Последний Герой. Том 5

Дамиров Рафаэль

«Вот урод. Вчера бил током, колол какие-то препараты, пытался загнать в голову свои внушения», — вспомнил Коля…

Но он не поддался. Не восприимчив к этому их гипнозу. Ещё в детстве какой-то фокусник пытался загипнотизировать гостей на утреннике. Вызвал добровольцев на сцену, положил руку на плечо, зашептал. Коля тогда изобразил, что уснул, для смеха, а сам еле сдерживал улыбку. Вот и сейчас — ничего не вышло.

«Может, зря?» — промелькнуло в голове. — «Если бы поддался, может, оставили

бы живым?»

И тут же запоздалая злость: да пошли они на хер! Твари!

Он нарочито презрительно сплюнул под ноги одному из мордоворотов. Тот был не самый здоровый из охраны, средней комплекции, но жилистые руки, угловатый подбородок и колючие глубоко посаженные глаза сразу выдавали агрессивного типа. Тот шагнул вперёд, выходя против Коли.

— Защищайтесь, молодой человек, — проговорил Ландер сухо, будто отдавал указание на экзамене. — От этого зависит сейчас ваша жизнь.

Охранник шагнул вперёд, демонстративно похрустев шеей, и направился прямо на Колю. Тот ещё раз машинально оглянулся по сторонам, даже подумал рвануть в лес, но вдруг такая злость накатила, что он сам себе удивился.

Вот вы суки…

Почему-то захотелось принять вызов. Он не знал, что это — действие препарата или просто внутренний взрыв, но в одну секунду всё тело обратилось в сплошной инстинкт, боевой рефлекс. Мышцы вспоминали сами, без подсказки, а в мозгу вспыхнули обрывки старых тренировок по боксу.

Коля потер онемевшее от верёвки запястье, разгоняя кровь. Охранник пошёл первым, резко сделал выпад и зарядил кулаком. Коля легко ушёл в сторону, плечо лишь задел поток воздуха. Ответил длинным крюком справа, вложился — мимо.

Секунда — и оба уже отступили друг от друга, будто молча признали: противник не из простых. Разведка боем.

Но Коля играть по правилам не собирался. Сделал обманный мах рукой и тут же всадил носок ботинка в живот.

— Н-на, сука! — прорычал он сквозь зубы.

Охранник согнулся, и сверху ему прилетел удар по затылку. Тот закашлялся, захрипел, рухнул на колени. Коля уже вцепился пальцами ему в лицо, приложил силу, пытаясь выдавить глаза. Сам поразился этой звериной ярости — будто в нём что-то чужое проснулось.

— Вперёд! — скомандовал Инженер.

Двое других бросились на Колю. Он отпустил избитого противника — у того один глаз сразу заплыл — и прошипел, оборачиваясь к новым:

— Двое на одного? Твари…

Он схватил с земли камень, но замахнуться не успел: удар в спину свалил с ног. Это третий, что очухался, влепил ногой так, что у Коли чуть хребет не переломился. Он упал лицом вниз, выставив руки, и приготовленный камень выскользнул. Те же не теряли времени и принялись бить его ногами.

Он свернулся клубком, закрыл голову руками. «Только не в висок, только не в висок» — твердил

про себя. Представил, что он сам — камень, скала… не пробить. Но слышал, как хрустят рёбра, как каждый удар ногой прожигает болью. И при этом — ни капли ужаса, только холодный расчёт: в висок не попали? В глаз не попали? Остальное — херня, заживёт.

— Хватит, — наконец, бросил Инженер.

Коля не сразу поверил. Трое отступили, отдышались. Инженер хмыкнул:

— Что я могу сказать… Карл Рудольфович…. ваш подопытный показал посредственные результаты.

— Я же говорил, — торопливо вставил профессор. — Я с ним почти не работал. Это бракованный материал. Я хотел его утилизировать, но он выжил после лошадиной дозы препарата. И я подумал, что всё-таки можно с ним что-то сделать.

— И всё же, профессор, сами посмотрите: трое на одного, а он еле держится. Мне же нужен человек, который справится не только с троими.

Ландер кивнул на Дирижёра:

— Тогда советую испытать следующего.

— Ну, посмотрим, — Инженер чуть прищурился, с интересом разглядывая Савченко.

Все четверо молча окружили Дирижёра, даже первый, с заплывшим глазом, ни слова не сказал. Тот стоял неподвижно, как истукан, дыхание ровное. Ни одна жилка не дрогнула.

— Почему он не нападает? — спросил Инженер.

— Не было команды, — сухо заметил профессор.

— Так командуйте!

— Давай, мой мальчик, — мягко проговорил Ландер. — Покажи, на что способен.

Дирижёр двинулся. На первого — стремительно, как волк на ягнёнка. Схватил, дёрнул — и хрустнуло. Свернул шею, словно курёнку. Тело глухо рухнуло в траву.

Трое других опомнились и кинулись разом. Но Дирижёр раскидал их, как слепых котят. Одного отбросил ударом локтя, второго подмял под себя, третьему сжал горло, так что тот захрипел, глаза полезли из орбит.

— Хватит! Стоп! — выкрикнул Инженер.

— Прекрати! — подтвердил профессор.

Дирижёр отпустил бойца, шагнул в сторону. Те, что ещё могли дышать, с трудом поднялись, кашляя и морщась от боли. Один даже дернулся к кобуре, но Инженер взглядом осадил: отставить оружие. Четвертый так и остался лежать на земле со свернутой шеей.

— Отлично! — захлопал в ладоши Инженер, этак с пафосом, почти театрально. — В рукопашную справляется блестяще. А как насчёт огнестрела?

— Господин, Инженер, — профессор чуть склонил голову, — если мы будем испытывать его с оружием, выживут не все. Это мой лучший проект. Пока не стоит.

— Он наш лучший проект, — поправил инженер холодно. — И, кстати, я тут подумал… вы будете работать в другом месте. Мои люди готовят новую лабораторию. Здесь, под Новознаменском. Не в самом городе, в более спокойном и уединенном месте.