Последний срок

Коннелли Майкл

– Долго ли вы работали с Джорджем Ирвингом? – спросил Босх.

– О, долго! Еще с тех пор, когда он служил в администрации городского прокурора. Уходя, он предложил мне работу, и я…

Она запнулась, потому что в этот момент опять зазвонил телефон Босха. Детектива вызывала Райдер.

– То, что у вас нет полицейского, – это решение лично командира центрального подразделения наружной службы. Пост снят на утреннем разводе. Решили, что вы уже все осмотрели.

Босх подсчитал, что объект почти три часа оставался без охраны. Вполне достаточно

для того, чтобы проникнуть в контору и унести документы. Его злость росла вместе с подозрениями.

– Кто этот тип? – спросил он. – Он знаком с известным нам членом муниципального совета?

Ирвин Ирвинг много лет назад ушел из управления, но у него остались связи среди сотрудников, которых он наставлял или продвигал, когда был у руля.

– Это женщина, – объяснила Райдер. – Капитан Грейс Реддекер. Насколько могу судить, просто произошла ошибка. Она не замешана в интригах такого рода.

Что означало: Реддекер участвует в политических играх только в рамках управления – надо же набирать очки, чтобы занять командный пост. А на более высокий уровень она не тянет.

– Она не из учениц Ирвинга?

– Нет, ее восхождение началось после его ухода.

Заметив, что к ним приближается человек в костюме, Босх догадался, что это судебный распорядитель.

– Мне пора, – сказал он Райдер. – Займусь этим позже. Надеюсь, все обстоит так, как ты сказала – просто ошибка.

– Думаю, ошибка, – подтвердила она.

Босх разъединился в тот момент, когда к ним подошел мужчина с рыжевато-каштановыми волосами и загаром игрока в гольф.

– Ричард Хэдлоу? – спросил Гарри.

– Да, это я.

Босх представился, и Розен открыла им дверь. Хэдлоу работал в одной из богатых фирм на Банкер-Хилл. Накануне вечером судья Флахарти назначил его судебным распорядителем на общественных началах. Раз не предполагалось оплаты, нечего было и торопиться. Хэдлоу не спешил начинать процедуру обыска, но, приехав на место, хотел, чтобы все поскорее кончилось. Тогда он вернулся бы к своим клиентам, приносящим доход. Это устраивало Босха.

Они вошли в контору и разработали план действий: Хэдлоу будет просматривать документы и, убедившись, что в них нет конфиденциальной информации, передавать Чу. А Босх, продолжив беседу с Даной Розен, постарается установить, какие бумаги важны и актуальны с точки зрения деятельности Ирвинга.

Папки с документами всегда ценны для следствия, но Босх справедливо рассудил, что в конторе Ирвинга для них нет ничего полезнее Розен. Она могла рассказать им всю подноготную работы этой фирмы.

Хэдлоу и Чу устроились в дальнем кабинете, а Босх в приемной. Выдвинул кресло из-за рабочего стола, поставил его напротив дивана и предложил Розен сесть. Затем запер входную дверь и начал официальный допрос.

– Вы миссис Розен?

– Никогда не была замужем. Можете называть меня Даной.

– Хорошо, Дана. Давайте продолжим разговор, начатый на улице. Вы сказали, что работали с мистером Ирвингом со времени его службы в администрации городского прокурора?

– Да.

Я была его секретарем. А когда он организовал фирму «Ирвинг и партнеры», перешла к нему сюда. В общей сложности мы провели вместе шестнадцать лет.

– Вы сразу последовали за ним, когда он ушел из администрации городского прокурора?

– В тот же день, – кивнула она. – Для меня обстоятельства сложились очень удачно. Я долго трудилась на город и, уйдя в отставку, получила пенсию. А затем оказалась здесь. Тридцать часов в неделю. Приятная, необременительная работа.

– Вы осведомлены о том, чем занимался Ирвинг?

– Не слишком. Он здесь не часто бывал. Я приводила в порядок документы, чтобы было все аккуратно и упорядочено. Отвечала на телефонные звонки и сообщения. Он никогда не проводил здесь совещаний. Почти никогда.

– У него было много клиентов?

– Нет. Собственно, лишь немногие избранные. Он запрашивал дорого, и люди ждали от него результатов. А он старался для них изо всех сил.

Босх достал свой блокнот, но пока не сделал ни одной записи.

– Чьими делами он в последнее время занимался?

Придя в замешательство, Розен помедлила с ответом.

– Ваши вопросы наводят меня на мысль, что Джордж ушел из жизни не по своей воле. Это так?

– Скажу одно: пока у нас нет никаких предположений. Расследование продолжается, и мы еще не сделали выводов о причине его смерти. И пока их нет, будем тщательно рассматривать все возможности. А теперь скажите, пожалуйста, кому мистер Ирвинг посвящал больше всего времени?

– Он тесно работал с двумя клиентами. Первый – фирма «Западный бетон и цемент», другой – «Буксировочная компания Толсона». Но за обоих проголосовали на муниципальном совете на прошлой неделе. Джордж в том и другом случае добился того, чего хотел, и устроил себе передышку.

Босх записал названия в блокнот.

– В чем заключалась его работа для этих компаний?

– «Запад» хотел заключить контракт на строительство гаража в Паркеровском центре. А Толсон претендовал на приоритетную роль буксировщика для служебного полицейского гаража районов Голливуд и Уилшир.

Это означало, что Толсон будет и впредь выполнять все заявки этих подразделений, – доходная сделка, как и контракт на поставку цемента для строительства паркинга. Босх слышал или читал, что новый городской гараж должен быть в шесть уровней высотой и он предназначен для того, чтобы разгрузить стоянки у городских зданий в центре.

– Они и были основными клиентами Ирвинга? – уточнил Босх.

– Совершенно верно.

– И остались довольны результатами его работы?

– Вполне. «Запад» даже не числился среди претендентов, предлагавших самую низкую цену, и у Толсона были сильные конкуренты. Прибавьте к этому папку с жалобами в два дюйма толщиной. Джорджу было нелегко, но он справился.

– А как это сочеталось с тем, что его отец – член муниципального совета? Не возникало конфликта интересов?

Розен энергично кивнула: