Последний день в... Париже
Шрифт:
Селезнева: Не волнуйтесь, мы с Алексом ушли гулять по городу и, возможно, к нему домой. Не судите меня!
Девочки отреагировали сразу:
Ланг: О-ля-ля…
Будущая Самойлова: Ты уверена? Вы знакомы час, максимум два.
Ланг: Что
Будущая Самойлова: Тед Банди тоже был ничего…
Ланг: Сонь, умолкни! Врубаю приложение. Повеселись, Эйнштейн!
– Вот, сучки! – улыбнулась я, понимая, что подруги уже благословили меня на ночь с этим парнем, а я все еще цеплялась за аргументы против. Хотя, еще парочка таких же горячих поцелуев, и я сама его потащу в ближайшую гостиницу.
– Что, я – хороший мальчик? – рассмеялся Алекс, подглядывая в мой телефон.
Я повернулась к нему лицом, чтобы он не видел переписку.
– Покорми меня, хороший мальчик, – похлопав его по груди, я продолжила, – в остальном тебе еще предстоит убедить меня нарушить правило «не спать с первым встречным незнакомцем». Пусть даже с убойной травкой в заначке.
– Привет, я – Алекс, – засмеялся он, поднимая мое лицо за подбородок, – теперь я не незнакомец. И, надеюсь, не просто «тип с убойной травкой».
– Пока не убедил, но ты не старался и…
Он прервал меня поцелуем. Я пискнула в его губы от неожиданности, обеими руками вцепившись в его рубашку. Его поцелуй был словно обещание горячей и откровенной ночи. Я легко подстроилась под его темп, будто мы уже на опыте и только и делали, что целовались. Возможно, в прошлой жизни. Иначе не могла понять, как так получается, что с кем-то поцелуй выходит неловкий, даже в сотый раз, а с кем-то с первого раза вот такой. Пожар, самый настоящий пожарище.
Наши языки встретились, вызывая отклик во всем теле, от возбуждения низ живота свело томительной сладкой болью. Я сжала ноги, чувствуя, как сильно намокла. Мои соски напряглись, стали чувствительными и терлись о тонкую ткань майки. Алекс заключил меня в объятия, прижав к своему телу. Я почувствовала, как его эрекция уперлась в мой живот и тихо простонала, не разрывая поцелуй. Как же было хорошо!
Мой глупый бестактный желудок напомнил о себе, выдав долгое, продолжительное урчание, которое по-любому услышал весь квартал. Наш смех прервал поцелуй, который уже набирал нешуточные обороты.
– Прости, – я положила ладонь на живот, как будто это бы помогло его заглушить. – Но пока во рту
Улыбка Алекса стала еще шире.
– С этим я, пожалуй, справлюсь.
– Ужас! – я мягко ударила его по груди, смеясь от собственного легкомыслия, – ты, реально, извращенец!
– А я никогда не отрицал этого.
Он взял меня за руку, ведя за собой.
– Пойдем, наполним твой рот, – сказал он, хитро глядя на меня, – чем-то здоровенным.
– Почему все мужчины уверены, что размер компенсирует качество? – усмехнулась я.
– Не все, – пожал плечами он, – я, например, так не считаю. Хоть и не обделен размером. Языком тоже неплохо владею.
– Во время оргазма случайно свое имя не выкрикиваешь?
Алекс рассмеялся, а я поймала себя на том, что открыто любовалась его лицом: его глаза искрились, а губы слегка приподнимались, создавая очаровательные ямочки на щеках.
– Ты сама сказала, что я должен тебя убедить, так что это больше маркетинг, чем самовосхваление.
– Поняла, мастер на все руки, – продолжала я, – а есть что-то, что ты делаешь плохо?
– Много всего.
– Например?
– Например, у меня плохо получается скрывать влечение к тебе.
–Да, я заметила, – усмехнулась я, как бы случайно взглянув на его пах, вызвав очередной смешок.
–А еще у меня не получается горевать из-за разрыва помолвки.
Ох, я и сама забыла о том, что этот мужчина, на которого я так бесстыдно пялюсь, еще утром был помолвлен. Наверняка, это хреново, когда тебя предают.
– Ты был близок с братом?
–Не особо, – Алекс слегка пожал плечами. – Мы с ним… разные.
–Да уж, ты, наверняка, не пытался бы соблазнить его будущую супругу.
– Он уже женат.
–Бедная его жена! Он по-любому увлечен Норой, ни одна интрижка без настоящих чувств не продлится десять лет.
Мы дошли до уличного кафе,где Алекс приобрел для меня местное блюдо под названием «пате шопо». Мне дали порцию, и я нетерпеливо взяла горячий пирожок. Хрустящая корочка приятно трещала под пальцами.Я сделала первый укус – это взрыв вкусов: нежное мясо, пропитанное пряностями, таяло во рту, а корочка добавляла приятную текстуру.