Потерянные

Невер Анна

Шатер Лавра в этом году отличился небывалой роскошью. Вместо обычных сосновых лавок и столиков, на сей раз чета перетащила в парк чуть ли не всю свою гостиную. Под натянутым навесом стояли диваны и чайные столики с незамысловатой закуской на белых скатертях. И на самом лучшем плюшевом диванчике персикового цвета расположились, конечно, вэйн и его матушка. Филипп был как всегда безупречен. Сливового цвета костюм и шелковая сорочка цвета топленых сливок выгодно оттеняли его фарфоровую кожу. На креслах рядом с Куликовыми — Лавр, Тонечка, Лопухины и Ильины.

Градоначальник покинул свое кресло и с улыбкой направился навстречу пришедшим.

— Капитан!

Тиса! Рад вас видеть! Со Жнухом плодородным!

Мужчины пожали друг другу руки.

Тиса подивилась узкому покрою клетчатых брюк градоначальника. Под костюмом — обычная сорочка. Видимо от новой удавки в виде банта Лавр наотрез отказался. Тонечка, все же оставила своих дорогих постояльцев ради пары приветственных слов капитану. В белом платье, точно большое облако, она подплыла к ним.

— Дорогие мои! Как же хорошо, что вы пришли! — полные губы женщины растянулись в радушной улыбке. Тонечка поправила высокую прическу. Нащупав желтый лист в волосах, откинула его в сторону. — Лазар Митрич, а как вам это произведение искусства? — пухлый пальчик с рубиновым перстнем указал на статую. — Ледяная фигура, а не тает! Великолепно, не так ли? Это все Филипп, душечка, сам предложил сделать такой подарок городу в честь праздника.

Отец невыразительно прокашлял в ответ.

— Вот, пожалуйста, присядьте сюда, — Тонечка указала кресла у края шатра. — Лавруша пригласил такую бесподобную труппу! Отсюда вам будет удобно смотреть на сцену.

«И не мешать моим дорогим постояльцам», — закончила мысленно ее речь Тиса.

Приземлившись в кресло, девушка заметила, что вэйн украдкой бросает восхищенные взгляды в ее сторону, что не ускользнуло от внимания сидящей напротив него Анфисы. Наблюдая за наместным, красотка в алом платье то и дело цепляла сидящего рядом отца широкой полой своей шляпы. Отчего у старшего Панина оттопыривалось ухо. Когда вэйн поймал взгляд Тисы, незаметно для матери склонил голову в знак приветствия. Девушка рассеянно кивнула. В свою очередь, завидев Тису, Ордосия Карповна пошла пятнами и одарила девушку презрительным взглядом. С гримасой недовольства она зашептала что-то сыну, и у того сделалось лицо кислым, словно ему на язык насыпали соли. Бедняга. Наверняка просит его превратить меня в червяка или улитку, подумала Тиса.

Появились Горчаки, и Тонечка усадила чету рядом с капитаном и Тисой. И пожелала всем хорошо повеселиться. Ну, спасибо!

— Как приятно видеть вас, капитан, в добром здравии и, конечно, нашу Тису, — сказала Тамара, оглядывая накрытый стол. — Помню, как бедняжка чуть не утонула. Боже, боже. Как мы все переживали тогда.

Огорченно цокнув языком, женщина бодро взялась за бутерброд с солониной. Удивительно, что поедание оного ей совершенно не мешало говорить.

