Потерявшие крылья
Шрифт:
— Ты ее чувствуешь? — удивился Тэйхирт.
— Не совсем. Не знаю, как объяснить. Какое-то покалывание в пальцах, что ли, — девушка нахмурилась, пытаясь подобрать нужные слова.
Она потрясла рукой под водой, и вокруг пальцев вдруг появилось слабое свечение.
— Что это? — спросила Милена, с интересом разглядывая странное явление.
— Обалдеть! — выдохнула Мирослава и присела рядом с сестрой. — Дай я тоже попробую!
Но на пальцы Мирославы вода никак не реагировала.
—
Сестры враз обернулись и успели поймать вопросительный взгляд Тэйхирта, отправленный подошедшему к ним Дэсмишу, и растерянное пожимание плеч Светлого. Но оба мгновенно приняли совершенно невозмутимый вид.
— Нам рассказать ничего не хотите? — Мирослава выпрямилась и уперла руки в бока.
— Пока — нет, — сдержанно отозвался Дэсмиш. — Вы вроде плавать собирались?
— Да, давайте уже закопаем подальше все ваши загадки! — вдруг поддержал жреца Антон, подхватил Мирославу на руки и прыгнул вместе с ней в воду.
Девушка завизжала и замолотила кулаками по плечам парня:
— Я же в одежде! Отстань, ненормальный!
Во все стороны полетели брызги, но они были заметны только благодаря тому, что отражали свет шариков Тэйхирта.
— Забавное ощущение, — протянул Антон, не обращая внимания на легкие удары кулачков. — Вот вроде в воде стоим, а вроде и нет.
— Поставь меня! — обиженно заявила Мирослава. — Сама хочу проверить.
Парень опустил ее, длинные черные кудри подхватила и разметала водная поверхность.
— Очень странно, точно! — подтвердила девушка и взяла Антона за руку. — Давай нырнем!
Оба задержали дыхание и присели. По почти невидимой поверхности расплылись рваные круги, полностью спрятав нырнувших от взглядов тех, кто стоял на берегу. Через несколько секунд над водой появились две довольные головы, явно мокрые. Но стоило Мирославе отжать волосы, а Антону тряхнуть головой, как оба снова стали выглядеть совершенно сухими.
— Класс! — восхитилась Мирослава. — Даже фен не нужен!
— Физика бы сюда, — задумчиво сказал Антон, зачерпывая рукой странную воду. — Жаль, я никогда не увлекался этой наукой.
— Мил, иди к нам! Может, ты здесь фонариком станешь?
Тэйхирт открыл было рот что-то сказать, но тут с неба рухнула темная тень, и плеснувшиеся потоки неощутимой воды снова окатили Мирославу с Антоном. Оба шарахнулись в сторону, а рядом с ними возникла смеющаяся Лу.
— Простите, ребята, не удержалась! Мы в детстве все время так забавлялись.
— Лу! — выдохнула Мирослава. — Чуть с ума не свела!
— Заикой сделаешь! — проворчал Антон.
— А от тебя вода, случайно, не светится? — Милена
— Это крылья светятся, не вода, — Лу хлопнула ими по водной поверхности. — А с чего такой вопрос?
— От Миленкиных пальцев вода очень даже светится, — сообщила Мирослава.
Казалось, что круглые глаза Лу стали еще круглее. Она ошарашенно уставилась на Милену, а потом перевела взгляд на жрецов.
— Серьезно?
В ее голосе звучало такое изумление, что сестры и их парни переглянулись и тоже уставились на жрецов.
Напряженную тишину разорвало появление Тамилы.
— Пойдемте обратно! Все готово!
Женщина приподняла бровь, почувствовав накал эмоций всех присутствующих.
— Что-то случилось?
— Вот нам тоже хотелось бы это знать, — дрогнувшим голосом произнесла Милена. — Может, уважаемые жрецы все-таки объяснят, в чем дело?
Глава 4
— Душа мира? Как это? — Мирослава обняла сестру и почти испуганно взглянула на Тамилу.
— Это, скорее, эдакое поэтическое название, которое придумали жители нашего мира. Если точнее — хранитель.
— И что это значит? — нахмурился Виталий и легко сжал руку подруги.
— Я не смогу вернуться домой? — прошептала Милена и зажмурилась.
— Сможешь, — мягко отозвался Дэсмиш. — Но полноценно жить получится только здесь.
По щекам Милены хлынули слезы, и Мирослава с Виталием обняли ее с двух сторон.
— Что значит «полноценно»? — уточнил Антон. — Ведь жила же она в нашем мире двадцать лет! Неплохо жила.
— И спокойно жила бы дальше, если не попала бы к нам, — Тэйхирт устало потер переносицу и сочувственно взглянул на сестер. — Но теперь мир принял тебя как хранителя. Назад дороги нет.
— Можно подробнее? — в голосе Антона явно прозвучала злость.
— Для начала дай Милене успокоиться, — возразил Дэсмиш, потому что девушка опустилась в траву, спрятала лицо в ладони и рыдала взахлеб, не обращая внимания ни на сестру, ни на Виталия.
Тамила прижала руки к груди и судорожно вздохнула. Ее ребенку было плохо, и сердце чувствовало ее боль как свою. Вот только вряд ли Милена примет от нее объятья и утешения. Женщина беспомощно оглянулась на Дэсмиша. Светлый взял ее за руку и отвел в сторону от сестер.
— Ей нужна мама, — с болью прошептала Тамила. — Наверное, только она сейчас сможет ее успокоить.
— Невозможно, — покачал головой Дэсмиш. — Ты представляешь, какая реакция будет у матери, если она вдруг окажется здесь? Тут сначала придется ее в чувство приводить. Особенно когда она узнает, что у нее могут отобрать ребенка. Поговори с Миленой сама.