Последние всплески
Шрифт:
И на прочность испытает.
Но, огня пройдя горнило, глина лишь прочней.
Пусть не полнится, как раньше пеною страстей,
И уже не так пластична,
Холодна, хрупка, статична,
Но зато видна в ней форма таинством идей.
Зеркала создают отражения,
Многократные повторения.
Но порой возникают сомнения,
Может это – тоже видения.
Глубь
Суть изнанки открыть пытается.
Разум – знает, Душе – не отважится
Согласиться, что мир нам – кажется.
Нет в нём красок – одни преломления,
Да невидимые движения…
Суть вещества сквозит, струёй!
И, в этой пляске огневой,
Мы – мотыльки шального мира,
С его напыщенной игрой,
Возможно, артефакт простой,
Лишь порождения эфира.
Мы ничего ни в чём не значим,
Смеёмся, злимся или плачем –
Важны лишь для себя самих.
Ни смысла в нас, ни назначенья,
Слепые глупые вращенья -
Энергетический тупик.
Кружится в небе самолёт -
Небесный спутник приключений.
Сверкая в тысячах мгновений,
Год совершает оборот.
Где облака, а где снега,
Не разобрать в иллюминатор.
Лишь сердца ритм, как навигатор,
Да мыслей странная пурга:
От пункта Б до пункта А…
Зов предков? Дурость? Фарс ли скерцо?
Дорога эта пролегла
Не через небо, через сердце,
Косой извилиной в судьбе…
Так просто мерить в километрах,
Часах полёта, сантиментах,
Путь с пункта А до пункта Б…
По старым дорогам
Идёт новый год,
Устанет немного,
Чуть-чуть отдохнёт,
И снова возьмётся
Дела ворошить.
И с этим придётся
Нам всем теперь жить,
Кому-то на радость,
Кому на беду…
Кому что досталось
В текущем году…
Бежать от чувств нелепо и смешно,
Как и позволить им собою править.
Их надо, словно славное вино,
Чуть пригубить и в сторону отставить.
Вдохнуть неповторимый аромат.
Игрой в бокале сердца насладиться.
И напитав их радугами взгляд,
Позволить им туманами клубиться.
А что за ними – жизни фарс, обман?!
Лишь времени покажет расстояние:
Осядет
Иль растворится в солнечном сияние.
Чтоб ни дарили: радость или боль,
Всё лучше тишины опустошения…
Они – земной природы кровь и соль,
Основа – наших жизней продолжения.
Точила волна камень стен крепостных,
Ей ветер был в помощь, то мощен, то тих,
Вода отступала, и вновь наступала,
С ней ветер, в союзе, а крепость стояла.
Но камень покрыл зеленеющий мох,
Затем укрепился корнями цветок, -
Морщинами трещин поверхность стены,
И сыпется пылью в бурливость волны.
Стеною вставай, иль седою волной,
А всё не поспоришь ты с жизнью живой.
Желает человек продолжить жизнь свою,
Пожив ещё, как минимум в Раю,
Где расцветают пышные сады,
И зреют благодатные плоды…
А на Земле, чем был ему не Рай?!
Живи себе и горюшка не знай:
Струилась родничков вода живая,
Манила запахами ягода лесная,
Орехи, зрея, падали в траву,
И, сквозь небес прозрачных синеву,
Лучи в траве бриллиантами сверкали…
Где это всё?! Убили… Истерзали…
Перевели в шмотьё… дворцы… алмазы…
Спустили в золотые унитазы…
Нет, человек – это особый случай,
Он выбирает место, где получше,
И хвастает, и бесконечно рад!
И … превращает это место в ад.
Возможно неуместен мой совет,
Но в чём же плюс от Вашего решения?!
В самом демарше пользы вовсе нет,
Как ни крути – одни опустошения.
Отнюдь не продуктивен путь обид,
Проблемы не уменьшит он – помножит.
Ни Вам, ни делу, он не подсобит,
И никому, конечно, не поможет.
В нём что-то есть от детства, так дитё,
Не в силах вникнуть в логику процесса,
Крича и плача требует своё…
Но детство кончилось, пора взрослеть, «профессор».
Зеркала завешены. Что теперь судить?!
Кто был прав, и кто не прав, более неважно.
Больше не с кем ссориться, не с кем говорить,
Только блоки памяти, болью, поэтажно.
Только разум силится будни оправдать,
Недомолвки, ссоры да разлады…