Последние всплески
Шрифт:
Найдёте там лишь стёртый карандаш…
Рюкзак мой – жизни пережитой память,
Не самый лёгкий, вам скажу, багаж.
Я с любовью наполнила ванну душистою мятой,
Чтобы милый мой вспомнил заливные луга, где шатались,
Лес высокий и светлый, с зелёною гривой патлатой…
Всё, что так мы любили, и с чем так давно распрощались.
Зеленушки по склону лишь припухлость песков обозначит,
Вдоль
Польский гриб, моховик, а поодаль и зонтик маячит,
Шоколадных молочников, словно грядок обильных, поляны…
Сквозь косые лучи, янтари колоннадные сосен,
Воздух солнцем пронизан с душным запахом ежевики…
Так смешно, что случайная, краткая, рыжая осень,
Расписала нам жизнь, поменяв все событья и лики.
И камню ведомо дней течение.
Но их не в этом предназначение.
Камни – не люди, они без сердца,
Зато на камень легко опереться.
Люди, с опытом, жёсткостью полнятся.
А камни, от времени, мягче становятся,
В русла кристаллами просыпаются…
С ними надежда, подчас просыпается.
Маленький лучик в теле изломанном,
В мире проданном и проштампованном.
Я всю жизнь прожила в одиночестве,
За забором немой глухоты.
О науке мечтала, о творчестве…
Но остались мне только мечты.
Всем, что было делилась искренне,
Ничего не прося взамен,
Ни была ни чванливой, ни выспренней,
Не любила парадов и сцен.
Ни карьер не просила, ни милости,
Лишь лошадкой была тягловой,
Простодушной, смешной в наивности…
Ну, короче, самой собой.
В чём была не права, что не сделала,
Как должна была жизнь прожить –
Не судите – жила как умела я,
И прошу меня извинить.
Круг замкнулся! Всё циклично!
В общем даже безразлично,
Что смешно и так безлично,
Повторяясь, как часы,
Вязнут чувства, отношения,
И конфликты, и решения…
Покачнутся на мгновение,
И застынут вновь весы.
Время всё тишком стирает,
Словно брёвнышко ровняет,
Или камень обрубает,
Подгоняя под формат.
И не всё уж в нашей власти,
И не так играют страсти,
И не в том уж видим счастье,
В чём полсотни лет назад.
Мы оставляем за порогом дней
Родных и близких, всех своих
И улетаем, трудно отпустив,
К изгнанию себя приговорив.
Незримо, боли, сердца рвут струну.
Живём, словно две жизни, в жизнь одну,
И сами на вопрос ответ не зная:
Насколько правы были, улетая?!
Вся наша жизнь – путь от себя к себе.
В ней что-то рушится, и что-то создаётся.
Мы ищем оправдания в судьбе,
Но только сердце болью оборвётся.
Бывает, и наедине с собой,
Как дети, выступаем эпатажно.
Но это не умерит нашу боль,
И, в общем-то, теперь уже не важно.
И были мы виновны? Или нет?
–
Нас даже совесть рассудить не в силах.
Так беззащитно жив цветов букет,
На поистёртых временем могилах.
Не связан я бездумностью привычки,
Ответственности глупой суетой,
Огнём страстей, вкусившей серы, спички,
Нелепой и несбыточной мечтой -
Ни словом, ни поступком, ни делами…
Невидимый при солнечных лучах,
Как тень, в толпе скольжу я промеж вами,
Меня как будто нет, я словно прах,
На кладбище разрушенном веками.
Я так хочу хоть что-то ощутить!
Мы ж изначально не были врагами,
Я помню хорошо, что значит – жить…
Увы, мне никогда не повториться,
И сил нет ни уйти, ни возвратиться.
\Я ж был такой, совсем такой, как вы…\
Но возвращаться некуда… увы…
Я не знаю, что ждёт.
И не знаю, что будет.
Случай жизнь оборвёт?
Время сердце остудит?
Чему быть, тому быть,
Никуда нам не деться.
Но так сладко любить!
И так страшно вглядеться!
Лучше знать? Иль не знать?
Делать вид, что не знаешь?
Хоть найти, хоть терять,
Всё равно потеряешь.
Наши дети поседели.
Внуки выросли давно.
Смотрят сонные метели
В побелевшее окно.
Облупилась, вся в оспинках,
Краски яркая эмаль.
Стулья вытерты на спинках.
И почти разлезлась шаль.
Старый кот не слазит с печки.
Куры лазят под столом.
Все лекарства из аптечки
Выпиты. Скосился дом.
Вот бы новость, хоть какую,
Но прогнили провода…
Что без толку ныть впустую.
Хорошо, что есть вода
История западной философии
Пути философии
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
рейтинг книги
