Последний Герой. Том 2
Шрифт:
Он нажал сброс, схватил пиджак с кресла и кинулся из квартиры. Через несколько минут уже сидел в машине, крича водителю:
— Газуй в офис, живо!
На заднем сиденье снова включил телефон, нервно набрал номер Гриши, начальника смены:
— Я скоро буду… С вами в лес поеду… к этому чёртову сигналу. Поднял наших?
— Да, Герман Сильвестрович.
— Слышишь, Гриша? Лично с тобой поеду, сам проверю. И если это фуфло, башку оторву. Понял меня?
— Так точно, Герман Сильвестрович, понял, — чуть
Валет отбросил трубку на сиденье и выматерился в голос:
— Суки бестолковые, дождались, пока всё накроется! Понабирал идиотов, мать их…
Машина рванула с места, и Валет, откинувшись на спинку, прикрыл глаза, чувствуя, как его затягивает нехорошее предчувствие. Покой кончился.
Кортеж из нескольких машин нёсся по пустой трассе, словно чёрная змея. Впереди — бронированный «крузак», за ним «мерс» и микроавтобус с охраной. Леса с обеих сторон давили на трассу чёрной стеной, поглощая свет фар.
Валет сидел на заднем сиденье джипа, дышал тяжело, смотрел в окно и матерился сквозь зубы. Рядом расположился Гриша, начальник смены охраны. Молодой качок с проницательным лицом и внимательными, умными глазами. На коленях у него планшет — на экране медленно мигает красная точка: сигнал от трекера Савченко.
— Куда несёшься, долб*ёб?! — резко рявкнул Вальков водителю. — Вон же поворот, через мост надо было уходить, мать твою!
Водитель, крепкий мужик, вздрогнул от окрика. Машину дёрнуло, Гриша нервно вцепился в ручку над дверью, планшет чуть не улетел на пол.
— Герман Сильвестрович, извините, — испуганно забормотал водила, — не разобрал, думал, дальше ехать надо…
— Думал он! Тепличное поколение, мать вашу! — Валет ударил кулаком по спинке переднего сиденья. — Выросли на гаджетах, а без планшета уже и дорогу не найдёте. Зумеры хреновы!
Он перевёл злой взгляд на Гришу:
— Ты-то хоть понимаешь, куда едем, или так и будешь в экран пялиться?
— Да вот же, Герман Сильвестрович, сигнал вот здесь, в лесу, — Гриша ткнул пальцем в карту. — Ближе подъехать не получится, дорог нет. Пешком идти придётся.
— Пешком он пойдёт! Лишь бы жопу не оторвать от сиденья! — Валет махнул рукой, сдерживаясь, чтобы не разнести всё вокруг. — Я каждый метр этого леса наизусть знаю. Рыбачил тут, грибы собирал. В войнушку в этих местах пацанами бегали. Каждый овраг помню, каждую тропу! А вы — как слепошарые котята!
Он снова тяжело выдохнул, глядя на мелькающие за окном деревья, и горько усмехнулся:
— Доигрались… Поколение, сука, «некст», одни телефоны да чаты. Скоро сдохнете без навигатора, сукины дети. Как только по дворам-то в городе не блуждаете? А?
Главарь явно нервничал и выплескивал злость на подчиненных.
Поэтому Гриша только молчал и напряжённо изучал экран
Джип свернул на грунтовку. По сторонам захлестали ветки, гравий застучал по днищу.
— Вот сюда, мать твою, давай уже! — снова заорал Валет. — Чего плетёшься? Газани!
Машина поддала газу, вдавив всех в спинки сидений. Фары выхватили из темноты узкую лесную дорогу, которая петляла, бросая машину из стороны в сторону.
— Вон там, правее бери! — Валет ткнул пальцем в боковое стекло. — Там поляна, дальше не проедем, придётся топать пешком.
Через минуту кортеж резко затормозил на небольшой поляне. Валет тяжело выпрыгнул из джипа, огляделся вокруг, потёр переносицу.
— Оружие проверить, фонари включить! Быстро и тихо, — скомандовал он. — И шаг в шаг за мной. Заблудитесь тут ещё, черти!
Гриша молча махнул остальным охранникам, те быстро распределились, проверили автоматы, коротко и отточено, как учили. Валет глянул на них искоса и с раздражением проворчал себе под нос:
— Сопляки тепличные. Раньше таких щелчком в лоб валил. Теперь вот с ними приходится дела решать… Эх, Артурчик, с кем ты меня оставил?..
Он первым шагнул в темноту, кивком указал на планшет Грише:
— Ну, где сигнал? Веди уже, специалист хренов.
Гриша молча двинулся вперёд, всматриваясь в планшет. Валет, хмурясь, пошёл рядом, взгляд жёсткий и напряжённый. Оба понимали — впереди их ждёт нечто нехорошее, отчего холодело в груди. Просто так Савченко не мог сгинуть. Если это случилось, значит, противник очень серьезный.
Ночь обступила людей в черной униформе плотно, лес тревожно покачивал макушками деревьев, будто предупреждая об опасности.
Рассыпались по лесу веером. Лучи фонарей заметались среди зарослей, цепляясь за ветки, стволы и валежник. Тьма вокруг глухая — хоть ножом режь. Все затаилось и притихло, будто чувствуя надвигающуюся опасность. Даже птицы умолкли, только под ногами хрустели сухие ветки и сучья.
Валет шёл в центре, с автоматом на ремне, в руках он держал его так крепко и привычно, словно и не было этих тридцати лет, а он до сих пор молодой и злой. Тот самый туз и решала из девяностых. Он хмыкнул про себя даже с некоторым удовлетворением. Как же ему не хватало все эти годы такого ощущения.
Глубоко вдохнул холодный ночной воздух, будто пробуждая внутри давно спавшего хищника из девяностых.
— Ищите, мать вашу! — рычал он. — Каждый куст, каждую кочку проверьте! Из-под земли мне Савченко достаньте!
Охранники в темноте заметались активнее, торопливо осматривая овраги и густые заросли. Гриша, шедший справа от Валета, вдруг замер, вглядываясь в планшет. Поднял голову, растерянно произнёс:
— Герман Сильвестрович, сигнал… пропал совсем. Нет его на карте больше.