Последний барьер

Фрэнсис Дик

– В драке.

– Надо наложить швы. Это могу сделать я, если хотите.

– Спасибо.

– Только сначала отправим мисс Таррен в больницу. Доктор Притчард сказала, что вызовет скорую. Так что они вот-вот будут.

– Доктор Притчард?

– Преподавательница, которая позвонила мне. Я работаю в двух шагах отсюда. Она позвонила и сказала, что какой-то окровавленный молодой человек с пеной у рта твердит, будто мисс Таррен отравилась и лучше мне посмотреть, в чем дело. – Он едва

заметно улыбнулся. – Вы не рассказали мне, как это произошло.

– Ох... это такая длинная история, – устало отозвался я.

– Вам придется обо всем рассказать полиции, – напомнил он.

Я кивнул. Да, мне есть о чем рассказать полиции. Столько, что я совсем не горю желанием встретиться с ними.

Вдруг тишина в коридоре взорвалась: гомон девичьих голосов, топот молодых ножек, хлопанье дверей – студентки вернулись со своего собрания.

Возле двери Элинор раздались более тяжелые шаги, и кто-то постучал в дверь. В комнату вошли двое санитаров «скорой помощи», со знанием дела быстро положили Элинор на носилки, подоткнули со всех сторон одеялом и вынесли из комнаты. По коридору прокатилась волна девичьих голосов: вздохи, ахи, вопросы, сомнения.

Доктор закрыл дверь за санитарами и, не откладывая дела в долгий ящик, вытащил из чемоданчика иголку с ниткой и принялся штопать мне лоб. Я сидел на кровати Элинор, а он суетился вокруг меня с йодом и нитками.

– Из-за чего вы подрались? – спросил он, завязывая узлы.

– На меня напали.

– Вот как? – Он переменил позу, чтобы делать стежки под другим углом, и оперся рукой о мое плечо. Я инстинктивно подался назад – на плече был синяк, – и он вопросительно посмотрел на меня.

– Я смотрю, вас здорово отделали?

– Тем не менее, – медленно ответил я, – последнее слово осталось за мной.

Он закончил со швами и напоследок щелкнул ножницами.

– Ну вот и все. Останется малюсенький шрам – и только.

– Спасибо. – Что-то голос у меня слабый.

Он ощупал шишку у меня за ухом и сказал, что до свадьбы заживет. Потом спросил, какие еще трофеи я вынес из драки, но тут в коридоре снова раздались тяжелые шаги, и дверь с треском распахнулась.

На пороге стояли двое широкоплечих полицейских с суровыми лицами.

Доктора они знали. Видимо, он часто помогал полиции в Дареме. Они вежливо поздоровались, и доктор начал говорить, что мисс Таррен уже увезли в больницу, но они перебили его.

– Мы пришли за ним, сэр, – объявил тот, что повыше, указывая на меня. – Это конюх Дэниэл Рок.

– Да, он сообщил о болезни мисс Таррен...

– Мисс Таррен здесь ни при чем, сэр. Он нужен нам по другому делу.

– Человек еле держится на ногах, – сказал доктор. – Может, не стоит так усердствовать?

Поговорите с ним позже.

– К сожалению, сэр, это невозможно.

Осторожной, собранной походкой они приблизились ко мне. Казалось, они боятся – сейчас я прыгну и стукну их друг о дружку головами.

Как по команде они склонились надо мной, и крепкие руки вцепились в мои запястья. Рыжеволосый полицейский вытащил из кармана наручники и с помощью коллеги быстро защелкнул их у меня на кистях.

– Лучше не рыпайся, приятель, – посоветовал он. Я дернулся от страшной боли, а он, видимо, принял это за попытку сбежать.

– Пустите руку... никуда я не убегу.

Они отошли на шаг, но все смотрели на меня – сверху вниз. У них словно гора упала с плеч – наверное, и вправду боялись, что я на них брошусь. Я два раза глубоко вздохнул, хоть как-то унять боль в руке.

– Будет вести себя как шелковый, – заметил темноволосый. – Видишь, еле держится.

– Он попал в драку, – сообщил им доктор.

– Он так сказал, сэр? – Темноволосый засмеялся. Я взглянул на наручники, обхватившие мои кисти.

Не очень-то в них удобно... и унизительно.

– Что он сделал? – спросил доктор. Ответил рыжеволосый.

– Он... поможет нам провести расследование по делу о нападении на тренера, его бывшего босса, сейчас он лежит без сознания... и еще на одного человека, которому проломили череп.

– То есть убили?

– Так нам передали, сэр. Мы сами в конюшне не были, но говорят, там устроили настоящую бойню. Нас за ним послали из Клеверинга, туда его и отвезем – конюшня на территории нашего участка.

Быстро вы на него вышли, – удивился доктор.

– Да, – самодовольно согласился рыжеволосый.

– Кое-кто из наших поработал на славу. Полчаса назад в даремскую полицию отсюда позвонила какая-то женщина и описала его, а когда из Клеверинга по всем участкам передали сообщение об убийстве в конюшне, кто-то сравнил эти два описания. Нас сразу послали сюда – и оп-ля... у дверей стоит его мотоцикл, номер и марка – все сходится.

Я поднял голову. Доктор взглянул на меня. Он был расстроен и разочарован. Пожав плечами, он сказал усталым голосом:

– Вот и угадай, кто порядочный человек, а кто бандит. Мне показалось, что он... ну, не то, что обычный уголовник. А тут, оказывается... – Он отвернулся и поднял свой чемоданчик.

Этого я уже не мог вынести. Слишком долго я позволял людям презирать себя, даже не пытаясь защититься. И вот опять... Это была капля, переполнившая чашу.

– Я дрался, потому что на меня напали! выкрикнул я.

Доктор полуобернулся. Почему-то для меня было важно, чтобы он мне поверил. Не знаю почему.