной был уставлен
— Я так и не понял, можно ли нам приглашать в этот дом друзей, — Антон задумчиво оглядел окна гостиной, за одними из которых шел снег, а за другими могучие деревья шелестели синими и фиолетовыми листьями.
— Ваш дом не является порталом в обычном смысле, — объяснил Дэсмиш. — Те, кто приходит к вам в одном мире, не смогут попасть в другой. Пройти через ваш дом в другой мир получится только с вашего согласия. А если гости не знают о существовании иного мира, то и увидеть его в окнах просто не смогут.
— Так что приглашайте, кого хотите, — улыбнулась Лу. — Главное, не зовите меня одновременно со своими друзьями. Боюсь, они немного удивятся.
Девочки прыснули.
— А не является ли это использованием энергии мира в личных целях? — спросил Виталий.
— Является, — хмыкнул Тэйхирт. — Но миру нужна Милена, поэтому у него не слишком богатый выбор. Хранитель должен быть жив-здоров и счастлив. Тогда и с миром все будет в порядке.
— Помни, что твои путешествия туда-сюда тянут много энергии, поскольку ты нуждаешься в защите, и наш мир оберегает тебя. После того как закончишь учебу, тебе нужно будет сократить время нахождения в другом мире.
— Да, я помню, — кивнула Милена. — Это уже не так страшно, раз я могу видеться с семьей и друзьями.
В этот момент раздался стук в дверь. Мы удивленно переглянулись.
— Дом начинает оживать, — заметила Мирослава и отправилась открывать. — Вот и гости потянулись.
А потом гостиную окутала настороженная тишина. Потому что на пороге возникла Рамиса.
Глава 7
— Позволите? — спросила неожиданная гостья.
Мирослава растерянно повела рукой в сторону диванов. Рамиса величественно прошла в гостиную, а мы все молча не сводили с нее глаз. Я как-то отвлеченно следила за тем, как она опускается в кресло, привычно расправляет складки белоснежного платья, касается пристальным взглядом каждого из присутствующих. От нее словно исходит слабое свечение, но, возможно, это наведенная иллюзия, потому что ее народ, скорее всего, целенаправленно взял на себя роль богов фирхаши. Вот только зачем?
Никто из нас даже не поприветствовал ее. Наверное, от неожиданности. Но и Рамиса молчит, а взгляд ее по-прежнему проникает насквозь.
Я до сих пор не могу сказать, как отношусь к ней. Она заставила меня снова пережить самые страшные годы. Стало ли мне легче после этого? Нет. Наоборот, вся боль всколыхнулась с новой силой. Но, пожалуй, наши разговоры были нужны, чтобы я, наконец, смогла принять собственную жизнь и себя саму. Иначе я могла до сих пор остаться в личном инферно. Продолжать топтаться на одном месте и постоянно оглядываться назад вместо того, чтобы начать жить и открыть сердце
Во взгляде Милены, устремленном на Рамису, я вижу откровенную неприязнь. Но дочери тоже было нужно встряхнуться, чтобы сейчас оказаться здесь, именно в этой точке среди множества вероятностей. Возможно, потому мы и испытываем к нашей гостье не самые теплые чувства, что она заставила пройти нас сквозь собственный мрак, увидеть и понять о себе то, от чего всегда прятались. Никто не любит критики. А уж когда она исходит от самих себя… Сложно чувствовать благодарность к тому, кто поставил тебя в позицию беспощадного судьи своей же жизни. Пусть разумом ты и понимаешь, что это было необходимо.
Рамиса не смотрит на меня, но я знаю, что ее легкая улыбка предназначена именно мне. А потом она переводит взгляд на Виталия, и ее лицо проясняется. Он — единственный, кто улыбается нашей гостье. Очень светлый человек, и я рада, что он любит мою дочь. Я оглядываюсь на Лу. Скорее всего, Милена была права, и Виталия готовили к встрече с Лу. Наверное, они даже были бы неплохой парой. Той, на которую хотят равняться — надежной светлой и очень правильной. Вот только Лу вряд ли бы раскрылась рядом с Виталием так, как сейчас. Ее озорной огонь смог найти только Тэйхирт. А Милена, думаю, не нашла бы счастья с Темным. Их брак был бы прочным удобным и подходящим. Они бы отлично работали в паре, понимали друг друга, но вряд ли это было бы что-то большее, чем просто привычка. Хотя это всего лишь мои предположения.
— Да, я тоже могу ошибаться, — на этот раз Рамиса смотрит мне прямо в глаза. — Именно поэтому действовать должны были вы, а не мы. Часто вы на уровне чувств понимали, как будет лучше. А наши выводы основывались только на логических рассуждениях.
— Кто вы такие? — Антон, прищурившись, смотрел на Рамису.
Отважный мальчик. А ради Мирославы способен перевернуть весь мир. Даже личный. Антон так до конца и не принял реальность магии. Жить в нашем мире для него было бы мучением. Но он не станет ограничивать будущую жену, хотя явно огорчится, если их дети унаследуют магические способности мамы.
— Дальние родственники людей этого мира, — улыбнулась Рамиса и перевела взгляд на жрецов.
— Я так и думал, — бесстрастно отозвался Тэйхирт, а глаза его стали совершенно непроницаемыми. — Экспериментаторы?
— Их потомки. Так же, как и вы.
— Вот только законные, а не побочные, — криво усмехнулся Темный.
Он никогда и не скрывал полное неприятие наших общих предков. Хотя кто в этом мире мог бы испытывать к ним теплые чувства?
— Мы пришли исправить то, что натворили предки, — сказала Рамиса.
— И чуть не натворили нового, — проворчал Антон.
— Мне бы не хотелось, чтобы по горстке представителей вы судили весь наш народ.
— Судя по тому, что пантеон богов фирхаши существует уже несколько столетий, вы здесь находитесь с очень давних времен, — Тэйхирт скрестил руки на груди. — Какие конкретно действия вы предпринимали, чтобы исправить вред, принесенный Экспериментаторами?
— Этот вопрос фирхаши задавали и вам — жрецам, — Рамиса снова улыбнулась, вглядываясь в Темного. — Согласитесь, что ваши действия фирхаши тоже не всегда воспринимали так, как вам бы хотелось.