Потерянные
Шрифт:
— Тонечка отказала тебе в приеме? — возмутилась Ганна, подскочив с дивана. — Да. Похоже она совсем поддалась влиянию этой столичной тетки.
Ганна смерила комнату шагами:
— Надеюсь, ты не влюблена в этого вэйна?
— Нет, что ты.
Ганна облегченно вздохнула:
— Но ты повела себя опрометчиво, встречаясь с ним наедине. Теперь слухи еще не скоро улягутся.
— Не важно, Ганна.
— Важно, еще как важно! А Витер? Он не отвернулся от тебя?
— Не знаю. Вроде бы нет. Только…
— Слава
— Ты права, — согласилась Тиса. — Витер лучше, чем я о нем думала. Кажется, он хороший человек, не смотря на его внешнюю грубость.
— Ну, наконец-то, зрелые мысли! Так ты же выйдешь за него?
Шкалуш внес поднос в гостиную и девушки замолчали. Вот еще один человек, кого Тиса была рада видеть. Трихон, исполняя роль слуги, лишь мельком взглянул на девушек, поставил поднос на кособокий столик и исчез. Вслед за ним явилась Камилла, принесла салфетки и чайник.
— Беседуйте, девоньки, — улыбнулась Камилла. — И чаек попейте с пирожками с повидлом.
Так они и сделали. Ганна провела в гостях еще час, затем расцеловав подругу со словами: «Главное, чтобы ты была счастлива и здорова», убежала в гимназию к своим ученицам. Тиса почувствовала, как с принятым решением, словно гнет с души свалился. Она, раскрыв недочитанный философский трактат на нужной странице, улеглась в подушки. Не прошло и получаса, как девушка уснула.
Вечером ее навестили Витер с Русланом.
— Как вы себя чувствуете, Тиса Лазаровна? — покровительственным тоном осведомился Витер с порога. Было видно, что он не рад присутствию Руслана.
— Намного лучше, — улыбнулась Тиса. — Я должна поблагодарить вас, Витер Дмитриевич. Вы спасли мне жизнь.
Витер коротко поклонился:
— Всегда к вашим услугам.
— Я вам действительно, очень признательна, — с чувством произнесла Тиса.
— Не стоит благодарности, — Витер довольно ухмыльнулся. Он уселся в кресло рядом с диваном. — Это долг всякого настоящего мужчины.
Старшина протянул букет ромашек.
— Спасибо, — улыбнулась Тиса, принимая букет. Горклый аромат лекарственных цветов принес ей настоящее наслаждение.
Руслан повторил поклон сослуживца:
— Зоя наказала мне во всех подробностях справиться о вашем здоровье, — сказал здоровяк.
— Как она?
— Хорошо. Тесть остался с женой. А теща с Марикой, узнав у Агапа Фомича, что вы добро поправляетесь, уехали к родственникам на поминки. Обещались, как только приедут, сразу вас навестить.
— Да уж, весь Увег о вас беспокоился, Тиса Лазаровна, — снова заговорил Витер, не сводя с девушки глаз. — Как вы так умудрились топором на дно пойти? Только в лодке были и вдруг сгинули.
— Сама не знаю, — призналась Тиса. — Не удержалась.
Она вдруг вспомнила:
— Вы видели их там на дне?
— Кого? — не
— Водяного, — сказала Тиса и задумчиво добавила. — С ним еще была девушка красивая беловолосая. Помните?
— Похоже, у вас был шок, Тиса Лазаровна, — снисходительно улыбнулся старшина. — Я слышал, такое бывает. К сожалению, никого кроме вас я не видел.
Руслан покачал головой.
— Странно, — растеряно произнесла Тиса.
В гостиную большим символом справедливости вплыла Камилла и сообщила господам, что скоро придет лекарь и Тисе пора отдыхать, а гостям откланяться.
— Я буду в станице на следующей неделе, — как бы невзначай произнес Витер уходя. — У меня остался вопрос к вам Тиса Лазаровна. Но раз Камилл Санна выдворяет нас, перенесу его до следующей встречи.
Витер многозначительно посмотрел на девушку. У Тисы ойкнуло сердце.
Выпроводив военных, Камилла потрогала лоб Тисы большой прохладной ладонью:
— Ходят тут, а тебе отдыхать надо, — проворчала кухарка.
— Я немного поспала после обеда.
— Знаю, знаю. Лазар Митрич как раз заходил на минутку к тебе, да побоялся разбудить. После обеда спать сам Бог велел, а тебе весь день отдыхать надо, чтобы сил набираться. А не гостей встречать. Рано еще тебя лекарь отпустил.
— Что ты, я уже себя хорошо чувствую, — воспротивилась Тиса, но послушно легла и укрылась пледом. Балки под потолком лечебного корпуса уже порядком ей надоели. Возвращаться в качестве помощницы лекаря — пожалуйста, но в качестве больной, — увольте.
— Трихон! — гаркнула Камилла. — Снеси мне с этого столика всю посуду на кухню.
Парнишка загремел посудой на столике, и Тиса почувствовала себя неудобно, что за ней убирают, будто она барыня какая. Шкалуш заметил ее взгляд и сказал:
— Рад, что вы выздоравливаете, Тиса Лазаровна.
— Спасибо, Трихон.
Новобранец хотел еще что-то сказать, но передумал.
— Мне кажется, прошла вечность с тех пор, как мы были в скалах, — сказала Тиса, вдруг ощутив, как соскучилась по походам, и еще, что удивительно, по разговорам с новобранцем.
— Всегда так кажется, если принуждают лежать на лекарской койке.
Тиса невесело усмехнулась:
— Ничего. Скоро снова в скалы пойдем… Или в лес.
Новобранец поднял поднос с немытыми чашками:
— Да, но только когда вы полностью оправитесь.
Послышался требовательный глас Камиллы, и шкалуш понес немытые чашки на кухню. Тиса собиралась было снова почитать, но появление лекаря отмело эту затею. Агап пожурил ее, что она не отдыхает. Рано, мол, бегать козой. Пришлось выпить лечебный отвар, который принес лекарь и отправиться в свою комнату. Дед Агап оказался прав, только коснувшись макушкой подушки, Тиса ощутила огромную усталость. И быстро уснула.