Последний удар сердца
Шрифт:
Хакер направил «ежика» в сторону кустов, рядом с которым сидели Голубинский и Сахно. Поковырявшись в настройках, Покровский очень быстро стабилизировал принимаемый видеоаудиосигнал, назначил автоматическую очистку принимаемого звука от помех. И если видео получилось так себе (камера на «ежике» выхватила лишь спины рыбаков), то звук был практически идеален, напоминая чем-то старые радиопостановки с их неописуемой камерной атмосферностью.
Разговор рыбаков был особый. Это было понятно с первых же фраз. Мужчины говорили о поставках кокса и, судя по всему, имели в виду отнюдь не каменноугольный кокс, применяемый для выплавки чугуна. «Это всего лишь три тихие дуры, которые нанюхались своего
Наташа, Юля и Юра переглянулись. Услышанное ими производило впечатление и подвигало к размышлениям.
— Мне кажется, что это именно те, кто нам нужен, — заметила Наташа.
— Те самые высокопоставленные чины, имеющие неформальные связи с капитаном внутренней службы СИЗО? — без особой надобности переспросила Юля.
— Почти. Судя по говору, один из них может быть и вовсе не чиновником МВД либо другой силовой структуры, — объяснилась Обухова.
— Бандитский авторитет, — процедил сквозь зубы Юра, явно недовольный поворотом дела.
Адвокат кивнула, а Юлия, приняв информацию к сведению, задумчиво промолвила:
— Понять бы только, как со всем этим может быть связан наш Илья…
— Послушайте, девушки мои дорогие, — взволнованно проговорил Покровский. — Не кажется ли вам, что мы втягиваемся в очень опасное дело. Уже того, что мы услышали и знаем, вполне достаточно, чтобы нас устранили. Дело ведь такое, что головы оторвут на три-пятнадцать и даже церемониться не будут.
…Шуршание в кустах насторожило Сохатого. Шепнув подельнику что-то на ухо, он поднялся и направился к кустам. Хотел лично проверить источник звука. Подойдя к предполагаемому месту, авторитет заметил нечто, напоминающее то ли ежа, то ли небольшую выдру. Понять, что перед ним замаскированная игрушечная машинка, из-за расстояния и обилия растительности Мотя не мог. Лучшее, что ему пришло в голову, это броситься на «живность», чтобы поймать. Он резко дернулся вперед, падая на живот и протягивая руки к «ежику». Но едва он это сделал, как «ежик» совершенно непонятным образом брызнул ему в глаза какой-то едкой дрянью, после чего скатился в реку и исчез под водой.
— Ешь твою медь! — стал ругаться Сохатый, протирая слезящиеся глаза. — Вот тебе, мать твою, вырвался на лоно природы. Получил заряд бодрости, на хрен. И главное, не поймешь, кто это был. Чудо нетронутой природы, топтать его нюх.
Подельник, ставший свидетелем всей этой сцены, задорно захохотал:
— Вот оно тебе было надо туда лезть? Я же тебе сразу сказал, что это водяная крыса или бобр.
— Харэ ржать, — понимая комичность ситуации, выкрикнул Мотя. — Сматываем удочки и идем варить уху.
19
Иногда бывает — готовишься к чему-то важному, продумываешь все до мелочей и даже более того. А когда наступает час «икс» и тебе нужно лишь осуществить задуманное, ни с того ни сего случается облом. В дело вмешивается нечто, о чем заранее и подумать не мог, а не то чтобы предусмотреть и подстраховаться. Вот и с Ильей так произошло в этот раз. Уж насколько он был осторожен и осмотрителен в своих действиях, какие объяснения и отходные маневры ни придумывал, но неприятный сюрприз все равно случился. Если бы не вот такой фактор неожиданности,
Вычурно перемешиваясь, картинки удач и неудач мельтешили перед глазами. То ли сон, то ли бред. Черт разберет. Прудников медленно приходил в себя. Сознание постепенно возвращалось к нему, а вместе с этим приходило понимание того, что с ним произошло. Он все еще находился на чердаке. Однако толком пошевелиться не мог. Руки его были откинуты назад и связаны за одним из опорных столбов. Он хотел было пошевелить головой, которая ныла после удара, но понял, что делать это опасно. Шею Ильи к столбу туго притягивало что-то наподобие тонкой стальной проволоки или гитарной струны. Сделаешь одно неверное движение, и конец — удавка перережет артерию.
Не шевелясь, киллер стал осматривать чердак, насколько это позволяло его положение. У слухового окна, держа снайперскую винтовку, стояла женщина. Винтовка была направлена на окна соседнего дома. Катя Шпаликова через оптический прицел наблюдала за тем, как ее любимый Лаша шел на второй заход «с этой сучкой» Машкой Пономаревой.
Илья сразу сообразил, что перед ним была та самая плачущая женщина, мимо которой он недавно прошмыгнул на лестничной клетке. Думать о том, как он, здоровенный вооруженный мужик, оказался в плену у такого вот противника, нисколько не хотелось. «Большие шкафы громко падают», — вспомнил биатлонист народную мудрость, подразумевая под незадачливым шкафом самого себя.
Шпаликова была в истерике. Наблюдаемая ею картина являлась для нее неприятной. Она громко всхлипывала, снова и снова приподнимая винтовку, дабы вернуть ее в исходное положение. Судя по всему, держать оружие в руках женщина не умела, хотя и пыталась совладать с ним. Руки ее дрожали. Из уст вырвались разрозненные фразы и слова, смысл которых был вполне очевиден: пристрелить гребаную шлюху, уведшую у нее любимого Лашу. «Куда бы этой стерве для начала пульнуть, чтоб немного помучилась перед смертью?» — промолвила Катя. Эта была ее первая более-менее связная фраза, которую услышал Илья.
— Что ты творишь, дура? — не выдержал он. — Ты же стрелять ни фига не умеешь. Думаешь, попадешь туда, куда хочешь? Черта с два это у тебя получится. Отстрелишь ненароком своему Лаше что-нибудь. А то и вовсе убьешь. Так что не глупи, а положи лучше винтовку, пока делов не наделала.
Не то чтобы замечания киллера смутили Катю. Она и слышать ничего не хотела об отказе от своего намерения.
— Чья бы корова мычала, — с ненавистью в голосе бросила женщина. — За Лашу он тут вдруг забеспокоился. Не для того ли ты сам сюда забрался, чтобы убить моего любимого Лашечку? Ты мне пыль в глаза не пускай. Не получится. Сейчас разберусь с этой шалавой, а потом займусь тобой. Думаешь, я тебя, долбаного киллерюгу, так просто оставлю в покое? Ошибаешься.
— Да ты ведь ничего не знаешь о моей миссии, — стал возражать Илья. — Все, что ты видела, когда застала меня здесь, ты истолковала неправильно. Я здесь не для того, чтобы убивать Лашу. Меня наняли ради других целей. Я должен был просто пугнуть Лацужбу. Показать ему, что нигде скрыться не удастся, что его могут достать в любой момент. Чем бы он в это время ни занимался. Мне-то и нужно было всего лишь прицельно расстрелять лампочки в люстре или статуэтки на комоде. Но замешкался и выбрал картину на стене…