— Но, Тиса, тебе явно на пользу холодная вода, — сделала вывод Тамара. — Да-да. Я слышала о чудесах холодного обливания. Один старец дожил до двухсот лет благодаря ежедневным процедурам. Но ты просто красавица! Скажи, родной, девочка просто расцвела? — обратилась она к мужу. — Как моя гортензия. Вы бы ее видели. Все лето цвела! И все оттого, что я ее правильно удобряю. Я знаю, Тиса, что ты тоже любишь цветы. Я могу тебе по секрету рассказать рецепт. Так вот, если взять в равных пропорциях торф, коровяк, картофельные очистки и перемешать, затем как следует приправить…

Тамара продолжала говорить. Тиса рассеянно качала головой и поглядывала по сторонам, в надежде увидеть одного человека. Где он

мог быть? И да. Здесь еще обязательно должны быть Кошкины и Лисовы. Первым сдался отец, сказав, что ему нужно переговорить с военными и ретировался в соседний шатер. Благо через пару минут, Тамара свела разговор на урожай и хорошую погоду. И решила, что если они с мужем не засвидетельствуют личное почтение вэйну и его матушке, то с их стороны это будет самой черной неблагодарностью.

Думая о своем, Войнова наблюдала, как Горчаки тянули руки через столик градоначальника, и по очереди жали руку Филиппу, а затем его матери. Ордосия Карповна принимала благодарность с достоинством императрицы, никак не меньше.

Тиса покинула кресло. Не успела далеко отойти от шатра, как увидела Ганну.

— Тиса, ты ли это?

— Ганна!

— Боже Единый, Тиса, какая ты сегодня! — восхитилась подруга. — Это то платье, что Комарова тебе сшила? Сколько я тебе твердила, обратиться к ней.

Ганна сбивчиво говорила, но от этого не было менее приятно, скорей наоборот.

— Ты тоже сегодня хороша, — улыбнулась подруге Тиса. Ганна была одета в аккуратное платье в серую полоску. Руки подруги украшали кружевные перчатки.

Подбежали дети Ганны, Лука и Валек, поздоровавшись с «тетей Тисой», выклянчили у матери копейку на мороженное и унеслись с довольными смешками.

Пока Ганна и Тиса делились мнениями об убранстве праздника, на сцену успели водрузить деревянную «Урожайную воронку». Вскоре на помост ступили Лавр и Тонечка, и толпа потянулась к сцене. Как обычно градоначальник произнес поздравительную речь увежанам и пожелал им хорошо повеселиться на славу Жнуху. Тонечка указала на ледяную фигуру и поблагодарила вэйна. Под аплодисменты Филипп поднялся на сцену и поклонился. Девушки в толпе завизжали. Даже Ганна прервала свой разговор, чтобы рассмотреть наместного.

Колдуна сменил Кузьма Ильин и стал зачитывать свод урожайности этого года. Который оказался лучше, чем прошлогодний. И все, конечно, только благодаря погоднику. Кузьма углубился в подробности и толпа заскучала, засуетилась.

Тиса заметила приближающуюся Анфису со «свитой». Вблизи алое платье мясной красотки, с черными рюшами на груди, выглядело несколько вульгарно, хоть и дорого.

— Глядите-ка! Войнова, наконец, сняла свой домашний халат, — усмехнулась Анфиса.

Ну что за человек, подумала Тиса. Просто не может пройти мимо, не наговорив гадостей.

— А ты, похоже, решила выступить в труппе кочевников? — парировала девушка. — Бубен не забудь.

Сегодня она не позволит себя уколоть безответно. «Свита» хихикнула в кулачки, и тут же получила гневный взгляд подруги.

— Я слышала, Витер Дмитриевич передумал делать тебе предложение, — скривила коралловые губки Анфиса. — Зачем ему нужна чумазая дикарка? Он найдет себе пару и лучше.

— Что ты говоришь такое? — охнула возмущенная Ганна.

Но Тису слова Анфисы не задели:

— Единый с ним, — сказала девушка. — Лишь бы меня в покое оставил.

— А где твой паж? — сменила тему Анфиса. — Все знают, что вы с ним неразлучны.

Тиса растерянно моргнула, и красотка догадалась, что попала в больное место. Ганна непонимающе переводила взгляд с подруги на Анфису и обратно.

— О, да. Он наверняка сбежал от тебя в свою пещеру, — усмехнулась Анфиса. — Какая жалость!

«Свита» как по команде рассмеялась. Тиса молчала, растеряв вмиг все нужные слова, и вздрогнула, услышав рядом знакомый голос: