Потерянный рыбак

Энн Джуэл Э.

Фишер: Что сказать Рори?

Фишер: Где ты?

Фишер: Ответь на звонок.

Фишер: Извини.

Фишер: Пожалуйста, возьми трубку.

Фишер:

Не заставляй меня звонить Рори.

Фишер: Или в полицию.

Фишер: ЧТО ЗА ЧЕРТ?!!!!

Фишер: Если ты не умерла, напиши Рори и скажи ей, что благополучно добралась до Хьюстона. Не будь засранкой.

Риз: Иди нахуй!

Фишер: ВОЗЬМИ СВОЙ ЧЕРТОВ ТЕЛЕФОН!!!!!

НАПИШИ МНЕ, БЛЯДЬ, ОТВЕТ!

Я ПРИВЯЗАЛ ТЕБЯ К ТАБУРЕТКЕ В МОЕЙ МАСТЕРСКОЙ! МЫ БЫЛИ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ДРУЗЬЯ, И ТЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЭТО ЗНАЕШЬ!

Последнее сообщение я получила за пять минут до того, как проверила свои сообщения.

Фишер: Кто ты? Почему ты так со мной поступила?

Мои глаза наполнились слезами. Я не должна была бросать трубку. Мало того, что мы не были вместе, я оставила ему сумасшедшие кусочки головоломки, которая, должно быть, казалась неразрешимой.

Я запаниковала.

Я запаниковала, потому что была зла на ситуацию в Коста-Рике.

Я запаниковала, потому что у меня не было времени на разговоры.

Я паниковала, потому что не могла видеть его лица, а он не мог видеть моего. Я думала, что он вспомнит кусочки нашей близости, когда я смогу посмотреть на него, и он сможет увидеть хотя бы то, что я чувствую к нему, даже если его чувства ко мне в то время еще отсутствовали. Он не должен был быть так далеко.

С ней.

И ее нижним бельем.

С ее сексуальным платьем.

И она спит с ним в одной постели.

Так не должно было случиться. В жизни так редко бывает.

У меня не было времени позвонить ему, но нужно было что-то делать.

Риз: Не злись. Пожалуйста, не злись. Пожалуйста, давай поговорим об этом, когда ты вернешься домой. Я люблю тебя.

Отправив сообщение, я взяла стакан воды и уставилась на телефон, ожидая, что он прочитает его или напишет мне в ответ.

Ничего.

Может, он сейчас на массаже. С ней. Но это, по крайней мере, означало, что он не настолько зол, чтобы больше не отвечать мне.

Мой короткий перерыв закончился, и мне пришлось вернуться

на работу, так и не дождавшись ответа от Фишера. Только… куча сердитых сообщений, набранных капсом.

Как я могла не вспомнить о наших сообщениях? Как он не просмотрел все свои сообщения сразу после аварии, чтобы собрать воедино недостающие воспоминания?

Я представляла себе множество сценариев. Воспоминания, потерянные навсегда. Восстановленные воспоминания. Возможность того, что он вспомнит что-то важное, связанное с ним и Энджи. И это что-то заберет его у меня. А что, если бы она была беременна?

Но я никогда не думала, что наше совместное времяпрепровождение станет той ниточкой, которая грозила распутать все. И это грызло меня весь оставшийся день. Я не могла придумать худшего сценария, чем если бы он был зол и растерян из-за меня, а Энджи была бы единственной, кто мог бы его утешить.

По дороге домой я позвонила ему, надеясь, что он еще не на репетиционном ужине.

— Я не могу сейчас говорить. — Именно так он ответил на звонок.

Мое сердце сжалось, и новая порция слез залила глаза.

— Я люблю тебя. Я любила тебя так долго.

— Я не могу сейчас говорить. — Его голос был таким холодным.

— Когда мы сможем поговорить?

— Когда я буду готов.

Я проглотила свои дрожащие эмоции.

— Ты с Энджи?

— Она все еще в душе.

И все же… что это значит? Они были в душе вместе, а она осталась после того, как он вышел? От этой мысли меня затошнило.

— Я не могла говорить раньше. Я опаздывала на работу.

— Ну, я не могу говорить сейчас. Думаю, мы поговорим, если или когда все получится.

— Если? Не делай этого. Не надо выхватывать куски из своего прошлого и пытаться собрать их воедино самостоятельно. Делать предположения. В наших отношениях не было ничего простого.

— Ни хрена подобного.

— Фишер, — сказала я, когда мой голос надломился.

— Энджи выложила все на стол. Какого хрена ты сделала? Это была игра?

— Нет! Это была не игра. Я хотела… — Я вздохнула. Это звучало так хорошо, так правильно в моей голове в течение долгого времени. Это имело смысл. Даже романтично. Так почему же в самый ответственный момент все было не так?

— Мне нужно идти.

— Фишер… — Я цеплялась за каждую секунду, но все, что я могла сделать, это произнести его имя. — Я люблю тебя.

— Мне нужно идти. — Фишер завершил разговор.

Я смахнула слезы и сделала дрожащий вдох. Ему нужно было пространство, но он его не получал. Он добивался Энджи, и я ничего не могла сделать.

Глава 30

В тот вечер мне казалось, что все плохое, что я совершила в своей жизни, вернулось ко мне в виде жесточайшей мести. Как будто Бог разозлился или у Кармы начались менструальные спазмы.