Потерянная Морозная Девочка
Шрифт:
Ночь становится глубже, тишина вокруг нас, пока мы работаем, не разговаривая, но едины в каждом движении, и я связываюсь с этой магией, трепет гордости проходит через меня, каждый раз, когда он одобрительно смотрит на меня, что я сделала… но постепенно усталость начинает наваливаться. Мы обогнули школу и направились через какие-то общественные сады, и ненадолго я оборачиваюсь, Джек наклонился, его пальцы коснулись щели в теплице, достигнув земли, тонкий налет льда тотчас же забрал жизнь овощей, прижав их к земле. Что-то дрогнуло во мне, память о моих аргументах на колкости Мэллори, и
— Нет! — протестую я, — Зачем ты это делаешь?
— Это природа, — сказал он, улыбаясь. — Это часть круговорота мира, маленькая Сова.
— Но это жестоко! Это действительно необходимо?
— Как еще мир узнает, что пришло время укрыться от зимы.
Но я вижу свет в его глазах, когда он делает это: ему нравится. Это будто небольшой акт мятежа или злобы. Когда мама говорила о нем, она всегда изображала его таким мудрым и нежным, несмотря на его необычность и вероломство зимы. Я и не представляла, что он может оказаться таким. Я тяжело шагаю, идя за ним к соседней теплице, устремляясь вдоль пик деревянной ограды, мороз каскадом ниспадает от его прикосновений к земле.
Внезапно волнение возникло в темноте в углу сада. Деревья дико зашелестели, и высокая, широкая фигура проступила, вытягиваясь в полный рост. Он почти так же высок, как и верхушка крыши сада, я в шоке наблюдаю, как он разворачивается… он должно быть не меньше семи футов высотой.
— Джек! — гаркнул он, его голос твердый, как гранит.
Я узнаю этот голос. Я делаю шаг назад, пытаясь спрятать свое оцепенение, а Джек спрыгивает с забора.
— Ах, надоел, — сказал Джек, вставая в полный рост, все еще выглядя карликом в сравнении с мужчиной. — Что на этот раз, ты старый брюзга? — он стоит прямо, широко расставив ноги, и призывает меня подойти к себе. Я сглатываю, и, переборов себя, разгибаюсь, стоя чуть позади него, глядя вверх на суровое лицо мужчины, еще более странного, чем мой отец: мужчины, который разговаривал с Королевой прошлой ночью. Я пытаюсь что-то сказать, пытаюсь предостеречь Джека, но ничего не выходит. У мужчины бледная, испещренная кожа, словно кора серебряной березы. Его глаза дикие и карие, и они красивы, но их выражение такое тяжелое, что напоминает мне сучки на дереве. Его тело длинное и худое, его конечности искривленные, его волосы — буйство оранжевого, красного и медно-коричневого.
— Кто это? — спросил он, со скрипом сутулясь, осматривая меня. Его острые зубы серые, его дыхание горьковато-сладкое, как гнилые фрукты. Неожиданно для себя я вздрогнула, и его пустые глаза блеснули. — Что это за создание, Джек, с которым ты разделяешь свои шалости?
— Кто она, тебя не касается! — огрызнулся Джек. — Просто спрайт, вот и все.
— Спрайт, говоришь? Ты считаешь меня тупым? Это не спрайт, Джек.
— Почему ты здесь? — требует ответа Джек, подойдя к мужчине. — Это не твои владения.
— Осень простирается немного дальше, чем ты можешь позволить, — ответил мужчина, напряженно улыбаясь. — Пока ты танцуешь, благодаря падающим желтым листьям, которые я делаю, я могу оставаться на границе, Джек. И ты должен это учитывать.
— Я не должен тебе ничего объяснять, — ответил Джек, сложив руки.
— Отлично, — произнес
Джек отскочил назад, оскорбленный, отталкивая меня назад. Я падаю без труда, все мои силы пропали с появлением этой новой фигуры. Джек ругается и протягивает руку, и я замечаю, что она дрожит, когда он помогает мне.
— Вставай! — произнес он. — Не падай в присутствии этих созданий…
Но когда мы огляделись по сторонам, мужчины уже не было.
— И это был Граф Октября, — сухо сказал Джек. — Озлобленный отсутствием власти и престижа, слишком озабоченный человеческим пониманием уважения.
— Но это был он, Джек! Он один из тех, кто составлял заговор против тебя с Королевой. И теперь он увидел нас вместе — теперь все будет хуже? Я должна была сказать что-нибудь, когда он был здесь… У тебя проблемы из-за меня?
Он выглядит удивленным.
— Что ж. Это интересно. Я удивлен тем, что он считает, что он выше меня, — он посмотрел туда, куда Граф ушел, и пожал плечами. — Ах, я в беде по нескольку раз в год. Ничего не могу с этим поделать. А теперь, пойдем, маленькая Сова, уже почти время тебе начинать свой человеческий день.
как бы он не убеждал меня, столкновение что-то изменило в нем. Он молчал, пока мы шли домой, держась в тенях, когда начал пробиваться свинцовый рассвет. Он отсалютовал мне на прощание у двери, когда я заходила внутрь, и когда я оглянулась, чтобы посмотреть, как он уходит, голова его была низко опущена, ноги едва отрывались от дымки у земли.
По крайней мере, что-то происходит на моем пути. Мне удалось добраться до комнаты и лечь в кровать незаметно для мамы. Кажется, есть многое, о чем беспокоиться, но каждая мелочь, словно мелкая рыбешка: я не могу сосредоточиться, чтобы внимательно рассмотреть.
Я раньше не знала, что это значит, когда ноют даже кости.
Это значит, что даже ваши кости устали.
Буквально: все кости.
Устали.
— 29-
Когда я проснулась, было уже больше одиннадцати. Мама поставила чашку чая возле кровати, и, когда я дотянулась до нее, она была еще теплой. Я села, отодвинула штору в сторону и сжалась под одеялом, выпила свой чай, посмотрела, как солнце заставляет лед блестеть на крыше напротив. Совы на окне уже нет, я почувствовала некоторую боль. Все, что делает Джек такое временное.
Я кладу свой ноутбук на стол и просматриваю информацию о спрайтах. Из всего, что произошло, эта мелочь зацепила меня. Джек так пренебрежительно сказал это: «Она всего лишь спрайт».
В основном, это слово охватывает безалкогольные напитки. Я нетерпеливо прокручиваю вниз и нахожу такое определение:
«Маленькая, духовная сущность, упоминавшаяся в фольклоре; разновидность «фей» или «фейри»».
Я полагаю это не такое уж и оскорбление. И я знаю, что он сказал это, только чтобы замести следы. Но почему Графу Октября доставило удовольствие поймать его? Что они сделают с ним за то, что нашли с получеловеком.