Последний Герой. Том 5
Шрифт:
Она отпрянула, уходя от замаха.
Бах! — выстрелила в воздух и сразу перевела ствол на нападавшего.
— Лежать, сука! — крикнула она.
Старик взвизгнул, камень вывалился из руки. Профессор Ландер рухнул на землю, бледный, трясущийся.
— Двинешься — убью! — повторила Кобра и для верности влепила ему носком туфли под рёбра.
— Ах! — выдохнул он.
— Молчать! — отрезала она, заламывая ему руки. Щёлкнули наручники.
В этот момент к зданию подкатили полицейские машины. Мигалки осветили всё вокруг синими сполохами.
—
Вооружённые сотрудники побежали к ней, готовые подстраховать.
А в стороне, в кустах, стоял ещё один человек. Он вернулся к дому с охоты. Только пришел. Видел всё: как полицейские окружили место, как Кобра скрутила профессора. Его лицо исказила злоба. Он хотел рвануть вперёд, смять всех, но остановился. Автоматы, бронежилеты — это была верная смерть.
Дирижёр впервые за многие месяцы почувствовал холодок по спине. Только от одного мог он остановиться. Не от страха — от другой мысли. Профессора схватили, и препарата больше не будет. А без него он жить не мог.
Инженер. Только у него есть препарат. Надо искать его. Нельзя терять связь.
Одинокая тёмная фигура в плаще бесшумно исчезла в зарослях.
Глава 12
Ночью нам поспать не довелось. Когда вскрыли клетку, Колю отправили в стационар. Рентген показал сломанные рёбра, осмотр — ушибы, растяжение связок. А Сергей, опер, которого он отшвырнул, отделался лёгким испугом и парой синяков.
Всю ночь в здании Ландера работала следственно-оперативная группа: досконально осматривали кабинет, подземные помещения, лабораторию. Нашли несколько ампул с прозрачной жидкостью непонятного происхождения, естественно, всё упаковали и отправили на химическую экспертизу в область.
Под утро я всё же успел заскочить домой: переоделся, быстро помылся, что-то перекусил на ходу и снова вернулся на работу. Кобра уже была там. Мы вместе спустились в изолятор временного содержания, что находился прямо в здании нашего отдела.
В комнате для допросов, на металлическом стуле, вмонтированном в бетон, сидел профессор Ландер.
— Подожди за дверью, — сказала Кобра конвойному.
Тот молча кивнул, вышел, дверь закрылась.
Мы остались втроём. Сели плечом к плечу напротив профессора.
Ландер выглядел отрешённым. Не было в нём прежнего торжества и показного равнодушия. Он уже понимал, что выкрутиться не получится. И от этого его лицо стало каким-то серым, будто все силы он оставил в той самой лаборатории, где ещё недавно воображал себя хозяином многих жизней.
Кобра стучала ногтями по железному столу — ровно, в одном ритме, будто метроном отсчитывал время.
— Советую вам сотрудничать со следствием, — произнесла она, наконец, холодно. — Положение у вас незавидное: похищение сотрудника полиции, причинение вреда его здоровью, незаконное лишение свободы…
— Я не буду говорить без своего адвоката, — пробубнил Ландер, не поднимая глаз.
— Думаешь, адвокат тебя спасёт? — я наклонился
— Я не буду говорить без своего адвоката, — повторил он упрямо, как заезженная пластинка.
— Или ты рассчитываешь, что Инженер тебя вытащит? — спросил я тихо.
Профессор вздрогнул, глаза метнулись в сторону, губы изогнулись в полуусмешку.
— Мне кажется, наоборот, — продолжал я, глядя ему прямо в лицо. — Он постарается избавиться от тебя. Пока ты в ИВС — ты жив, профессор. Но на выходных арестованных вывозят в СИЗО. Там наши полномочия заканчиваются. Конечно, мы могли бы поговорить с руководством СИЗО, выбить тебе отдельную камеру, подстраховать как-то. Но зачем? Ты же не хочешь сотрудничать, ты хочешь выкопать себе могилу… Еще до суда.
Ландер молчал. Пот выступил у него на лбу, а мы продолжали нагнетать.
— Недавно твой сотоварищ, следователь Сметанин по прозвищу Бульдог, умер от сердечного приступа, — сказала Кобра, прищурившись. — Как думаешь, Инженер к этому причастен?
— Я не знаю никакого Сметанина, я не знаю никакого Инженера, — поднял он глаза. — Что вы мне предъявляете? Я просто учёный.
— Не знаешь? — Кобра швырнула на стол папку. — По распечаткам звонков установлено, что ты связывался с Бульдогом.
— Может, это был один из моих пациентов. Я не спрашиваю, где они работают, — пробормотал Ландер. — У меня много контактов.
— Хватит врать! — Кобра ударила кулаком по столу, металл глухо отозвался. — Что за опыты ты проводил на людях? Кто тебе поставлял препарат?
— Ампулы мы изъяли, всё исследуем, — добавил я.
— Исследуйте, — прошептал Ландер. — Ничего запрещённого я не держал.
— Хм, — сказал я, откинувшись на спинку стула. — А сотрудник полиции в клетке? К его ноге был подведён ток. Это у тебя тоже научный эксперимент?
Профессор опустил голову, только шумно сопел носом.
— До выходных ещё есть время, — тихо проговорил я. — Пока тебя держат в ИВС. Но если будешь упираться — попадёшь в СИЗО как есть. И там твоё пребывание пустим на самотёк. Скажи, профессор, сердце у тебя как, здоровое?
Он побледнел, пальцы дёрнулись на коленях.
— Мне всё равно конец, — тихо выдохнул он. — Что бы я ни сказал. Он всё равно найдёт меня.
— Кто? — резко спросила Кобра. — Про кого ты сейчас сказал?
— Я… ни про кого не говорил, — пробормотал Ландер, поняв, что сболтнул лишнего.
— Где труп Столярова? — я достал из папки фотографию инкассатора, положил на стол.
— Я не знаю, о ком вы говорите, — ответил профессор. — Первый раз вижу этого человека.
— Слышь, ты! — рявкнула Кобра. — В твоей лаборатории найдены две заспиртованные головы. Девушка, убитая в лесополосе. Второй — мужчина, которого на трассе у придорожной гостиницы грохнули. Он был в розыске. Но это уже неважно. За них тебе будет пожизненное.
Ландер сник, лицо осунулось.
— Я не убивал их, — забормотал он. — Это был не спирт, а формалин…