Последний день в... Париже
Шрифт:
Я смотрела на нее с благодарностью, но и с недоумением.
– Ты действительно не осознаешь, что происходит? – она склонила голову набок, с легкой укоризной. – Не уверена, что должна говорить это тебе, но мой внук тебя не отпустит.
– Но я должна уехать, – призналась я, зачем-то качая головой.
– Даже если Александр попросит остаться? А он точно попросит, можешь мне поверить.
– У нас с ним была договоренность.
– У него татуировка с твоим прозвищем, девочка.
– А у меня – с его именем.
Мы обменялись взглядами,
– За последний год я потеряла двух близких мне людей, они ушли, борясь до последнего с неизлечимой болезнью, – объяснила я, сдерживая слезы, которые рвали горло. – Возможно, у меня такой же диагноз.
– Возможно?
– Я решила не открывать результаты до конца поездки. Но у меня нехорошее предчувствие.
– Но ты не знаешь наверняка?
– Вы верите в судьбу?
– Я верю в то, что жизнь часто приносит неожиданные сюрпризы. И чего ты точно не узнаешь – это когда она завершится.
– Я узнаю это, открыв конверт.
– И Александр, конечно, знает об этом конверте… – произнесла она скорее как утверждение, будто мысленно построив пазл. – Теперь я яснее вижу наш ночной разговор. – Она горько усмехнулась своим мыслям, добавив: – Думала, что ничего не поняла, будучи пьяной в стельку!
Я заметила, как она начала потирать место на безымянном пальце, где отпечатался след от кольца, которое обычно носишь годами.
– Вы долго были замужем? – решила сменить тему, потому что продолжать эту не было никаких сил.
– О, да сорок лет и три года, – просияла женщина. – Жорж обожал балет и буквально поклонялся мне. Ездил за моей труппой по миру, как одержимый!
Я с любопытством слушала историю ее любви и горькой потери. Настолько увлеклась длинным рассказом, что не уследила за временем на часах.
***
– Ну, наконец-то! – проворчала Крис, когда я нашла их на блошином рынке. – Я реально думала, что ты уже не появишься!
– Ты думала по-другому, – поправила ее Соня, – но я не стану озвучивать все, что ты говорила.
– О, пожалуйста, будь добра! – попросила я, шутливо сложив руки в молитве.
– Ладно, пойдем, мы пока еще купили магнитики и какую-то чушь для Темы…
– Это кошелек из натуральной кожи! – возмутилась Соня.
– Пока он не набит деньгами – это кожаная чушь, не спорь, – отбрила Крис и взглянула на меня в поиске поддержки.
Я осознала, как соскучилась по подругам, и, взяв их под руки, повела по рынку.
Мы бродили по бесконечным рядам старинных вещей, антиквариата и всевозможных сувениров. Я искала что-то особенное для себя и, конечно, подарок для мамы. Мне хотелось сделать что-то хорошее, чтобы помириться.
– А где твой наследный принц? – начала свои расспросы Крис.
– Срочные дела в офисе, – ответила я, не отрывая глаз от прилавков.
– А я думала, ты опоздала из-за того, что не могла выбраться из постели, перелезая через мужика.
– Баян! –подметила Соня, пожурив блондинку.
– Нет, он ушел, когда я еще спала, – пояснила я, – потеряла
– Он живет с бабушкой? – уточнила Крис, поморщившись. – Точно извращенец.
– Нет, он с ней не живет, но у них очень теплые отношения. Она русская и была когда-то известной балериной. Его дедушка реально был каким-то графом, у них куча поместий по всей Франции, все перешло во владение бабули. Потрясающая женщина! Я в нее влюбилась.
– А я думала, что ты влюбилась в Алекса.
– И это тоже… – со вздохом согласилась я. Ну, а что тут скрывать, все слишком очевидно.
– Не могу поверить, что ты в этом призналась! – Соня часто заморгала.
– После вчерашнего, я в этом только лишний раз убедилась, – обреченно вздохнула я.
Я случайно наткнулась на милую винтажную шкатулку, украшенную яркими узорами. Взяла ее в руки, внимательно разглядывая.
– Красивая! – озвучила мои мысли Соня.
Я почему-то сразу подумала о маме. Это был бы идеальный подарок. Внутри достаточно места для ее любимых украшений, так что купила ее, не раздумывая долго.
– Ну, так что на счет принца? У него гигантское наследство?
Угадайте, кто спросил?
– Не то слово, – тихо ответила я, закусывая губу.
– О, я так и знала! – блондинка повеселела. – Когда ты вылезла из-под того стола, у тебя было такое лицо, как будто у тебя вывих челюсти…
– У меня было такое лицо, потому что я смутилась официанта! – я не знала то ли ругаться на нее, то ли хохотать. Ну, как можно быть такой прямолинейной? – Дурочка!
– А знаешь, что я поняла? – с улыбкой Крис коснулась бус из голубых камней. – Не страшно, когда небольшой. Нужно просто два.
– Это что-то на кунсткамерном…
– И кто из нас дурочка? – Ланг шлепнула меня по попе, попав по татуировке и я вскрикнула. Она начала извиняться и шутливо дуть мне ниже поясницы, что на нас начали оборачиваться прохожие.
– Ведите себя по-человечески, вы как две придурошные! – шикнула Соня, выныривая из соседнего отдела с расписными, старинными чашками.
– Это все она! – сказали мы с Кристиной одновременно.
Пока мои подруги выбирали себе одежду и аксессуары, я продолжала искать что-то интересное. Я купила несколько магнитиков с изображением Парижа и керамическую кружку с милым рисунком. Каждый сувенир напоминал мне о нашем путешествии, полном смеха и радости. Стало чертовски грустно, что оно заканчивается.
– Какие планы на вечер? – спросила Соня.
– Алекс сказал, что мы пойдем в его любимый ресторан.
– О, теперь я понимаю, зачем он привел тебя в клуб, бабушка же дома, – Кристина задумчиво разглядывала подушку, расшитую золотыми узорами. – Возьму Изме!
– Ты берешь подушку за сто пятьдесят евро из царской коллекции для… чихуахуа?
Соня с изумлением смотрела, как та отсчитывала деньги продавцу. Крис счастливо положила подушку в пакет.
– Ты, блин, чокнутая!
– А что? Я люблю свою собачку.