Потерянная Морозная Девочка

Уилсон Эми

— Что ты за создание, представшая передо мной вот так? — прошептала леди, фарфоровая кожа покраснела от ярости, когда она смотрела на нее сверху вниз. — Как ты ПОСМЕЛА явиться сюда без приглашения?

— Я… Я просто…

— ХВАТИТ заикаться! Ты похожа на испуганного ребенка, — леди встряхнула руками, будто девочка причиняла ей боль, ее цветущие-розовые волосы обрамляли лицо. Она сделала глубокий вздох: мир вокруг них выглядел тусклым и сжавшимся, а затем все снова вспыхнуло зелено и сочно. Новая

жизнь была повсюду: от почек на деревьях до малюток кроликов, скачущих вокруг них. Маленькие фигуры хихикали в тенях кустов роз, и на мгновение ей показалось, что они детеныши, но это было не так. Их кожа — бледно-серая, их маленькие зубы острые — они совсем не были людьми.

— Не бойся, — сказала леди с внезапной веселой улыбкой, отчего голова девочки закружилась. — Ты застала меня вне сезона, это тяжелое время для меня.

— Вне сезона?

— Я Майская Королева! Я ВЕСНА! — взвыла леди, топнув ногой, и облака собрались в васильковом небе. Сжав кулаки по бокам, отчего подол ее платья взметнулся под внезапным порывом ветра. — Ты пришла ко мне, когда ваш мир погряз в глубинах жесточайшей зимы и ожидаешь, что найдешь у меня ГОСТЕПРИИМСТВО?

— Нет, я… Простите меня. Я не знала, где была, я просто пыталась…

— Для чего? Пытаешь меня воспоминанием мира, где мне не рады? Ты ежедневно шагаешь по твердой земле, у тебя нет пределов, нет границ, а я здесь только чтобы составить компанию. ЗАХВАЧЕННАЯ, пока мой сезон еще не пришел. Ты находишь это справедливым? НАХОДИШЬ?

Ее голос перерос в визг, и существа вокруг замерли, их глаза обвинительно уставились на девушку.

«Исправь это, — словно говорили они. — Ты испортила нашу игру своей жалкой человечностью».

— Н-нет, моя леди, пожалуйста…

Девочка скрестила руки и пожелала исчезнуть, но это не сработало. Ей никогда не удавалось открыть этот трюк, чтобы покинуть место по своему желанию. Небо потемнело, а затем, как будто Королева снова заскучала от своего настроения, ее лицо полностью изменилось, и мир засиял вместе с ней.

— Пойдем, — сказала она, стремительно задвинув скамейку в беседке среди сладко-пахнущей жимолости. Она сидела и смотрела с ослепительной, опьяняющей улыбкой. — Пойдем, друзья мои, гоблины, собирайтесь… пойдем, человек! Я расскажу тебе истории моего сезона на земле. Это должно развеселить нас.

Девочка никогда бы не узнала, как долго она пробыла в этом раю. Время всегда менялось, когда находишься с феей. Казалось, будто прошло полжизни, и она почти полюбила озорных гоблинов, ухаживающих за своей леди и заставлявших ее смеяться над их злобными маленькими шалостями. Но что касается Майской Королевы — она была бы очень рада не видеть ее здесь никогда больше.

— 25-

— Сова! — прошептала Мэллори, открывая дверь. — Что ты тут делаешь?

Уже ранее

утро, и я истощена и сбита с толку. Мои ноги привели меня сюда сами; я была почти удивлена, когда она обнаружила меня у своего порога.

— Твоя мама волнуется! И почему ты без пальто? С голыми руками! Вся в снегу!

Моя голова раскалывается от этих ее восклицаний.

— Я могу войти?

Она смотрит вперед, на кухню, где работает радио и прикладывает пальцы к губам, прежде чем завести меня туда и толкает наверх по лестнице. Приятный, мягкий ковер, милый теплый дом. Знакомый аромат выпечки. Теперь, когда я здесь, я не знаю с чего начать — так много, чтобы огорошить ее и то, если она захочет это услышать.

— Прости за то, что было, — пробормотала я, когда мы оказались в ее комнате. Я заползла на ее кровать. Хорошие, чистые, мягкие одеяла, много подушек. У Мэллори милая комната. Маленькие вишенки на обоях, все чистое и белое, и собрано в пластиковые папки на полированных полках.

— Все в порядке, — ответила она слабым голосом. — И ты меня тоже прости, — подруга задержалась в дверном проеме, будто не зная, уйти или остаться. На ней была пижама с кексами.

— Ты точно не возражаешь, что я зашла? — спросила я в конце концов после напряженного молчания.

— Нет! Так не пойдет! — ответила она. — Где ты была всю ночь напролет? Все были в панике, Сова. Ты в порядке? Ты должна рассказать мне, что происходит на самом деле, я не могу прикрывать тебя, когда ты отдаляешься, — она сильно заморгала. — Все разваливается, — шепчет она. — Мама и папа со своими напряженными телефонными разговорами, и твои увертки от меня, и я знаю, что это зависит от тебя, и у тебя есть свои собственные дела, но я не чувствую… больше ничего не чувствую!

Я потянула ее за собой к кровати.

— Прости, — сказала я, наблюдая, как она пытается не заплакать, чувствуя себя ужасно из-за того, что так погрузилась в свои дела, что даже и не подумала, как все изменилось у нее, а это не правильно. — Мне жаль насчет твоих мамы и папы. Извини, что не была тут, рядом с тобой…

— Стой! — сказала она твердо, глубоко вздохнув и повернувшись ко мне лицом. — Хватит говорить обо мне. Расскажи, что произошло у тебя?

На минуту я засомневалась, все случившееся за последние дни смешалось у меня в голове, все спуталось. Затем я решила начать с начала и пойти от этого. Честно, я не уверена, сколько из этого безумия она сможет принять. Я никогда не видела ее такой хрупкой.

— Я нашла своего отца, — произнесла я.

Ее лицо загорелось.

— Правда? Расскажи! Какой он?

— Он немного… Он не совсем обычный. Я имею в виду… Он Ледяной Джек, — выпалила я.

Она улыбнулась

— Ха-ха, хорошая шутка. Она действительно рассказала тебе, или ты просто пытаешься отвлечь меня от всех моих забот?

— Ээ… — я посмотрела вниз на бледный ковер, размышляя, что сказать дальше. Я не могу ни о чем думать. — Я не шучу, Мэлл…

— Так значит твой отец Ледяной Джек? — она всмотрелась в меня, и я подняла голову, стараясь не реагировать, пытаясь отстраниться от дрожи в позвоночнике и прилива льда в глазах. — Ледяной Джек? Как в… детских историях? Ты действительно на полном серьезе говоришь мне, что твоя мама сказала, что он твой отец?