Потерявшие крылья
Шрифт:
Рамиса отпускает мою руку и поворачивается к Лу. То, что она сообщает, слышит только Лу. Глаза девушки распахиваются, а по крыльям несутся наперегонки яркие искры. Лу неуверенно улыбается и невольно прижимает ладони к животу.
Мирославе и Антону женщина просто кивает, а потом обращается к Виталию:
— Я бы хотела поговорить с тобой и твоей невестой.
Парень с готовностью поднимается и оглядывается на Милену. Дочь хмурится, но выходит следом на террасу. Я проследила за ними взглядом. Они остановились у перил. Мне кажется, Рамиса не скрывает
— Что она тебе сказала? — с любопытством обращается Мирослава к Лу.
А ту явно переполняют чувства. Они горят в ее глазах, когда она прижимается к Тэйхирту и что-то шепчет ему на ухо. Тот бросает недоверчивый взгляд на террасу и кладет руку на живот жены. Брови Темного изумленно ползут вверх, и он впивается взглядом в глаза Лу.
— Вопрос забираю обратно. Сами потом расскажете, когда в себя придете, — усмехнулась Мирослава и тут же нахмурилась, заметив ошарашенное лицо сестры. — Что там Миленке наговорили, интересно. Не в стиле той гадалки, надеюсь?
Ей никто не ответил. Какое-то время дочь еще наблюдала за происходящим на террасе, потом повернулась ко мне:
— Мам, ты серьезно думаешь, что эта тетка тебе помогла?
Я улыбнулась и кивнула.
— Почему? Чем? Она даже на вопросы никогда не отвечала.
— Отвечать на вопросы тоже можно по-разному. Но я, пожалуй, соглашусь с ней — не всегда те, кто спрашивает, готовы услышать ответ.
— Типа как взрослые не любят объяснять очевидные для них вещи детям? — задумчиво спросила Мирослава и тряхнула головой. — Нет, это неправильно. Просто нужно объяснять так, чтобы дети поняли.
— Она и объясняла, — усмехнулась я. — Мне, по крайней мере. Так, чтобы я смогла понять. Только до меня не сразу дошло.
— В любом случае взрослые не могут защитить детей от всех набитых шишек, — добавил Дэсмиш.
— Заступаетесь за нее? — хмыкнул Антон.
— А какой смысл ее обвинять? — удивилась я. — И в чем? В том, что не сделала все за нас? Не вложила в голову нужные решения?
Я помолчала и добавила:
— Если брать в расчет чувства, то я вас понимаю. До сих пор, пожалуй, осталось раздражение от разговоров с ней. Но логика в ее действиях вполне понятна.
Милена и Виталий вернулись уже без Рамисы.
— Что она вам сказала? — тут же набросилась любопытная Мирослава.
Милена ничего не ответила и села на диван. Виталий опустился с ней рядом. Вид у обоих был совершенно обескураженный. Мирослава пристально рассматривала сестру, но вопросов больше не задавала.
— Нет, мне, конечно, еще Ри рассказывала про свое видение, — растерянно выговорила Милена и прижала ладони к щекам. Выдохнула и вдруг как-то криво улыбнулась, взглянув на Виталия. — Хорошо, что она сказала, а то ты бы меня еще в измене с каким-нибудь фирхаши обвинил.
— Мил, объясни нормально! — нетерпеливо бросила Мирослава.
— Ри говорила мне про то, что она видела крылатого ребенка у одной из двух близнецов. Я даже дословно запомнила: «Он перевернет всю их жизнь,
— Ну? — непонимающе нахмурилась Мирослава. — А Рамиса-то тут при чем?
— Она сказала, что такая вероятность возможна процентов на девяносто пять, — нервно хмыкнула Милена. — И именно у нас с Виталькой. Поскольку я хранитель мира. И нашему ребенку восстанавливать равновесие между людьми и фирхаши.
— Будем учить наших детей летать вместе, — улыбнулась Лу и вдруг залилась краской.
— Да ладно, — насмешливо протянула Мирослава. — Можешь даже не рассказывать, мы и так все поняли.
— А если у нас родится человечек? — Тэйхирт обхватил жену обеими руками, но та покачала головой и с уверенностью сказала:
— Нет! Во мне фирхаши. Причем крылатый!
— Скоро тут полный дом летучих детей будет! — рассмеялась Мирослава и хитро покосилась на Антона. — Отпустишь меня к фирхаши на одну ночку? Я тоже крылатого ребенка хочу!
— А выбрать не помочь? — язвительно поинтересовался Антон и угрожающе провел ребром ладони себе по горлу. — Крылатый ребенок для рогатого мужа? Убью и тебя, и фирхаши твоего!
Мирослава только расхохоталась.
— Почему рогатого? — не понял Дэсмиш.
— В вашем мире и не таким станешь, — пробурчал Антон, но рассмеялся вместе с хохочущими сестрами.
Эпилог
«Сегодня я засиделась у озера допоздна и, когда созвездия отразились на темной поверхности, вдруг стала вспоминать. Картины перед глазами были такими яркими, будто все это происходило вчера. А память пользовалась не только красками, но и звуками, запахами, ощущениями. И я позволила ей вернуть меня в тот далекий день, когда закончилась моя жизнь. А вот началась ли новая — этого я не знаю до сих пор».
Помните эти слова? Да, с них началась моя история. И сегодня я сижу у озера уже не одна. Со мной рядом Дэсмиш, в объятьях которого тепло и уютно, спокойно и безопасно. И я теперь точно знаю ответ: новая жизнь началась, и она совсем другая. Я не буду использовать сравнения «лучше» или «хуже». Она просто другая. И без той, темной и почти невыносимой, не случилось бы этой.
Поменяла бы я в ней сейчас хоть что-то, если бы появилась такая возможность? Нет! Потому что не хочу терять ни одного из тех, кто окружает меня в настоящем. Чтобы оказаться в счастливой точке «здесь и сейчас», нужно было пройти через все, что со мной случилось.
Краем глаза я вижу наши башни, а чуть левее появился деревянный дом, наполненный светом и простором, благодаря огромным окнам. Здесь живут Тэйхирт и Лу. И их ребятишки. Неугомонные крылатые создания, которые не дают скучать своим родителям и всем окружающим. Лу не просила мужа о новом доме, но Тэйхирт помнил, как неуютно она себя чувствует среди каменных стен, и построил для нее привычный, в котором ей было легко дышать. Так что башни достались нам с Дэсмишем. И нашим младшим детям. Ну и Саритэ, конечно же, осталась с нами.