Последний Герой. Том 5
Шрифт:
— Нет, нет… зачем это? Меня всё устраивает. Здесь, в Новознаменске, — упрямо возразил Ландер. — Я не буду никуда переезжать.
— Это не обсуждается, — резко оборвал его Инженер.
— Я попрошу вас, господин Инженер, не повышать на меня голос, — вдруг взвился Ландер, даже сам удивился, откуда нашёл в себе эту дерзость. — Мы с вами партнёры. Я не ваш слуга!
Человек в дорогом костюме чуть склонил голову набок, в голосе его и теперь не проскользнуло эмоции:
— Запомните, Карл Рудольфович… Все, кто работают на меня, подчиняются.
Он кивнул на троицу бойцов, стоявших неподалёку, всё ещё тяжело дышавших после стычки с Дирижёром.
— Мои люди останутся с вами. Будут контролировать и охранять вас. А затем организуют ваш переезд в новую лабораторию. Там всё подготовлено. Мы обеспечим вам поставку материала. Раз вы не справляетесь с поиском сами.
— Но ведь вы сами заверяли, что я смогу работать автономно, — хмыкнул Ландер. — А ваши люди… они так и не справились с одним-единственным. С лейтенантом полиции. Яровым.
— Это вопрос времени, — спокойно произнёс Инженер, глядя в сторону. Было заметно, что эта тема ему крайне неприятна.
— Нет! — резко выкрикнул Ландер. — Не нужно его убивать. Я вам уже говорил — это уникальнейший экземпляр. Он нужен для опытов.
Инженер повернул к нему голову. Лицо оставалось каменным, только в глазах мелькнула искра раздражения.
— Это не вам решать, профессор!
— В нём, — сбивчиво возразил доктор, — словно живут две личности. Мегаличности, если угодно. Я не знаю, как это возможно, но с первой же встречи я понял — он двойственный человек. Нет подходящего термина… но я чувствую это. Он непрост. Я уверен, что он нам подойдёт. Я прошу вас — не убивайте его. Другого такого не найти, я уверен.
— Этот мент, Яровой, слишком глубоко копает, — холодно отрезал Инженер. — Он опасен для нашего проекта.
— Я обещаю вам, — торопливо заговорил профессор, — как только он окажется в моей лаборатории, я его… переформатирую, сделаю всё как надо. Он не будет тогда представлять никакой опасности, это я вам гарантирую.
— Нет, — перебил Инженер. — Вы меня не слышите? Мои приказы не обсуждаются. Ясно?
Ландер вздрогнул, глаза налились кровью.
— Кто вы такой, чтобы мне приказывать?! — снова взвился он. — Убей их, мой мальчик! Убей!
Он сорвал с лица очки, брызгал слюной, глаза сверкали безумным блеском.
Охранники среагировали мгновенно. Сухие щелчки предохранителей эхом разнеслись по поляне, когда они выхватывали пистолеты. Но в тот же самый миг раздались другие звуки — хруст костей и суставов.
Дирижёр двинулся, как буря. Одного он снёс ударом в грудь — тот даже не вскрикнул, просто рухнул, и сердце уже не билось. Второго схватил за шкирку и метнул, как тряпичную куклу, — тело глухо ударилось о ствол сосны, голова свернулась неестественно в сторону, и боец сполз по коре, оставляя красный след.
Третий почти успел навести оружие на цель, но вот нажать на спуск не успел. Дирижёр чуть согнулся, и пистолет почти ткнулся
Казалось, что в прошлой схватке он только играл, проверял, пробовал. Сейчас же проявилась его сущность — не человека, а машины для убийства.
Маленький человечек в дорогом костюме застыл, осознав, что остался один. Но уже через секунду сорвался с места, метнулся к внедорожнику.
— Не дай ему уйти! Убей его! — сорвался на визг Ландер.
Дирижёр метнулся следом. Человечек заскочил внутрь. Двигатель внедорожника рыкнул, машина дёрнулась, колёса взрыхлили грязь. Но рука монстра пробила боковое стекло, вцепилась в лацкан пиджака. Одним рывком он выдрал Инженера из салона, прямо на ходу, через окно. Автомобиль проехал ещё пару метров и мягко ткнулся носом в сосну.
Человеческое тело глухо ударилось о землю. Хруст костей, сиплый вдох. Дирижёр навалился сверху, прижал горло ботинком к сырой земле. Секунды — и позвонки не выдержали, лопнули с мерзким треском.
Лицо человека в дорогом костюме застыло в неестественной гримасе, глаза вылезли, уставились в серое небо. Улыбка Дирижёра дрогнула, но это была улыбка не человека — зверя, наслаждающегося убийством.
Шульгин отполз в сторону, оставляя на мокрой траве тёмные следы. Каждый вдох отдавался огнём в груди — похоже, ребро точно треснуло, может, и не одно. В боку саднило так, будто туда вогнали раскалённый прут. Нога не слушалась вовсе, вторая дрожала, как ватная. Голова кружилась, в ушах звенело — сотрясение.
«Чёрт, не встану. Даже если встану — не убегу».
Мысль вбивалась молотком — надо сбежать любой ценой. Даже на сломанных ногах бежать. Инженер мёртв, и это даже до конца не укладывалось в голове. Теперь всё зависело от Ландера. Его надо будет найти, этого чокнутого доктора. Он и Яровой — они смогут раскопать всё, дойти до конца. Но сначала надо убежать, уйти, скрыться!
Теперь-то Шульгин видел лицо того, кто за всем стоит. Осталось лишь вычислить, где Ландер прячется, где его логово. Дело техники… только выжить.
Злость душила. Злость на себя. На то, что позволил превратить себя в подопытного. На то, что не вырвался раньше. Он сжал зубы, прикусил губу до крови — и только так удержался от стона.
А рядом, посреди поляны, профессор будто и не замечал полумёртвого Колю. Он стоял среди тел, осматривал их неторопливо, щупал пульс у ещё тёплых, отбрасывал руки мертвецов, как тряпки. На лице — торжество, довольная усмешка.
И вдруг, словно в издёвку, засвистел себе под нос. Лёгкая, весёлая, совсем неуместная мелодия. «Весёлый крестьянин» Роберта Шумана, простая, почти детская пьеса. Немецкая музыка, которую здесь, на этой поляне, среди трупов и крови, он выводил губами, словно в лабораторной тишине.