Последние сумерки
Шрифт:
– Конечно. Иди, старик, – разрешил Бер. – Да возвращайся побыстрее!
Дряхлый Матвей вышел, чтобы принести себе с бабкой миску каши с вареной репой и чашу кваса.
– Извини, но мы с дедом привыкли есть из одной посуды, – проскрипела Агафья, пока ее супруг доставал из-за пояса две деревянные, видавшие виды, ложки.
– Радостную весть хочу сообщить я вам, лютичи! – торжественно произнес Бер после того, как осушил одним глотком свою чашу. – Велемир видел скорое возвращение моего внука к нам! И великие деяния совершит род, поддерживаемый
– Хорошую новость изрек ты, батюшка Бер, – ровно проговорил Матвей, а потом, подумав и словно решившись на что-то, добавил:
– А что будет с теми, что разбежались, поджав хвосты, после прежних вещаний твоего темного жреца?!
– Тех, кто покается и вернется в лоно рода, лютичи примут, испытав тяжелым трудом и покаянием. Многих из нас испугала ересь жреца Мары… Люди боятся нави, так как не созданы для нее, кхе-е… пока живы. А уж речи Велемира могут испугать любого, лишенного дара ворожбы…
Медведь с аппетитом набросился на мясо, разглагольствуя о будущем и осушая при этом кубок за кубком.
…Сам же Велемир в это время сидел, окутанный темнотой, словно покрывалом, на полу своей темницы. Лишь его душа – не без помощи трав, принесенных прислуживающей Беру безымянной девушкой, находилась в нави. И там, склонившись в почтительном, но не раболепном поклоне – если это описание применимо к душе, – молила Мару и прочих великих, но забытых людьми божеств не гневаться на лютичей из-за их вождя, которому гордыня затмила разум.
Темные тени внимательно слушали речи волхва, но ни движением, ни словом не выдавали своих чувств и намерений.
Когда Велемир закончил свои мольбы, из темноты небытия шагнула вперед одна фигура, на ходу обретая черты прекрасной женщины с темными гладкими волосами, струящимися вдоль белоснежных одежд.
– Ты хорошо служишь богам, Велемир, – раздался в темноте бесплотный голос. – И благодаря тебе мы осведомлены обо всех шагах Бера… Возьми вот это!
В ладонь навьего жреца упал словно бы сгусток ночи.
– Ты сам поймешь, что делать с ним, когда придет время. А теперь – иди! Недолгим будет оставшийся тебе путь в яви, и скоро ты придешь сюда навечно, обретя то, что заслужил, исправно служа мне!
Велемир медленно открыл глаза и убрал в потайной кармашек предмет, данный ему грозной и прекрасной Марой, владычицей смерти, улыбаясь при этом умиротворенно и благостно.
…Резкий телефонный звонок прервал раздумья Бера. Тот встал и, пройдя через комнату, достал из кармана лежавшей на лавке меховой безрукавки мобильный телефон. На дисплее высветился номер братьев-оборотней Грома и Ставра.
– Медведь! Мы нашли ее!! – раздался в трубке голос одного из близнецов.
В тот же самый миг Бер услышал резкий глухой звук и даже отчасти почувствовал силу удара, пришедшегося по телу говорившего брата.
– Вы видели моего названного
Трубка молчала. Вместо ответа в ней слышались странные звуки – интенсивное сопение, треск и топот. Пальцы Бера непроизвольно сжались так, что едва не раздавили хлипкий пластиковый корпус телефона.
– Гром!! Ставр!!! – заорал Медведь, мгновенно забыв о необходимости сдерживать чувства. – Что там у вас происходит, сукины дети??!!
Но телефон молчал. Прекратились все звуки. Только казалось, что где-то в отдалении ритмично и издевательски спокойно шумит морской прибой.
– С кем имею честь говорить? – вдруг раздался в трубке мелодичный женский голос с едва уловимым незнакомым акцентом.
Медведь на миг совершенно опешил от неожиданности. Судя по тому, что он помнил, этот голос не принадлежал Юлии.
– Я – Бер.
Медведь решился идти «в лоб», как, в силу своего характера, делал всегда в важный и решающий момент.
– Бер, предводитель славян-лютичей. А ты-то сама кем будешь?
Ответ, услышанный сквозь усиливающийся треск помех, более чем удивил Медведя. Судя по всему, оборотни столкнулись с достойным их противником. Он пока еще ничего не понимал, кроме одного – это она, та, что сейчас держала трубку в руке, вывела из строя двух его лучших воинов. Такое происходило с Медведем впервые, и он, честно говоря, не думал, что когда-нибудь что-либо подобное может произойти. Но последующие слова неизвестной собеседницы дали ему богатую пищу для размышлений. Та вдруг явно сменила гнев на милость, дав понять, что вопрос в отношении Юлии с сыном может разрешиться для него гораздо проще, чем он предполагал.
– Всего доброго… Бер, – произнес напоследок женский голос с приятной испанской хрипотцой. – Надеюсь, все закончится наилучшим образом. Для всех нас…
В трубке снова послышалась возмущенная брань братьев-оборотней.
– Мед… – начал было один из них, но осекся, когда услышал на том конце глухое рычание Бера.
– Заткни пасть, щенок, и не высовывай носа из логова!
Медведь в сердцах отшвырнул телефон в угол комнаты. Тот с резким звуком ударился о деревянную стену и упал на лавку.
– Вампиры… – задумчиво проговорил Медведь. – Что может быть общего у ангела с исчадиями ночи?! Уж не та ли это неведомая сила, которой так боится Велемир?!!
Осторожный и хитрый шаман никогда не говорил ему всего того, что узнавал из своих пророчеств.
«Ну, да ничего, – думал Медведь. – Боги на моей стороне. Иначе бы я не напал на след так просто и быстро! А потом и на место, где прячут моего внука…»
Прошли сутки, в течение которых Медведю удалось немного успокоиться и взять себя в руки, обдумывая, как лучше справиться с вампирами, если они станут мешать его планам. Правда, спокойствие было непрочным, если учесть тот факт, что связь с близнецами после последнего разговора окончательно пропала.